ПРОБЛЕМА ИСТИНЫ В ЭПОХУ ПОСТПРАВКИ И ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА

АННОТАЦИЯ

Статья посвящена трансформации категории истины в условиях доминирования технологий искусственного интеллекта и дискурса постправды.. В работе рассматриваются социальные последствия цифровой симуляции, включая уязвимость поколений, сформированных в эпоху доверия к визуальным свидетельствам. В качестве возможного ответа на вызов предлагается формирование новой культуры информационной грамотности, сочетающей технические навыки распознавания артефактов генерации с этической рефлексией об источниках и целях создания контента. Делается вывод, что истина в эпоху ИИ перестаёт быть данностью и превращается в сложную задачу, требующую коллективных усилий на уровне личности, институтов и технологических решений.

Ключевые слова: Искусственный интеллект, истина, постправда, симулякры, цифровая эпистемология, этика доверия.

Мы живём в мире, где граница между реальностью и вымыслом становится всё более зыбкой. Ещё недавно фотография считалась неопровержимым доказательством, а слова авторитетного эксперта — гарантией достоверности. Сегодня же нейросети могут создать убедительное изображение любого события, а алгоритмы формируют индивидуальную «реальность» для каждого пользователя. Проблема истины в эпоху постправды и искусственного интеллекта перестала быть абстрактным философским вопросом — она превратилась в насущную проблему выживания общественного доверия и осмысленного диалога.

Сам термин «постправда» (post-truth) был признан словом года в 2016-м, когда объективные факты перестали быть решающими в формировании общественного мнения, уступив место эмоциям и субъективным убеждениям. Однако сегодня, спустя десятилетие, мы наблюдаем не просто отказ от фактов, а активное конструирование альтернативных реальностей с помощью технологий искусственного интеллекта. Как точно подмечают исследователи, искусственный интеллект есть «технически полное воплощение постправды» , поскольку он позволяет генерировать бесконечное множество симулякров, выдаваемых за действительность.

Показательным стал случай с «пуховиком папы римского» — изображением, сгенерированным нейросетью Midjourney, которое разлетелось по соцсетям в марте 2023 года. Опрос, проведённый популярным блогером среди 240 тысяч человек, показал, что около половины респондентов поверили в его подлинность. И это при том, что разработчики нейросети прямо указывали на искусственное происхождение изображения. Данный пример наглядно демонстрирует, как легко современные технологии манипулируют нашим восприятием, особенно когда речь идёт о визуальных образах, традиционно воспринимаемых как «сертификат присутствия».

Особую тревогу вызывает то обстоятельство, что системы искусственного интеллекта, участвующие в производстве знаний, часто остаются «чёрными ящиками»: их внутренние механизмы работы непонятны даже для разработчиков. Как отмечается в современных исследованиях по цифровой эпистемологии, «принципиальное отсутствие прозрачности в работе систем ИИ значительно усложняет процесс оценки их результатов. Традиционные познавательные методы, такие как дедуктивное мышление и опытное подтверждение, оказываются совершенно непригодными для анализа и проверки выдаваемых ИИ знаний». Иными словами, мы сталкиваемся с парадоксальной ситуацией: системы, созданные для обработки информации, сами становятся источниками неопределённости.

Глубинная проблема заключается в том, что постправда — это не просто технологический сбой, а выражение определённой воли. Как пишут исследователи, «постправда выражает деструктивную волю субъекта к власти, стремление заменить правду властью машинной воли» . В этом контексте ИИ оказывается не нейтральным инструментом, а орудием трансформации самой структуры знания, где истина перестаёт быть результатом верификации и становится продуктом генерации, а критерий достоверности подменяется критерием правдоподобия.

На уровне повседневности мы уже наблюдаем, как это работает. Нейросети заливают маркетплейсы фейковыми отзывами с идеально сидящей одеждой, которой в реальности не существует. Социальные сети продвигают контент на основе алгоритмического интереса, а не фактической точности. Вирусные ролики с обезьяной, улетающей на зонте, собирают миллионы просмотров, и даже когда выясняется их искусственное происхождение, эмоциональный след остаётся. Как подчёркивает С. Г. Ушкин, «изображение представляет собой значимый элемент доказательности правдивости новости, своего рода "сертификат присутствия", с которым по достоверности может мало что сравниться».

Особенно уязвимыми оказываются люди, чьё мировоззрение сформировалось в эпоху, когда «телевизор не врёт», а фотография считалась неопровержимым доказательством. Для них цифровая реальность, где каждый визуальный ряд может быть симуляцией, становится травматичной. Они не распознают паттерны алгоритмов, не различают артефакты генерации и становятся идеальной аудиторией для новой реальности — доверчивой, впечатлительной и практически беззащитной перед потоком симулякров.

В ответ на этот вызов формируется новая область — цифровая эпистемология, призванная адаптировать классические критерии истины к реалиям машинного обучения. Она ставит вопросы: как мы можем доверять знаниям, созданным алгоритмами, если их работа непрозрачна? Как верифицировать выводы, полученные из искажённых или неполных данных? Как отличить знание от правдоподобной генерации? Эти вопросы пока остаются без ответа, но их постановка уже есть важный шаг.

«Подлинная мысль должна быть сопряжена с ответственностью. Только приняв на себя ответственность за последствия, можно обрести право на истину» — эта мысль, принадлежащая Ханне Арендт, приобретает сегодня новое звучание. В мире, где каждый может создать свою реальность, ответственность за истину становится не абстрактным принципом, а практическим требованием к каждому, кто участвует в создании и распространении информации.

«Если люди перестанут различать правду и ложь, то общество не сможет функционировать. Основа демократии — это способность граждан принимать решения на основе фактов», — предупреждал Карл Поппер. В эпоху, когда факты становятся товаром, а их подлинность — вопросом доверия к источнику, эта способность оказывается под угрозой. ИИ не создаёт ложь, но он делает её производство дешёвым, массовым и визуально неотличимым от правды.

Как отмечает современный исследователь, «постправда — это воля бесплодия, отрицающего высшую творящую свободу мира посредством симулякров, видимости, иллюзий, фейков, наглой лжи» . Это не просто констатация, а диагноз эпохи, где творческий потенциал технологии оборачивается разрушением способности различать сущее и кажущееся.

Что же остаётся делать в этой ситуации? Очевидно, что возврат к доцифровой эпохе невозможен. Не поможет и наивное доверие к любым «фактам», особенно если они подтверждают наши эмоции. Нужна новая культура работы с информацией — включающая как техническую грамотность (умение проверять источники, распознавать признаки генерации), так и этическую рефлексию (понимание, кто и зачем создаёт тот или иной контент). Как подчёркивается в исследовании Ю. Колотаева, «противостояние постправде — это не только технологические решения или индивидуальное критическое мышление. Это вопрос политической воли, институционального потенциала и социального консенсуса» . Возможно, именно в этом контексте нам и предстоит заново учиться доверять, но уже не слепо, а осознанно, понимая все риски и ограничения технологий, которые мы сами создали.

Истина в эпоху ИИ не исчезла, но она перестала быть данностью. Она стала задачей — и, возможно, самой сложной задачей нашего времени.

Список литературы:

1. Ушкин С. Г. Пуховик папы римского: как нейросети сужают доверие и укрепляют дискурс постправды // Социология науки и технологий. 2023. Т. 14, № 2. С. 71–80. DOI: 10.24412/2713-1033-2023-2-71-80.
2. Гершунян С. А. Цифровая эпистемология: проблемы и перспективы в эпоху искусственного интеллекта // Материалы Международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых учёных «Ломоносов-2025». М.: МГУ, 2025.
3. Шулевский Н. Б., Зотова Е. С. Постправда — троянский конь Бездны // Экономические стратегии. 2022. № 6. С. 142–151. DOI: 10.33917/es-6.186.2022.142-151.
4. Колотаев Ю. Ю. Политика постправды и цифровое информационное влияние в международных отношениях: дис. ... канд. полит. наук. М., 2024. 196 с.