ВЗАИМОСВЯЗЬ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ИНТЕЛЛЕКТА И СТИЛЯ ПОВЕДЕНИЯ В КОНФЛИКТНЫХ СИТУАЦИЯХ В ОРГАНИЗАЦИИ

THE RELATIONSHIP BETWEEN EMOTIONAL INTELLIGENCE AND BEHAVIOR STYLE IN CONFLICT SITUATIONS WITHIN AN ORGANIZATION

Yugai Diana Ruslanovna

Student, Department of Regional and Sectoral Development Strategies, Turan University,

Republic of Kazakhstan, Almaty

Rysbekova Zhanar Kudaibergenovna

Scientific supervisor, Candidate of Pedagogical Sciences, associate professor, Turan University,

Republic of Kazakhstan, Almaty

АННОТАЦИЯ

В статье рассматриваются теоретико-методологические основания эмоционального интеллекта и конфликтного поведения, а также анализируется современное состояние исследований, посвящённых их взаимосвязи. На основе работ Л. С. Выготского, С. Л. Рубинштейна, А. Н. Леонтьева и современных авторов прослеживается эволюция представлений о роли эмоций и их регуляции в межличностных взаимодействиях. Особое внимание уделяется структурным моделям эмоционального интеллекта, его когнитивным и регулятивным компонентам, а также методам его диагностики. Представлены ключевые концепции поведения личности в конфликтной ситуации, включая модели К. Томаса и Р. Киллмана, психодинамический подход, теорию социальных обменов и современные организационно-психологические трактовки конфликта. Проведён сравнительный анализ российских и зарубежных исследований, выявляющий общие закономерности и различия в понимании роли эмоционального интеллекта в выборе стратегий поведения. Показано, что эмоциональный интеллект является значимым фактором конструктивного взаимодействия, однако его влияние опосредовано когнитивными, личностными и социальными условиями. Полученные результаты формируют теоретическую основу для дальнейшего эмпирического изучения связи эмоциональных способностей и конфликтного поведения в организациях.

ABSTRACT

The article examines the theoretical and methodological foundations of emotional intelligence and conflict behavior, as well as the current state of research on their interrelation. Drawing on the works of L. S. Vygotsky, S. L. Rubinshtein, A. N. Leontiev and contemporary scholars, the evolution of the understanding of emotions and emotional regulation in interpersonal interaction is traced. Special attention is given to structural models of emotional intelligence, its cognitive and regulatory components, and methods of assessment. Key concepts of individual behavior in conflict situations are presented, including the Thomas–Kilmann model, psychodynamic interpretations, social exchange theory, and modern organizational approaches to conflict. A comparative analysis of Russian and international studies reveals common patterns and distinctions in how emotional intelligence is understood to shape conflict behavior. The analysis demonstrates that emotional intelligence is an important factor contributing to constructive interaction, although its influence is mediated by cognitive, personal and social determinants. The findings provide a theoretical basis for further empirical research on the relationship between emotional abilities and conflict behavior in organizational contexts.

Ключевые слова: эмоциональный интеллект; конфликтное поведение; стратегии поведения в конфликте; межличностное взаимодействие; эмоциональная регуляция; модели конфликтов; диагностика эмоционального интеллекта.

Keywords:  emotional intelligence; conflict behavior; conflict management strategies; interpersonal relations; coping mechanisms; organizational psychology; social interaction; behavioral models.

В современном научном дискурсе эмоциональный интеллект рассматривается как одна из ключевых характеристик, определяющих качество человеческого взаимодействия в социальной и профессиональной среде. Его изучение приобрело особую актуальность в контексте организационных конфликтов, поскольку именно эмоциональная регуляция, эмпатия, способность к переработке аффективной информации и гибкость поведения оказываются наиболее значимыми предикторами выбора стратегии реагирования. Организация как социальная система постоянно сталкивается с несовпадением интересов, целей, ролей и ожиданий, и потому эмоциональный интеллект становится важнейшей предпосылкой конструктивного взаимодействия участников и профилактики деструктивных форм поведения.

В зарубежных исследованиях эмоциональный интеллект традиционно трактуется как сложная интегрированная способность к распознаванию, пониманию и регулированию эмоций. В модели Дж. Мэйера и П. Сэловея он определяется как когнитивно-аффективная компетентность, включающая идентификацию эмоциональных сигналов, их интерпретацию и использование при принятии решений. [1, с. 73] Д. Гоулман и Р. Бар-Он дополняют эти представления, подчеркивая роль мотивационных и межличностных компонентов, которые обеспечивают успешность социального функционирования. [9, с. 27] Российская психологическая школа, опираясь на концепции Л. С. Выготского, С. Л. Рубинштейна и А. Н. Леонтьева, акцентирует единство эмоций и мышления и рассматривает эмоциональную регуляцию как часть структуры деятельности человека. В работах Д. В. Люсина и И. Н. Андреевой эта идея получает дальнейшее развитие: эмоциональный интеллект конструируется как система внутриличностных и межличностных способностей, определяющих качество взаимодействия в различных социальных контекстах. [3]

Поскольку конфликт в организации является закономерным результатом взаимодействия людей, различающихся по ценностям, мотивации и способам восприятия действительности, исследователи стремятся понять, каким образом эмоциональный интеллект влияет на выбор стратегий поведения. Типологии К. Томаса и Р. Киллмана, а также М. Рахима выделяют пять основных моделей реагирования — сотрудничество, конкуренцию, компромисс, избегание и приспособление. [8, с. 15] Эти стратегии различаются балансом ориентации на собственные интересы и интересы другой стороны. Конфликтологические концепции Р. Дарендорфа и Л. Козера показывают, что конфликты не только неизбежны, но и функциональны: они могут усиливать групповую интеграцию и стимулировать развитие организации. Теория социальных обменов Дж. Хоманса и П. Блау дополняет эти идеи, объясняя возникновение конфликтов нарушением субъективного ощущения справедливости и равновесия взаимного вклада. Теоретические подходы Курта Левина и Р. Лазаруса подчеркивают, что конфликты тесно связаны с внутренними напряжениями, когнитивной оценкой ситуации и реакцией субъекта на стресс, что делает эмоциональную компетентность центральным элементом анализа конфликтного поведения. [6]

Сравнение современных исследований демонстрирует, что эмоциональный интеллект не определяет одну конкретную стратегию поведения в конфликте, а задаёт качественную основу для конструктивного взаимодействия. Зимина показывает, что эмоциональный интеллект выступает опосредующим фактором: он влияет прежде всего на способность понимать эмоции партнёра, контролировать собственные реакции и сохранять рациональность при высокой эмоциональной насыщенности ситуации [5, с. 46-48]. Автор делает акцент на значимости эмпатии и самомотивации как тех компонентов, которые обеспечивают устойчивость и предотвращают переход конфликта в деструктивную фазу.

Работа Г. А. Фофановой и М. В. Бунчиковой расширяет видение эмоционального интеллекта, рассматривая его как многоуровневую функциональную систему, включённую в процессы социальной адаптации взрослой личности [4, с. 40]. В отличие от Зиминой, ориентированной на поведенческие проявления эмоционального интеллекта в рамках модели Томаса–Киллмана, эти авторы подчеркивают длительное влияние эмоциональной компетентности на способность субъекта поддерживать эффективные межличностные отношения, регулировать напряжённость и сохранять эмоциональную устойчивость в широком спектре социальных ситуаций.

Исследование М. Е. Еликовой вносит возрастной аспект, рассматривая, каким образом эмоциональный интеллект влияет на поведение в конфликте у старших школьников [2]. Показано, что способность управлять эмоциями является критическим ресурсом подростков, позволяющим им выбирать сотрудничество и компромисс, а также избегать агрессивных и импульсивных реакций. По сравнению с Зиминой, которая анализирует эмоциональный интеллект как многокомпонентную структуру, Еликова выделяет именно эмоциональную саморегуляцию как ведущий фактор поведения подростков.

Работа С. Л. Ящук и К. Е. Асеевой акцентирует внимание на конгруэнтности и эмпатийном взаимодействии как условиях конструктивного разрешения конфликтов [6]. Авторы подчеркивают важность согласованности внешних поведенческих проявлений и внутренних установок, показывая, что эмоциональный интеллект обеспечивает не только точную идентификацию эмоций, но и способность к «эмоциональной синхронизации» с партнером. Дефицит эмоционального интеллекта, по их мнению, приводит к закреплению деструктивных моделей взаимодействия.

Зарубежные исследования развивают дискурс, предлагая более комплексные интерпретации взаимосвязи эмоционального интеллекта и стратегии реагирования в конфликте. Кристабель Одаме, например, рассматривает эмоциональный интеллект как механизм, влияющий на весь цикл конфликта — от первичного восприятия до постконфликтного урегулирования [12]. Автор показывает, что высокий эмоциональный интеллект снижает интенсивность негативных реакций, способствует когнитивной переоценке и уменьшает вероятность ошибочных интерпретаций поведения партнера.

В отличие от большинства перечисленных работ, А. Асири и его соавторы приходят к выводу, что общий уровень эмоционального интеллекта не всегда является значимым предиктором конструктивной стратегии [7]. Авторы демонстрируют, что влияние эмоционального интеллекта зависит от социально-демографических условий, культурного контекста и особенностей рабочей среды. Это указывает на многомерный характер взаимосвязи между эмоциональной компетентностью и конфликтным поведением.

Дополняя рассмотренные концепции, исследователи Ф. Бабатунде, Х. Сандэй и А. Омотайо выделяют эмоциональный интеллект как ключевой ресурс лидерства и управления конфликтами на организационном уровне. [10, с. 150] Их работа показывает, что руководители с высоким уровнем эмоционального интеллекта эффективнее предотвращают эскалацию, создают благоприятную эмоциональную атмосферу и способствуют выстраиванию конструктивного диалога.

В исследованиях Н. Эшканаси и К. Доус эмоциональный интеллект анализируется в контексте эмоционального климата организации и ежедневных аффективных событий [8]. Авторы демонстрируют, что эмоциональный интеллект определяет качество интерпретации эмоционально значимых рабочих эпизодов и влияет на вероятность возникновения микроконфликтов.

Работа П. Дж. Джордана и А. Троут показывает, что ключевым компонентом эмоционального интеллекта, влияющим на выбор стратегии поведения, является способность к саморегуляции [11]. Авторы подчеркивают, что именно контроль собственных эмоциональных реакций обеспечивает выбор сотрудничества и предотвращает склонность к соперничеству или избеганию.

Совокупный анализ позволяет заключить, что эмоциональный интеллект представляет собой важную, но не единственную детерминанту поведения личности в конфликтных ситуациях. Его влияние опосредовано когнитивными, эмоциональными и социальными процессами, а эффективность конструктивного реагирования формируется на пересечении личностных особенностей, контекстуальных условий и специфики взаимодействия сторон. Эмоциональный интеллект создаёт основу для гибкого, осознанного и рационального поведения, снижает вероятность деструктивных реакций и способствует формированию устойчивых профессиональных отношений.

Список литературы:

1. Александрова Н. П. К вопросу о сущности понятия «эмоциональный интеллект» // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Психология и педагогика. – 2009. – № 1. – С. 71–75.
2. Еликова М. Е. Взаимосвязь эмоционального интеллекта старших школьников и поведения в конфликте // Наука через призму времени. – 2020. – № 11 (44).
3. Зимина Н. А. Взаимосвязь эмоционального интеллекта и стилей поведения в конфликте // Психологические исследования. – 2020. – Т. 13, № 3. – С. 45–59. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/vzaimosvyaz-emotsionalnogo-intellekta-i-stiley-povedeniya-v-konflikte (дата обращения: 14.11.2025).
4. Люсин Д. В. Современные представления об эмоциональном интеллекте [Электронный ресурс]. – URL: http://www.creativity.ipras.ru/texts/books/social_IQ/lusin1_Social_IQ.pdf (дата обращения: 10.11.2025).
5. Фофанова Г. А., Бунчикова М. В. Взаимосвязь эмоционального интеллекта и стратегий поведения в конфликте в период взрослости // София. – 2024. – № 2. – С. 35–43.
6. Ящук С. Л., Асеева К. Е. Взаимосвязь эмоционального интеллекта и стратегий поведения в конфликтной ситуации [Электронный ресурс] // Психологическое здоровье – Брест: БрГУ, 2022. – С. 249–251. – URL: https://rep.brsu.by/bitstream/handle/123456789/9161/249-251.pdf (дата обращения: 14.11.2025).
7. Al-Ma’ani H. The Relationship Between Emotional Intelligence and Conflict Management Styles // International Education Studies. – 2020. – Т. 13, № 10. – С. 52–63.
8. Aseery M., Mahran S., Felemban O. The Relationship Between Emotional Intelligence and Conflict Management Strategies From the Nurse Managers’ Perspective // Cureus. – 2023. – Т. 15, № 3.
9. Ashkanasy N. M., Daus C. S. Emotion in the Workplace: The New Challenge for Managers. – Pre-print to Academy of Management Executive. – 2002. – 30 p.
10. Babatunde F., Sunday H., Omotayo A. Emotional Intelligence in Conflict Management and Leadership Effectiveness in Organizations // International Journal of Research. – 2023. – Т. 10, № 3. – С. 146–165.
11. Bar-On R. The Bar-On Model of Emotional-Social Intelligence. – 2005. – 45 p.
12. Jordan P. J., Troth A. C. Emotional Intelligence and Conflict Resolution // Advances in Developing Human Resources. – 2002. – Vol. 4, No. 1. – P. 62–79.