Телефон: 8-800-350-22-65
Напишите нам:
MAX:
WhatsApp:
Telegram:
Прием заявок круглосуточно
График работы офиса: с 9:00 до 23:00 Нск (с 5:00 до 19:00 Мск)

Статья опубликована в рамках: Научного журнала «Студенческий» № 35(373)

Рубрика журнала: Юриспруденция

Скачать книгу(-и): Скачать книгу

Библиографическое описание:
Осипов И.А. ПРОБЛЕМЫ ЭЛЕКТРОННЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ПО ДЕЛАМ ОБ УСТАНОВЛЕНИИ ФАКТОВ, ИМЕЮЩИХ ЮРИДИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ, В ЦИФРОВУЮ ЭПОХУ РОССИЙСКОГО ПРАВОСУДИЯ // Студенческий: электрон. научн. журн. 2026. № 35(373). URL: https://sibac.info/journal/student/373/433396 (дата обращения: 17.11.2026).

ПРОБЛЕМЫ ЭЛЕКТРОННЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ПО ДЕЛАМ ОБ УСТАНОВЛЕНИИ ФАКТОВ, ИМЕЮЩИХ ЮРИДИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ, В ЦИФРОВУЮ ЭПОХУ РОССИЙСКОГО ПРАВОСУДИЯ

Осипов Илия Александрович

студент, кафедра уголовного права, процесса и криминалистики, Удмуртский государственный университет, РФ, г.Ижевск

PROBLEMS OF ELECTRONIC EVIDENCE IN CASES OF ESTABLISHING FACTS OF LEGAL SIGNIFICANCE IN THE DIGITAL AGE OF RUSSIAN JUSTICE

В статье анализируются проблемы установления фактов, имеющих юридическое значение, в условиях цифровизации правосудия. Рассматриваются нормы главы 28 ГПК РФ, специфика электронных доказательств, их допустимость и достоверность. Выявлены пробелы регулирования и предложены направления совершенствования законодательства.

The article analyzes the problems of establishing facts of legal significance in the context of the digitalization of justice. It examines the norms of Chapter 28 of the Civil Procedure Code of the Russian Federation, the specifics of electronic evidence, as well as their admissibility and reliability. The study identifies regulatory gaps and proposes directions for improving legislation.

Цифровизация изменила среду формирования фактов, имеющих юридическое значение: родственные отношения, владение имуществом, принятие наследства и иные факты всё чаще фиксируются не на бумажных носителях, а в информационных системах, государственных информационных хранилищах, облачных хранилищах. Институт установления таких фактов закреплён в главе 28 ГПК РФ. При этом процессуальный механизм, ориентированный на бумажные доказательства, в цифровой среде работает не всегда эффективно. Цель статьи — выявить ключевые проблемы доказательств по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение, и обозначить пути их решения.

Согласно ст. 265 ГПК РФ суд устанавливает факты при невозможности получения или восстановления документов в ином порядке [1, ст. 265]. Ранее «иным порядком» считалось обращение в регистрирующий орган (ЗАГС, кадастровый орган и др.). В цифровую эпоху ситуация усложняется: сведения сосредоточены в информационных системах с ограниченным доступом, а сами данные легко изменяются и уничтожаются. Вместе с тем решение суда по делу особого производства не заменяет документ, выдаваемый регистрирующим органом [1, ст. 268], что сохраняет разрыв между судебной констатацией факта и его официальной, предусмотренной законом фиксацией.

Процессуальное законодательство не выделяет электронные доказательства в самостоятельный вид. В гражданском процессе они рассматриваются как письменные доказательства [1, ст. 71], в арбитражном процессе — допускаются в качестве письменных доказательств наряду с документами, полученными посредством электронной или иной связи [2, ст. 75]. Легальное понятие электронного документа закреплено в ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» от 27.07.2006 N 149-ФЗ; порядок использования электронной подписи — в ФЗ «Об электронной подписи» от 06.04.2011 N 63-ФЗ.

На практике электронные доказательства делят на документы с электронной подписью и иные цифровые данные (переписка, скриншоты, выгрузки из систем) [3]. Если подлинность документа с квалифицированной электронной подписью подтверждается криптографически, то переписка и скриншоты не имеют встроенного механизма аутентификации. Отсутствие единого понятия «электронное доказательство» приводит к разнобою в правоприменении [4, с. 212]. Получается, что одни и те же сведения суды квалифицируют по-разному, что влияет на их оценку и, следовательно, на рассмотрение и разрешение дела.

Можно выделить четыре основные проблемы:

  • Идентификация источника. Для признания цифрового доказательства значимым суду нужно достоверно установить принадлежность сообщения конкретному лицу. Без этого связь доказательства с фактом отсутствует.

  • Целостность и неизменность данных. Цифровую информацию легко модифицировать. Для проверки требуются специальные знания — компьютерно‑техническая экспертиза, анализ метаданных. Нотариус при обеспечении доказательств фиксирует лишь факт наличия информации на момент осмотра и не может подтвердить её достоверность [5, ст. 102-103].

  • Выживаемость данных. Сообщения в мессенджерах удаляются, страницы сайтов меняются, доступ к облачным хранилищам есть только у владельца аккаунта. В делах особого производства отсутствие «другой стороны» усугубляет проблему: утрата данных означает утрату возможности доказать факт.

  • Разрозненность государственных информационных систем. Данные о жизненных событиях гражданина распределены по разным ведомственным системам без сквозной синхронизации. Суду приходится разрешать коллизии сведений по правилам оценки доказательств [1, ст. 67].

Судебная практика даёт отдельные ориентиры: юридически значимое сообщение может быть отправлено электронной почтой при условии достоверного установления отправителя и адресата [6, п. 65]; распечатки интернет-страниц, аудио- и видеозаписи могут использоваться в качестве доказательств [7, п. 55]. Однако эти разъяснения не закрывают всех пробелов применительно к делам особого производства.

Для устранения выявленных проблем целесообразно:

  1. Закрепить в процессуальном законодательстве понятие цифровых (электронных) доказательств либо унифицировать терминологию ГПК РФ и АПК РФ в отношении электронных документов и сообщений.

  2. Установить критерии допустимости цифровых доказательств: их подлинность должна подтверждаться экспертизой либо возможностью проверки происхождения и целостности.

  3. Уточнить полномочия нотариуса при обеспечении цифровых доказательств: нотариус фиксирует факт наличия информации, но не её достоверность; при необходимости технической проверки следует привлекать эксперта.

  4. Ввести в гл. 28 ГПК РФ специальные правила представления доказательств из информационных систем государственных органов: обязанность предоставлять сведения по запросу суда в машиночитаемом виде, стандарты фиксации и заверения выгрузок.

  5. Развивать инфраструктуру доверенной фиксации данных (электронные нотариальные действия, timestamp‑фиксация), снижающую риск утраты доказательств до обращения в суд.

Институт установления фактов, имеющих юридическое значение, остаётся важным инструментом судебной констатации жизненных обстоятельств. Однако его процессуальная инфраструктура отстаёт от цифровой реальности. Основные проблемы — неопределённость правовой природы электронных доказательств, отсутствие единых критериев их достоверности, ограниченность нотариального механизма обеспечения доказательств и фрагментарность учёта фактов в государственных информационных системах. Их решение требует системного обновления доказательственного права — от понятийного аппарата до подробнейшего регламентирования фиксации цифровых данных.

Список литературы

  1. «Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 04.08.2026) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2026) (URLг) [Электронный ресурс]. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_39570/ (дата обращения: 03.11.2026).
  2. «Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» от 24.07.2002 N 95-ФЗ (ред. от 15.12.2025) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2026) (URLг) [Электронный ресурс]. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_37800/ (дата обращения: 03.11.2026).
  3. Горбач Н.В. Трансформация института доказывания в эпоху цифровизации: проблемы и перспективы использования электронных доказательств // Международный научно-исследовательский журнал. – 2025. – № 8 (170).
  4. Поддубняк А.А., Алиева А.А. Электронные (цифровые) доказательства в уголовном судопроизводстве // Учёные записки. Юристы. – 2020. – № 4. – С. 211⁠–⁠218.
  5. «Основы законодательства Российской Федерации о нотариате» (утв. ВС РФ 11.02.1993 N 4462⁠–⁠1) (ред. от 04.08.2026) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2026) (URLг.) [Электронный ресурс]. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_1581/ (дата обращения: 03.11.2026).
  6. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (URLг) [Электронный ресурс]. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_181602/ (дата обращения: 03.11.2026).
  7. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (URLг) [Электронный ресурс]. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_181602/ (дата обращения: 03.11.2026).
  8. Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» от 27.07.2006 N 149-ФЗ (последняя редакция) (URLг) [Электронный ресурс]. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_61798/ (дата обращения: 03.11.2026).
  9. Федеральный закон «Об электронной подписи» от 06.04.2011 N 63-ФЗ (последняя редакция) (URLг) [Электронный ресурс]. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_112701/ (дата обращения: 03.11.2026).