ШИКАНА КАК ФОРМА ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ ПРАВОМ: ПОНЯТИЕ, ПРИЗНАКИ И КРИТЕРИИ ОТГРАНИЧЕНИЯ ОТ ИНЫХ ФОРМ НЕДОБРОСОВЕСТНОГО ПОВЕДЕНИЯ

Аннотация

Статья посвящена шикане как одной из форм злоупотребления гражданскими правами, закреплённой в пункте 1 статьи 10 ГК РФ. Раскрывается понятие шиканы, прослеживается её генезис от римского права до современного российского законодательства, выделяются общие и специальные признаки шиканы, среди которых ключевым является исключительность цели причинения вреда, предлагаются критерии отграничения шиканы от действий в обход закона и от иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав. В заключении анализируются проблемы доказывания субъективного элемента шиканы и правовые последствия её совершения.

Ключевые слова: шикана; злоупотребление правом; недобросовестное поведение; пределы осуществления гражданских прав; обход закона; умысел; отказ в защите права.

Институт злоупотребления правом — один из самых дискуссионных в современной цивилистике. Его особенность в том, что лицо действует в рамках формально принадлежащего ему права, но использует его недозволенными способами или с недозволенной целью, причиняя вред другим участникам оборота [1]. Среди форм злоупотребления, закреплённых в п. 1 ст. 10 ГК РФ, особое место занимает шикана. Исторически она стала первой формой, с которой началось становление всего института, но при этом остаётся наиболее узкой по составу: для её квалификации требуется доказать исключительность цели — что единственной мотивацией было причинение вреда [2, с. 46].

Термин «шикана» (от фр. chicane — «придирка», от нем. Chicane — «спорить о безделице») в российском законодательстве прямо не закреплён, однако активно используется в доктрине и правоприменении [3, с. 425]. В ГК РФ идея выражена описательно: «осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу» (абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ) [1]. Идея ограничения свободы правоосуществления восходит к римскому праву: юристы отмечали, что осуществление права без полезной цели, лишь для причинения вреда, вызывает негативную реакцию, хотя принцип qui jure suo utitur, nemini facit injuriam провозглашал безграничную свободу [4, с. 102]. Нормативное закрепление шиканы состоялось в Прусском земском уложении 1794 года, а классической стала формулировка параграфа 226 Германского гражданского уложения 1900 года: «Недопустимо осуществление права исключительно с целью причинения вреда другому» («принцип чистой шиканы») [4, с. 103].

В российское право термин пришёл из немецкой юридической науки XIX века. В дореволюционной и советской цивилистике шла дискуссия: следует ли ограничить институт злоупотребления правом только шиканой (позиция М.М. Агаркова, И.А. Покровского, К.Н. Анненкова) или признать существование иных форм [3, с. 430]. В действующей редакции п. 1 ст. 10 ГК РФ (с изменениями 2013 года) закреплены три формы: шикана; действия в обход закона с противоправной целью; иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав [1].

Доктрина выработала несколько подходов к определению шиканы. Т.С. Яценко рассматривает её как действия, осуществляемые лишь с целью причинить вред другому субъекту [2, с. 47]. О.А. Поротикова определяет шикану как деяние с прямым умыслом, где единственная цель — причинение вреда при отсутствии иных эгоистических интересов [5, с. 112]. В.П. Грибанов характеризовал злоупотребление правом как особый тип гражданского правонарушения, совершаемого управомоченным лицом при осуществлении права, связанного с использованием недозволенных форм в рамках дозволенного законом общего типа поведения [6, с. 63]. Можно предложить такое определение: шикана — это форма злоупотребления субъективным гражданским правом, при которой управомоченный субъект осуществляет право в границах его содержания, но нарушает пределы осуществления, имея исключительную цель причинить вред другому лицу [7, с. 1143].

Анализ доктрины и практики позволяет выделить признаки шиканы. Общие (присущие всем формам злоупотребления): осуществление субъективного права [6, с. 55]; отсутствие прямого нарушения нормы [7, с. 1144]; нарушение пределов осуществления права — выход за социальное назначение [6, с. 58]; причинение вреда или создание условий для него [8, с. 103]. Специальные (отграничивающие шикану): проявление в виде активных действий (большинство авторов исключают бездействие, так как оно не предполагает целенаправленности на вред) [2, с. 49]; прямой умысел (косвенный умысел и неосторожность не образуют состава) [9]; исключительность цели причинения вреда — ключевой критерий, отделяющий шикану от иных форм [10]; необязательность фактического наступления последствий (достаточно установления умысла и совершения действия) [2, с. 50].

Основная практическая задача — отграничить шикану от других форм. Критерии: 1) характер цели (при шикане вред — единственная цель; при иных формах лицо преследует собственный интерес; при обходе закона цель — достижение запрещённого результата под видом разрешённого действия) [10]; 2) наличие собственного интереса (при шикане его нет, лицо действует «во зло»; при иных формах интерес есть — получение прибыли, уклонение от обязанностей) [11, с. 201]; 3) форма вины (для шиканы обязателен прямой умысел; для обхода закона умысел направлен на противоправный результат; для «иного недобросовестного осуществления» слово «заведомо» указывает на умысел или грубую неосторожность) [1]; 4) сочетаемость форм (шикана может сочетаться с другими формами, например, при злоупотреблении доминирующим положением) [8, с. 105]. Также важно отграничивать шикану от недобросовестной конкуренции (где субъективное право фактически отсутствует) и злоупотребления доминирующим положением (цель извлечения экономических преимуществ исключает «чистую» шикану) [12, с. 128].

В доктрине существует подход, согласно которому шикана имеет место и тогда, когда помимо цели причинения вреда лицо преследует иной (позитивный) интерес, но этот интерес несоразмерен возникающим негативным последствиям и может быть достигнут другим путём. В.П. Грибанов отмечал, что возможность отступления от «принципа чистой шиканы» допускал уже Л. Эннекцерус, полагавший, что норма о шикане может применяться и тогда, когда наряду с целью причинить вред существует другая цель, но она «противоречит праву или безнравственна» [6, с. 65].

Главная сложность на практике — доказывание субъективного элемента (умысла). Умысел лежит в сфере внутренней мотивации, поэтому суды опираются на косвенные доказательства: отсутствие разумной экономической цели, явное несоответствие обычаям делового оборота, несоразмерность позитивного интереса негативным последствиям для контрагента [13]. Пункт 5 ст. 10 ГК РФ устанавливает презумпцию добросовестности: бремя доказывания злоупотребления лежит на том, кто на него ссылается [1]. Чрезмерное применение статьи может ограничить законную свободу участников оборота, а игнорирование — привести к безнаказанности [13].

Основное последствие признания действий шиканой — отказ в защите права (п. 2 ст. 10 ГК РФ). Это не санкция в классическом смысле, а мера превентивного характера: суд не предоставляет истцу защиту, учитывая характер злоупотребления [1]. Дополнительно возможно возмещение убытков (п. 4 ст. 10 ГК РФ), возложение судебных расходов (ст. 98 ГПК РФ, ст. 110 АПК РФ), признание сделки недействительной по совокупности ст. 10 и 168 ГК РФ (п. 7 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25) [14].

Шикана — исторически первая и доктринально наиболее проработанная форма злоупотребления правом, в которой ярко проявляется конфликт между формальной свободой правоосуществления и принципом добросовестности. Её ключевой признак — исключительность цели причинения вреда — одновременно является главным критерием отграничения от других форм. Отсутствие легальной дефиниции в ГК РФ создаёт неопределённость в правоприменении. Представляется целесообразным либо закрепить понятие шиканы в законе, либо сформулировать в постановлении Пленума Верховного Суда РФ системные разъяснения по её квалификации с уточнением критерия «исключительности» цели и перечня косвенных доказательств умысла [2, с. 54].

Список литературы

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 24.07.2023) // Собрание законодательства РФ. – 1994. – № 32. – Ст. 3301.

2. Яценко Т.С. Шикана как особая форма злоупотребления правом // Журнал российского права. – 2013. – № 2. – С. 45⁠–⁠54.

3. Агарков М.М. Проблема злоупотребления правом в советском гражданском праве // Известия АН СССР. Отделение экономики и права. – 1946. – № 6. – С. 424⁠–⁠436.

4. Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. – М.: Статут, 2013. – 351 с.

5. Поротикова О.А. Проблема злоупотребления субъективным гражданским правом. – М.: Волтерс Клувер, 2007. – 256 с.

6. Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. – 3-е изд., испр. – М.: Статут, 2022. – 414 с.

7. Мищенкова Е.А. Шикана // Журнал Сибирского федерального университета. Гуманитарные науки. – 2019. – Т. 12, № 8. – С. 1141⁠–⁠1149.

8. Рожкова М.А. Доказанность шиканы даёт пострадавшему право на возмещение убытков // Арбитражная практика. – 2021. – № 2. – С. 102⁠–⁠107.

9. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2022), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 01.06 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2022. – № 7.

10. Злоупотребление правом и недобросовестное поведение: формы, примеры, последствия [Электронный ресурс]. – URL: https://www.v2b.ru/articles/zloupotreblenie-pravom-i-nedobrosovestnoe-povedenie-formy-primery/ (дата обращения: 26.09.2026).

11. Генкин Д.М., Новицкий И.Б. Право собственности в СССР. – М.: Госюриздат, 1953. – 296 с.

12. Мищенкова Е.А. Монополистическая деятельность и шикана // Актуальные проблемы российского права. – 2020. – № 4. – С. 124⁠–⁠136.

13. Злоупотребление правом по ст. 10 ГК РФ: разъяснения прокуратуры Республики Ингушетия [Электронный ресурс]. – URL: https://epp.genproc.gov.ru/ru/proc_06/activity/legal-education/explain/e5871304/ (дата обращения: 26.09.2026).

14. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Российская газета. – 2015. – 30 июня.

15. Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 27.06.2019 № Ф06-48135/2019 // СПС «КонсультантПлюс», 2026.