ФАЛЬШИВОМОНЕТЧЕСТВО: УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

COUNTERFEITING: CRIMINAL LAW AND CRIMINOLOGICAL ASPECTS

Ermolaev Ildar Abdryashitovich

student, North Ossetian State University

Russia, Vladikavkaz

Khatayev Igor Eristauevich

sScientific supervisor, Candidate of Pedagogical Sciences, Associate Professor, Department of Civil and Criminal Law and Procedure, North Ossetian State University

Russia, Vladikavkaz

Аннотация

В статье рассматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ст. 186 УК РФ, включая квалифицирующие, и его отграничение от мошенничества. По данным Банка России за 2025 год оценивается состояние фальшивомонетчества и пределы официальной статистики. Предлагаются меры по дифференциации ответственности и профилактике.

Abstract

The article examines the elements of the crime under Article 186 of the Russian Criminal Code, including aggravating circumstances, and its distinction from fraud. Based on the Bank of Russia data for 2025, the current state of counterfeiting and the limits of official statistics are assessed. Measures to differentiate liability and improve prevention are proposed.

Ключевые слова: фальшивомонетчество; поддельные деньги; сбыт; мошенничество; квалификация; криминологическая характеристика; профилактика.

Keywords: counterfeiting; counterfeit money; sale; fraud; qualification; criminological characteristics; prevention.

Подделка денежных знаков относится к традиционным посягательствам на сферу денежного обращения, а развитие копировальной техники сделало изготовление подделок доступным для лиц без специальных навыков. Цель работы – рассмотреть признаки состава, предусмотренного ст. 186 УК РФ, проблемы его квалификации и современное состояние фальшивомонетчества; использованы формально-юридический метод и анализ статистики.

Общественная опасность деяния состоит не столько в ущербе лицу, получившему поддельную купюру, сколько в подрыве доверия к национальной валюте. Этим объясняются и место нормы в главе 22 УК РФ, и строгость санкции, верхний предел которой – пятнадцать лет лишения свободы [1].

Уголовно-правовая характеристика состава

Объектом преступления считают отношения, обеспечивающие устойчивость денежного обращения [2]. Предмет указан исчерпывающе: банкноты и монета Банка России, ценные бумаги в валюте РФ, иностранная валюта и ценные бумаги в иностранной валюте. Согласно ст. 29 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» банкноты и монета Банка России – единственное законное средство наличного платежа [3], поэтому предметом преступления могут быть лишь знаки, находящиеся в обращении либо подлежащие обмену.

Объективная сторона описана альтернативно: изготовление, хранение, перевозка в целях сбыта либо сбыт. Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что изготовление охватывает и полное воспроизведение денежного знака, и частичную подделку подлинного [4]. Состав формальный: преступление окончено с момента изготовления хотя бы одного знака при наличии цели сбыта.

Субъективная сторона – прямой умысел; для изготовления, хранения и перевозки обязательна цель сбыта. Лицо, добросовестно получившее поддельную купюру и затем расплатившееся ею, также совершает сбыт, поскольку осознаёт поддельность знака. Субъект общий – с шестнадцати лет (ч. 1 ст. 20 УК РФ).

Часть 1 ст. 186 УК РФ предусматривает принудительные работы до пяти лет либо лишение свободы до восьми лет со штрафом или без такового; часть 2 (крупный размер) – лишение свободы до двенадцати лет; часть 3 (организованная группа) – до пятнадцати лет [1]. Крупный размер применительно к ст. 186 определяется примечанием к ст. 170.2 УК РФ, которое распространяется на статьи главы 22 за рядом исключений, и составляет сумму свыше трёх миллионов пятисот тысяч рублей.

Таким образом, ч. 1 охватывает и сбыт одной пятитысячной купюры, и подделку на сумму около трёх с половиной миллионов рублей с одинаковым верхним пределом санкции. Такой разрыв не вполне согласуется с принципом справедливости (ст. 6 УК РФ), а его сглаживание назначением наказания условно или ниже низшего предела проблемы не решает. Обоснованной видится дифференциация ответственности за счёт выделения состава, связанного с подделкой на незначительную сумму.

Проблемы квалификации

Вопросы квалификации фальшивомонетчества давно признаются дискуссионными [5]; наиболее сложным остаётся отграничение состава от мошенничества. Согласно разъяснению Пленума, если подделка явно не соответствует подлинным денежным знакам, исключает их участие в обращении и рассчитана на обман отдельных лиц, содеянное квалифицируется по ст. 159 УК РФ [4]. Пример – сбыт сувенирных банкнот, законно продаваемых в розничной торговле.

Сложность состоит в оценочном характере признака. Суды опираются на заключение технико-криминалистической экспертизы, однако эксперт устанавливает способ изготовления и наличие защитных признаков, тогда как явное несоответствие – категория правовая. Зачастую при её оценке следует учитывать и обстановку сбыта: время суток, освещение, характер расчётной операции.

Судебная практика

Показательным для исследования проблем квалификации фальшивомонетничества является приговор Тимашевского районного суда Краснодарского края от 27 января 2026 года по делу № 1 – 38/2026 (1 – 282/2025). Суд рассмотрел уголовное дело в отношении трёх лиц, обвиняемых в хранении, перевозке в целях сбыта и сбыте заведомо поддельных банковских билетов Банка России [6].

Как установлено судом, один из подсудимых приобрёл у неустановленного лица не менее 463 поддельных банкнот номиналом 5000 рублей каждая. Их общая номинальная стоимость составляла 2 315 000 рублей. Впоследствии к совершению преступления были привлечены другие лица, между которыми распределялись обязанности по хранению, перевозке и распространению поддельных денежных знаков. Подделки использовались при расчётах за товары, в том числе при приобретении крупного рогатого скота, а также при оплате покупок в торговых организациях. Часть банкнот была изъята сотрудниками правоохранительных органов до её реализации.

Особого внимания заслуживает характер совместных действий виновных. Суд установил наличие предварительного сговора, распределения преступных ролей и согласованности действий участников. Вместе с тем действия подсудимых были квалифицированы по ч. 1 ст. 186 УК РФ, а не по ч. 3 указанной статьи, предусматривающей ответственность за совершение соответствующих деяний организованной группой.

Такой подход имеет значение для разграничения форм соучастия. В соответствии с ч. 2 и 3 ст. 35 УК РФ группа лиц по предварительному сговору предполагает наличие предварительной договорённости о совместном совершении преступления, тогда как организованная группа характеризуется устойчивостью и предварительным объединением её участников для совершения одного или нескольких преступлений. Следовательно, само по себе наличие предварительного сговора и распределения функций между соучастниками не означает обязательной квалификации содеянного по ч. 3 ст. 186 УК РФ.

При этом суд признал совершение преступления группой лиц по предварительному сговору обстоятельством, отягчающим наказание, на основании п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ. Данное обстоятельство учитывалось при назначении наказания, поскольку предварительный сговор не предусмотрен в качестве самостоятельного квалифицирующего признака в диспозиции ч. 1 ст. 186 УК РФ.

По результатам рассмотрения дела всем троим подсудимым было назначено наказание за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 186 УК РФ. Одному из них суд назначил три года шесть месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, другому — два года лишения свободы условно с испытательным сроком три года. Третий подсудимый был также признан виновным по ч. 1 ст. 325.1 УК РФ, и окончательное наказание по совокупности преступлений составило два года шесть месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Различия в назначенных наказаниях отражают применение принципа индивидуализации уголовной ответственности. Суд учитывал характер и степень общественной опасности совершённого деяния, обстоятельства его совершения, сведения о личности виновных, наличие смягчающих и отягчающих обстоятельств.

Дополнительное значение имеют имущественные последствия преступления. Суд удовлетворил гражданский иск потерпевшего о возмещении ущерба в размере 734 062 рублей 50 копеек и постановил взыскать соответствующую сумму с осуждённых солидарно. Кроме того, в доход государства были взысканы денежные средства, полученные в результате преступления, в размере 875 000 рублей.

Рассматриваемое дело представляет интерес и с точки зрения дифференциации уголовной ответственности. Несмотря на значительное количество поддельных банкнот и участие нескольких лиц в их распространении, общая номинальная стоимость установленных 463 денежных знаков не превышала предусмотренного законодательством порога крупного размера — 3 500 000 рублей. В связи с этим квалификация по признаку крупного размера, предусмотренному ч. 2 ст. 186 УК РФ, не применялась.

Таким образом, рассмотренный приговор демонстрирует, что действующая редакция ч. 1 ст. 186 УК РФ охватывает широкий круг деяний, различающихся по количеству поддельных денежных знаков, масштабам их распространения и характеру совместной преступной деятельности. При этом законодательство позволяет учитывать указанные обстоятельства при индивидуализации наказания, однако не предусматривает самостоятельной квалификации сбыта поддельных денежных знаков в незначительном размере.

Представляется целесообразным рассмотреть вопрос о дополнительной дифференциации уголовной ответственности с учётом номинальной стоимости поддельных денежных знаков. Такой подход мог бы обеспечить более последовательное разграничение деяний, существенно различающихся по своим фактическим обстоятельствам и степени общественной опасности.

Криминологические аспекты

По данным Банка России, в 2025 году выявлено 6 565 поддельных денежных знаков, а их отношение к числу банкнот в обращении сохранилось на уровне одной подделки на миллион [7]. Структура подделок по номиналам приведена в таблице 1.

Таблица 1.

Поддельные денежные знаки Банка России в 2025 году (составлено по данным [7])

Более 90 % подделок приходится на банкноты номиналом 5000 и 1000 рублей, наибольшее их количество зафиксировано в Центральном федеральном округе. На фоне сокращения числа поддельных рублёвых банкнот вырос показатель по иностранным: за 2025 год их выявлено 2 703, большинство – доллары США [7]. Возможное объяснение – меньшая осведомлённость граждан о защитных признаках иностранных банкнот, однако оно требует проверки.

Эти сведения нуждаются в оговорках: статистика отражает лишь подделки, поступившие в банки, что говорит о латентности деяния. Число выявленных знаков не тождественно и числу зарегистрированных преступлений, поэтому данные Банка России следует сопоставлять со статистикой МВД России.

В литературе отмечается, что официальные данные отражают лишь часть реального объёма фальшивомонетчества, а способы его совершения требуют самостоятельной типологизации [8]. Можно предположить, что на снижение числа подделок влияет и сокращение доли наличных расчётов, но проверка гипотезы требует сопоставления динамики наличного обращения за ряд лет.

Предупредительные меры: дифференциация ответственности по ч. 1 ст. 186 УК РФ с учётом размера подделки; контроль за оборотом сувенирной продукции, имитирующей денежные знаки; разъяснение защитных признаков банкнот работникам розничной торговли.

Оценка эффективности регулирования требует анализа и практики применения ст. 186 УК РФ, что составляет задачу дальнейшего исследования. Направлениями совершенствования нормы представляются дифференциация ответственности в зависимости от размера подделки и выработка единообразных ориентиров толкования критерия явного несоответствия.

Список литературы

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 25. – Ст. 2954.

2. Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учебник / под ред. А.И. Рарога. – 10-е изд., перераб. и доп. – М.: Проспект, 2018.

3. О Центральном банке Российской Федерации (Банке России): федер. закон от 10.07.2002 № 86-ФЗ // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 28.

4. О судебной практике по делам об изготовлении или сбыте поддельных денег или ценных бумаг: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.04.1994 № 2 (в ред. от 06.02.2007) // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1994. – № 7.

5. Хатаев И.Е. Дискуссионные вопросы квалификации фальшивомонетничества // Перспективы развития АПК в современных условиях: материалы 11-й междунар. науч.-практ. конф. – 2022. – С. 195⁠–⁠197.

6. Приговор Тимашевского районного суда Краснодарского края от 27.01.2026 по делу № 1⁠–⁠38/2026 (1⁠–⁠282/2025) [Электронный ресурс] // Судебные и нормативные акты РФ. – URL: https://sudact.ru/regular/doc/VrKKtYn3scoI/ (дата обращения: 22.09.2026).

7. Данные о поддельных денежных знаках, выявленных в банковской системе России в 2025 году [Электронный ресурс]. // Банк России: офиц. сайт. – URL: https://www.cbr.ru/statistics/cash_circulation/den_zn/2025/ (дата обращения: 22.09.2026).

8. Печегин Д.А. Типология способов фальшивомонетничества // Право. Журнал Высшей школы экономики. – 2024. – Т. 17, № 4. – С. 210⁠–⁠234.