КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ КОМПЬЮТЕРНОЙ ПРЕСТУПНОСТИ

CRIMINOLOGICAL ASPECTS OF COMPUTER CRIME

Glushchenko Varvara Denisovna

Student, Faculty of Logistics Management and Law, Maritime State University admiral G.I. Nevelskoy,

Russia, Vladivostok

Ziborov Zakhar Ivanovich

Student, Faculty of Logistics Management and Law, Maritime State University admiral G.I. Nevelskoy,

Russia, Vladivostok

Khomik Ella Vladimirovna

Scientific supervisor, Senior Lecturer, Maritime State University admiral G.I. Nevelskoy,

Russia, Vladivostok

АННОТАЦИЯ

В настоящей статье анализируется компьютерная преступность как объект криминологического исследования. Рассматриваются понятие и структура данного вида преступности, её количественные и качественные характеристики, а также личность типичного компьютерного преступника. Особое внимание уделяется детерминантам компьютерной преступности — факторам, способствующим её росту и высокой латентности. На основе анализа отечественного опыта предлагаются основные направления предупреждения компьютерных преступлений, включая совершенствование уголовного законодательства и повышение цифровой грамотности населения. Делается вывод о необходимости комплексного криминологического подхода к противодействию компьютерной преступности как системному социально-правовому явлению.

ABSTRACT

This article analyzes computer crime as an object of criminological research. It examines the concept and structure of this type of crime, its quantitative and qualitative characteristics, as well as the personality of a typical computer criminal. Special attention is paid to the determinants of computer crime, which are the factors that contribute to its growth and high level of latency. Based on the analysis of domestic experience, the article proposes main directions for preventing computer crimes, including the improvement of criminal legislation and the enhancement of digital literacy among the population. The article concludes that a comprehensive criminological approach is necessary to combat computer crime as a systemic socio-legal phenomenon.

Ключевые слова: криминология, компьютерная преступность, киберпреступность, личность преступника, детерминанты преступности, латентность, предупреждение преступлений, цифровая безопасность.

Keywords: criminology, computer crime, cybercrime, criminal personality, determinants of crime, latency, crime prevention, and digital security.

Стремительная цифровизация всех сфер жизни общества, начавшаяся в конце XX века и многократно ускорившаяся в последние десятилетия, привела к появлению принципиально новых видов преступной деятельности. Компьютерная преступность, или, как её всё чаще называют в международных документах, киберпреступность, стала одним из самых динамично растущих сегментов общей преступности. Перед криминологией — наукой о преступности, её причинах, личности преступника и мерах предупреждения — встаёт задача осмысления этого феномена не только с правовой, но и с социальной, психологической и экономической точек зрения. В отличие от криминалистического подхода, который сосредоточен на методах расследования и работе со следами, криминологический аспект компьютерной преступности требует ответа на вопросы о том, почему люди совершают такие преступления, какие общественные условия этому способствуют и как наиболее эффективно предотвращать киберугрозы. Настоящая статья представляет собой попытку системного криминологического анализа компьютерной преступности в её современном состоянии.

В криминологии термин «компьютерная преступность» не имеет единого общепризнанного определения, что связано с многогранностью самого явления. В широком смысле под компьютерной преступностью понимается совокупность преступлений, совершаемых с использованием компьютерных и телекоммуникационных технологий, а также преступлений, направленных непосредственно на компьютерную информацию и информационную инфраструктуру. Узкий подход ограничивает данное понятие только деяниями, предусмотренными главой 28 Уголовного кодекса Российской Федерации (неправомерный доступ, создание и распространение вредоносных программ, нарушение правил эксплуатации средств хранения компьютерной информации). Однако большинство криминологов склоняются к более широкой трактовке, включая в компьютерную преступность также мошенничества с использованием платёжных карт и электронных кошельков, кражу персональных данных, распространение детской порнографии через интернет, а также такие относительно новые явления, как криптовалютное мошенничество и атаки программ-вымогателей.

Количественная характеристика компьютерной преступности демонстрирует устойчивую тенденцию к росту во всём мире. Согласно статистическим данным МВД России, за последние пять лет число зарегистрированных преступлений, совершённых с использованием информационно-телекоммуникационных технологий, увеличилось в несколько раз, превысив долю в тридцать процентов от общего числа всех преступлений. При этом, по оценкам экспертов, реальные показатели значительно выше, поскольку уровень латентности компьютерной преступности оценивается как крайне высокий. Латентность объясняется несколькими факторами. Потерпевший может длительное время не осознавать, что в отношении него совершено преступление, особенно если злоумышленник ограничился незаметным копированием данных без их удаления или модификации. Вредоносные последствия зачастую проявляются не сразу, что затрудняет установление причинно-следственной связи. Кроме того, многие потерпевшие, особенно юридические лица, опасаются раскрывать факт кибератаки, чтобы избежать репутационных потерь и падения доверия со стороны клиентов и партнёров. Наконец, значительная часть компьютерных преступлений остаётся невыявленной из-за недостаточной квалификации сотрудников правоохранительных органов и отсутствия у них необходимых технических средств.

Качественная характеристика компьютерной преступности также претерпела существенные изменения. Если в 1990-е и 2000-е годы доминировали преступления, совершаемые одиночными хакерами из любопытства или из желания самоутвердиться, то сегодня компьютерная преступность приобрела организованный, транснациональный и корыстный характер. Создаются специализированные хакерские группы, действующие на постоянной основе и имеющие иерархическую структуру, включая аналитиков, разработчиков вредоносного программного обеспечения, операторов ботнетов и «обнальщиков» криптовалют. Киберпреступность превратилась в высокодоходный теневой бизнес, годовой оборот которого, по некоторым оценкам, исчисляется сотнями миллиардов долларов США.

Криминологическое изучение личности преступника имеет ключевое значение для понимания причин преступного поведения и разработки профилактических мер. В отличие от традиционного преступника, личность компьютерного злоумышленника обладает рядом специфических черт.

На основе обобщения многочисленных эмпирических исследований можно выделить несколько типов компьютерных преступников. Первый тип — это так называемый «хакер-энтузиаст», как правило, молодой человек в возрасте от четырнадцати до двадцати пяти лет, обладающий высоким уровнем технических знаний, но зачастую не имеющий профессионального образования в области информационной безопасности. Мотивами таких лиц выступают не столько корысть, сколько самоутверждение, любопытство, желание проверить свои способности или продемонстрировать превосходство над системой. Для этого типа характерен определённый «кодекс чести», в рамках которого взлом систем может считаться «благородным», если он не причиняет реального ущерба или направлен на «улучшение» безопасности. Однако на практике многие хакеры-энтузиасты со временем переходят к корыстным преступлениям или вступают в организованные группы.

Второй тип — корыстный компьютерный преступник. Это может быть, как профессионал в области IT, так и обычный пользователь, освоивший несложные схемы мошенничества (фишинг, рассылка фальшивых писем от имени банка, создание поддельных интернет-магазинов). Для данного типа характерен прагматизм, отсутствие каких-либо этических ограничений и чёткая ориентация на получение материальной выгоды. Часто такие преступники действуют в составе организованных групп, где каждый выполняет свою функцию: один разрабатывает программу, другой занимается её распространением, третий — выводом и обналичиванием похищенных средств.

Третий тип — инсайдер, то есть сотрудник организации, который использует свой легальный доступ к компьютерной информации в преступных целях. Мотивами инсайдера могут быть корысть (продажа коммерческой тайны конкурентам), месть работодателю (например, в связи с увольнением) или иные личные мотивы. Инсайдер представляет особую опасность, поскольку он хорошо знает систему безопасности организации и может действовать, не оставляя явных следов, либо в течение длительного времени осуществлять хищение небольшими порциями, оставаясь незамеченным.

Наконец, четвёртый, относительно новый тип — это киберпреступник, действующий в сфере криптовалют. Это может быть, как разработчик программ-вымогателей, требующих выкуп в биткоинах, так и организатор мошеннических ICO (первичных размещений монет) или «криптовалютных пирамид». Данная категория отличается высокой технической и финансовой грамотностью, а также активным использованием средств анонимизации (смесители криптовалют, тор-браузеры).

Независимо от типологии, можно выделить ряд общих черт, свойственных компьютерным преступникам. Это, как правило, лица мужского пола (хотя доля женщин в киберпреступности медленно, но растёт), с достаточно высоким уровнем образования в сфере информационных технологий, но часто с низким уровнем правовой культуры и дефектами социализации. Многие из них не осознают общественную опасность своих действий, полагая, что кража виртуальных денег или копирование файлов — это «не настоящая кража», поскольку жертва не теряет физический объект. Это криминологическое искажение правосознания требует особого внимания при разработке профилактических мер.

Криминология исходит из того, что любая преступность имеет свои причины и условия, которые в совокупности образуют её детерминанты. Для компьютерной преступности можно выделить несколько групп факторов, действующих на разных уровнях — от глобального до индивидуального.

На макроуровне главной причиной стремительного роста компьютерной преступности является сама цифровая трансформация общества. По мере того, как все больше людей и организаций активно используют онлайн-сервисы, включая интернет-банкинг, облачные хранилища и системы "умного дома", расширяется и зона уязвимости для злоумышленников. Важно отметить, что внедрение цифровых технологий происходит гораздо быстрее, чем совершенствование мер безопасности и законодательной базы. Это приводит к образованию так называемого "цифрового разрыва", когда возможности преступников значительно превосходят уровень защищенности потенциальных жертв.

Второй существенный фактор на макроуровне – это глобальный и трансграничный характер интернета. Киберпреступления могут быть инициированы в одной стране, серверы с доказательствами находиться в другой, а жертва – в третьей. Такая ситуация создает серьезные трудности для расследования и привлечения виновных к ответственности, поскольку требует сложного и зачастую неэффективного международного сотрудничества. В результате низкая вероятность быть пойманным и наказанным становится мощным стимулом для совершения преступлений.

Третий макрофактор – это анонимность, которую обеспечивают современные информационные технологии. Использование VPN, анонимайзеров, браузера Tor и криптовалют позволяет злоумышленникам практически полностью скрывать свою личность и местоположение. Даже если правоохранительным органам удается установить IP-адрес, он часто оказывается фальшивым или принадлежит прокси-серверу в юрисдикции, не склонной к сотрудничеству.

На личностном уровне, как уже отмечалось, важную роль играют дефекты правосознания, при которых виртуальные деяния не воспринимаются как преступления. Кроме того, для многих молодых людей, выросших в цифровой среде, взлом или распространение вредоносного кода становятся способом самореализации, своего рода «игрой», в которой нет явной жертвы. Здесь следует говорить о специфической компьютерной субкультуре, которая в некоторых своих проявлениях поощряет противоправное поведение и формирует искажённые ценностные ориентации.

Борьба с компьютерной преступностью требует комплексного подхода, включающего меры общесоциального, специально-криминологического и индивидуального уровней.

Общесоциальные меры направлены на устранение или нейтрализацию тех макрофакторов, которые способствуют росту киберпреступности. Важнейшей из таких мер является повышение цифровой грамотности населения. Необходимо внедрять в образовательные программы (начиная со школы) основы кибербезопасности: как создавать надёжные пароли, как распознавать фишинговые письма, почему нельзя переходить по подозрительным ссылкам. Целесообразно проведение широких информационных кампаний в средствах массовой информации и социальных сетях, разъясняющих риски и способы защиты. Кроме того, общесоциальный уровень включает в себя развитие отечественной индустрии информационной безопасности, стимулирование создания защищённых программных продуктов и снижение зависимости от зарубежного программного обеспечения, которое может иметь недокументированные возможности или уязвимости.

Специально-криминологические меры включают в себя правовые, организационные и технические средства непосредственного предупреждения компьютерных преступлений. На правовом уровне требуется дальнейшее совершенствование уголовного и уголовно-процессуального законодательства. В частности, необходимо унифицировать подходы к определению компьютерной информации как предмета преступления, ужесточить ответственность за создание и распространение вредоносного программного обеспечения, а также предусмотреть специальные составы для наиболее опасных форм организованной киберпреступности. Важно также совершенствовать процессуальные механизмы получения цифровых доказательств, включая упрощённый порядок получения информации от провайдеров и создания копий электронных носителей.

На организационном уровне необходимо укрепление подразделений по борьбе с киберпреступностью, обеспечение их современным оборудованием и регулярное повышение квалификации сотрудников. Эффективным представляется создание специализированных киберполицейских подразделений, которые могут работать в круглосуточном режиме и оперативно реагировать на инциденты. Кроме того, важную роль играет взаимодействие государственных органов с частным сектором, включая банки, операторов связи и IT-компании. В рамках такого взаимодействия может осуществляться оперативный обмен информацией о выявленных уязвимостях и новых видах атак.

Технические меры предупреждения включают обязательное использование средств антивирусной защиты, систем обнаружения вторжений, межсетевых экранов, а также регулярное резервное копирование критически важных данных. Для организаций, обрабатывающих персональные данные, должны быть установлены обязательные требования к уровню защиты информационных систем, включая проведение регулярных аудитов безопасности и моделирование возможных атак (пентестов).

Индивидуальный уровень предупреждения заключается в работе с конкретными лицами, склонными к совершению компьютерных преступлений. Это может быть профилактическая беседа, разъяснение правовых последствий, а в отношении несовершеннолетних — также работа с родителями и педагогами. Важно выявлять подростков, проявляющих повышенный интерес к хакингу и вредоносному программированию, и направлять их способности в созидательное русло, например, через участие в соревнованиях по информационной безопасности (CTF), где легальным образом можно проверить и развить свои навыки.

Прогнозирование развития компьютерной преступности является неотъемлемой частью криминологической науки. С учётом современных тенденций можно с высокой степенью уверенности предположить, что в ближайшие годы количество и разнообразие компьютерных преступлений будет продолжать расти. Основными драйверами этого роста станут дальнейшее распространение интернета вещей (когда к сети подключаются бытовые приборы, автомобили, медицинские устройства), развитие технологий искусственного интеллекта и машинного обучения, а также расширение использования криптовалют и технологии блокчейн.

Уже сегодня появляются такие новые вызовы, как атаки с использованием искусственного интеллекта, когда вредоносное программное обеспечение способно адаптироваться к среде и избегать обнаружения, а также дипфейки (создание поддельных видео- и аудиозаписей) для совершения мошенничеств и дискредитации лиц. Прогнозируется рост атак на критическую инфраструктуру — электростанции, системы водоснабжения, транспортные сети, что может привести к реальным катастрофам с человеческими жертвами. Соответственно, криминологическое предупреждение должно адаптироваться к этим вызовам, разрабатывая новые меры, включая правовое регулирование ответственности за злонамеренное использование искусственного интеллекта и создание специальных механизмов защиты объектов критической инфраструктуры.

Проведённый анализ позволяет сделать несколько основных выводов. Компьютерная преступность представляет собой сложное, динамично развивающееся социально-правовое явление, которое выходит далеко за рамки традиционных представлений о преступности. Её криминологическая характеристика включает высокий уровень латентности, транснациональный характер, организованность и корыстную направленность. Личность компьютерного преступника неоднородна, однако можно выделить общие черты: техническая грамотность в сочетании с дефектами правосознания и, нередко, юношеский возраст.

Причинами роста компьютерной преступности выступают как объективные факторы — цифровизация, глобализация, анонимность интернета, — так и субъективные — низкая цифровая культура, дефицит безопасности, искажённые ценностные установки. Предупреждение компьютерной преступности требует комплексных мер на всех уровнях: от общесоциального повышения цифровой грамотности до специальных правовых и технических решений.

Перспективы криминологического исследования компьютерной преступности связаны с разработкой методик прогнозирования её новых форм, изучением влияния искусственного интеллекта и иных прорывных технологий на механизмы преступного поведения, а также с созданием эффективных систем профилактики, способных нейтрализовать как существующие, так и будущие киберугрозы. Только опережающий, системный и междисциплинарный подход позволит сдержать экспоненциальный рост компьютерной преступности и обеспечить безопасность личности, общества и государства в цифровую эпоху.

Список литературы:

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 23.03.2024). – М., 2024.
2. Российская Федерация. Законы. Об информации, информационных технологиях и о защите информации : Федеральный закон от 27.07.2006 № 149-ФЗ (ред. от 24.06.2025). – Текст : электронный // СПС «КонсультантПлюс».
3. Овчинский В.С. Криминология цифрового мира: учебное пособие. – М.: Инфра-М, 2022. – 352 с.
4. Белевитина Ю. В. Криминологический портрет личности киберпреступника в современной России // Инновационная наука. — 2022. — № 12-2. — С. 61-64.
5. Клещина Е. Н., Байханов А. И. Киберпреступность в современных условиях цифровизации общества: детерминанты и направления противодействия // Закон и право. — 2026. — № 01. — С. 187-190.