ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ, ВОЗВРАЩЕННОМУ СУДОМ ПРОКУРОРУ: СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

АННОТАЦИЯ

В статье исследуется институт дополнительного расследования по уголовному делу, возвращенному судом прокурору в порядке статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Автор анализирует современное нормативное регулирование данного процессуального института, выявляет пробелы законодательной регламентации действий прокурора и органов предварительного расследования после поступления к ним возвращенного уголовного дела. На основе анализа актуальной судебной практики, в том числе кассационного определения Верховного Суда Российской Федерации и апелляционного постановления Ростовского областного суда, демонстрируется противоречивость правоприменения и обосновывается необходимость уточнения отдельных оснований возвращения. Особое внимание уделено соотношению принципа состязательности сторон, независимости суда и задач устранения препятствий рассмотрению дела по существу. Сформулированы предложения по совершенствованию уголовно-процессуального законодательства и определены перспективы развития рассматриваемого института.

Ключевые слова: уголовный процесс, дополнительное расследование, возвращение уголовного дела прокурору, статья 237 УПК РФ, обвинительное заключение, состязательность сторон, независимость суда, судебная практика.

Институт возвращения уголовного дела прокурору занимает особое место в системе уголовно-процессуальных гарантий законности и образует процессуальный механизм, посредством которого суд устраняет препятствия для разрешения дела по существу, не подменяя при этом органы предварительного расследования. Современное состояние данного института определяется содержанием статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ), закрепляющей исчерпывающий, по формальному прочтению, перечень оснований такого процессуального решения. Именно в рамках названной нормы и сосредоточена основная проблематика, связанная с пределами восполнения недостатков досудебного производства.

Прежде чем перейти к анализу частных вопросов, следует обозначить сущностное отличие действующей модели от ранее существовавшего института направления дела на дополнительное расследование. Если прежнее регулирование преследовало цель восполнения доказательственной неполноты, то современный законодатель сместил акцент в сторону устранения процессуальных нарушений, препятствующих постановлению правосудного приговора. Данный подход обусловлен установлением принципа состязательности сторон и четким разграничением функций обвинения, защиты и разрешения дела.

Как обоснованно отмечает К. А. Трифонова, возвращение уголовного дела прокурору представляет собой правовой институт обеспечения законности при производстве по уголовному делу, а не средство компенсации недоработок органа расследования [6, с. 385]. Подобная трактовка соответствует конституционному предназначению суда, который освобождается от несвойственной ему обвинительной деятельности и концентрируется на отправлении правосудия.

Анализ части первой статьи 237 УПК РФ позволяет выделить шесть самостоятельных оснований возвращения дела прокурору. Наиболее распространенным в правоприменительной практике остается основание, предусмотренное пунктом первым, связанное с составлением обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления с нарушением требований процессуального закона, что исключает возможность вынесения судом итогового решения на их основе.

Особого внимания заслуживает пункт пятый части первой названной статьи, согласно которому дело подлежит возвращению, если при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела ему не были разъяснены права, предусмотренные частью пятой статьи 217 УПК РФ. К числу таких прав относится право ходатайствовать о рассмотрении уголовного дела коллегией из трех судей, обеспечивающее реализацию гарантий справедливого судебного разбирательства.

Показательным примером в данном отношении выступает кассационное определение Верховного Суда Российской Федерации от 19 мая 2026 года, которым была дана оценка ситуации, когда обвиняемому не была обеспечена возможность заявить ходатайство о рассмотрении дела коллегией из трех судей [8]. При таких обстоятельствах уголовное дело надлежало возвратить прокурору на основании пункта пятого части первой статьи 237 Кодекса, однако нижестоящий суд в нарушение закона самостоятельно избрал единоличный порядок рассмотрения дела, а суд апелляционной инстанции оставил доводы стороны защиты без надлежащей оценки.

Приведенный пример наглядно подтверждает тезис о том, что нарушение права обвиняемого на выбор состава суда не относится к категории устранимых в судебном заседании дефектов и образует самостоятельное препятствие рассмотрению дела по существу. Игнорирование данного основания влечет отмену судебных актов и свидетельствует о недопустимости подмены воли обвиняемого усмотрением суда.

В контексте обеспечения процессуальных прав участников судопроизводства показательна также позиция М. В. Макаревич и Л. Л. Зайцевой, которые рассматривают возвращение уголовного дела прокурору в связи с нарушением права обвиняемого пользоваться родным языком как гарантию реализации фундаментальных начал уголовного процесса [4, с. 228]. Нарушение языковых прав, равно как и права на выбор состава суда, неустранимо в судебном разбирательстве и требует обращения к рассматриваемому институту.

Не меньшее теоретическое и практическое значение имеет пункт шестой части первой статьи 237 Кодекса, предусматривающий возвращение дела при наличии фактических обстоятельств, свидетельствующих о необходимости квалификации деяния как более тяжкого преступления. Законодатель в части первой целых третьей той же статьи возложил на суд обязанность указать соответствующие обстоятельства, одновременно запретив называть конкретную статью Особенной части уголовного закона и предрешать вопрос о виновности.

Применение данного основания требует особой осторожности, поскольку оно сопряжено с риском нарушения принципа независимости суда и пределов его процессуальной активности. Указанная проблематика отчетливо проявилась в апелляционном постановлении Ростовского областного суда номер 22-5922/2025 от 28 декабря 2025 года [7], в котором потерпевшая, ссылаясь на разъяснения о порядке применения статьи 237 Кодекса, настаивала на наличии оснований для возвращения дела прокурору.

По доводам потерпевшей, изложенным в апелляционной жалобе, квалификация инкриминируемого деяния не соответствовала исследованным в судебном разбирательстве доказательствам и подлежала изменению на более тяжкую. Данный пример демонстрирует, что инициатива возвращения дела по пункту шестому может исходить от стороны обвинения и потерпевшего, чьи процессуальные интересы напрямую связаны с правильностью уголовно-правовой оценки содеянного.

Сопоставление приведенных судебных актов позволяет заключить, что основания возвращения дела прокурору неоднородны по своей правовой природе. Одни из них охраняют права обвиняемого, другие обеспечивают законные интересы потерпевшего и реализацию публичного начала, что подтверждает многофункциональный характер рассматриваемого института и его роль в поддержании баланса процессуальных интересов.

Среди дискуссионных вопросов следует выделить проблему соединения уголовных дел как самостоятельного основания возвращения, предусмотренного пунктом четвертым части первой статьи 237 УПК РФ. А. А. Горбунков справедливо обращает внимание на недостаточность правового регулирования данного основания и предлагает уточнить условия его применения с учетом положений статьи 153 УПК РФ [2, с. 30]. Неопределенность критериев соединения порождает противоречивую практику и затягивание судопроизводства.

Существенным недостатком действующего регулирования остается отсутствие четкой регламентации действий прокурора после возвращения ему уголовного дела. Законодатель не установил предельный срок, в течение которого прокурор обязан принять решение по делу и обеспечить устранение выявленных препятствий, что создает условия для необоснованного увеличения общей продолжительности производства.

Не урегулированными в полной мере остаются и процедурные аспекты устранения выявленных дефектов. Р. Г. Гусейнов аргументированно указывает на целесообразность устранения оснований возвращения уголовного дела прокурору уже на стадии подготовки дела к судебному разбирательству, что позволило бы минимизировать неоправданное движение дела между судом и органами расследования [3, с. 44]. Подобный подход соответствует требованию процессуальной экономии.

Отдельного внимания заслуживает положение должностных лиц, участвующих в реализации рассматриваемого института. А. П. Михайлова анализирует актуальные проблемы обжалования дознавателем решений прокурора о возвращении уголовного дела и обоснованно отмечает необходимость законодательного закрепления гарантий ведомственного и судебного контроля за такими решениями [5, с. 255]. Отсутствие ясной процедуры обжалования снижает эффективность защиты публичных интересов.

Обобщая существующие теоретические подходы, А. А. Абдуллина, А. А. Миронова и А. А. Барыгина приходят к выводу о том, что статья 237 УПК РФ нуждается в системной доработке, поскольку ее перечень оснований при формальном толковании входит в противоречие с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации о незакрытом характере таких оснований [1, с. 78]. Данное противоречие требует законодательного разрешения.

Перспективы развития института дополнительного расследования по возвращенному уголовному делу связаны с несколькими направлениями совершенствования законодательства. Представляется целесообразным дополнить часть первую статьи 237 Кодекса указанием на возможность возвращения дела по иным основаниям, не связанным с восполнением доказательственной неполноты, но препятствующим рассмотрению дела по существу, а также установить четкие сроки и форму процессуальных действий прокурора.

Реализация предложенных мер позволит обеспечить надлежащий баланс между задачей устранения процессуальных препятствий и недопустимостью возложения на суд обвинительной функции, что в полной мере отвечает принципам состязательности сторон и независимости суда. Рассмотренные судебные акты убедительно подтверждают практическую значимость точной регламентации оснований и порядка возвращения дела прокурору.

Таким образом, институт дополнительного расследования по уголовному делу, возвращенному судом прокурору, в современном состоянии характеризуется незавершенностью нормативного регулирования и противоречивостью правоприменения, в связи с чем его дальнейшее развитие предполагает уточнение перечня оснований статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и регламентацию сроков и порядка процессуальной деятельности прокурора при сохранении принципов состязательности и независимости суда.

Список литературы:

1. Абдуллина А. А., Миронова А. А., Барыгина А. А. Возвращение уголовного дела прокурору по статье 237 УПК РФ // Научное образование. – 2026. – № 3 (36). – С. 76-79.
2. Горбунков А. А. Необходимость соединения уголовных дел как основание для возвращения уголовного дела прокурору: проблемы правового регулирования // Актуальные проблемы уголовного права и процесса, уголовно-исполнительного права и криминалистики: сборник трудов XII Всероссийской научно-практической конференции. – Саранск, 2024. – С. 29-31.
3. Гусейнов Р. Г. Устранение оснований возвращения уголовного дела прокурору на стадии подготовки уголовного дела к судебному разбирательству // Российский судья. – 2026. – № 6. – С. 42-46.
4. Макаревич М. В., Зайцева Л. Л. Возвращение уголовного дела прокурору в связи с нарушением права обвиняемого пользоваться родным языком // Правосудие и правоохранительная деятельность: законодательство и правоприменение: сборник научных трудов. – Минск, 2025. – С. 226-231.
5. Михайлова А. П. Актуальные проблемы обжалования дознавателем решений прокурора о возвращении уголовного дела // Перспективы формирования конкурентоспособной научной модели Российской Федерации: сборник статей по итогам Всероссийской научно-практической конференции с международным участием. – Стерлитамак, 2026. – С. 254-256.
6. Трифонова К. А. Возвращение уголовного дела прокурору как правовой институт обеспечения законности при производстве по уголовному делу // Актуальные проблемы предварительного расследования: сборник статей по материалам Международной научно-практической конференции. – 2021. – С. 384-390.
7. Апелляционное постановление Ростовского областного суда (Ростовская область) № 22-5922/2025 от 28 декабря 2025 г. [Электронный ресурс]. — URL: www.sudact.ru (дата обращения: 18.06.2026).
8. Кассационное определение Верховного Суда Российской Федерации от 19 мая 2026 г. Верховный Суд РФ [Электронный ресурс]. — URL: www.sudact.ru (дата обращения: 18.06.2026).