ТРАНСФОРМАЦИЯ ЖАНРА ВОЕННЫЙ РЕПОРТАЖ В ПРАКТИКЕ СОВРЕМЕННЫХ ОТЕЧЕСТВЕННЫХ ВОЕНКОРОВ

THE TRANSFORMATION OF THE GENRE OF WAR REPORTING IN THE PRACTICE OF MODERN RUSSIAN MILITARY CORRESPONDENTS

Kotenko Valeria Vitalievna

Student, Department of Communications and Media, Far Eastern Federal University,

Russia, Vladivostok

АННОТАЦИЯ

В статье рассматривается специфика жанра военный репортаж в работе современных российских военных корреспондентов. На материале 15 видеорепортажей Е. Поддубного, А. Филатова, А. Сладкова, А. Коца и С. Пегова выявлены тематические, композиционные, языковые и мультимедийные признаки трансформации жанра. Установлено, что современный военный репортаж сохраняет документальность, событийность, авторское наблюдение и эффект присутствия, но все чаще функционирует как платформенный и мультимодальный медиатекст.

ABSTRACT

The article examines the specificity of war reportage in the professional practice of contemporary war correspondents. Based on 15 video reports by E. Poddubny, A. Filatov, A. Sladkov, A. Kots and S. Pegov, the study identifies thematic, compositional, linguistic and multimedia features of genre transformation. The article shows that modern war reportage preserves documentary accuracy, event-centeredness, authorial observation and the effect of presence, but increasingly functions as a platform-based and multimodal media text.

Ключевые слова: военный репортаж; военная журналистика; военный корреспондент; цифровые медиа; мультимедийность; трансформация.

Keywords: war reportage; war journalism; war correspondent; digital media; multimedia; transformation.

Введение

Военная журналистика в современном медиапространстве в условиях проведения СВО приобретает особую общественную значимость. Аудитория ожидает от журналиста наглядного подтверждения происходящего: кадра с места события, голоса очевидца, детали разрушенного пространства, объяснения тактической или гуманитарной ситуации. Поэтому репортаж сохраняет статус одного из ключевых жанров военной журналистики, поскольку соединяет факт, наблюдение, движение события и авторское присутствие.

Классический репортаж строится на документальности, оперативности, последовательном разворачивании события и эффекте присутствия. Однако в зоне вооруженного конфликта эти признаки реализуются в особых условиях: корреспондент работает при физической опасности, ограниченном доступе к источникам, необходимости соблюдать требования безопасности и одновременно сохранять профессиональную точность. Исследователи экстремальной журналистики подчеркивают, что работа в опасной среде требует не только умения собирать информацию, но и способности минимизировать угрозы для себя и окружающих [1, с. 6].

Актуальность статьи определяется тем, что цифровые платформы заметно изменили репортажную форму. Современный военный корреспондент может одновременно быть автором телевизионного сюжета, оператором, участником прямого включения, администратором Telegram-канала и публичной медиаперсоной. Репортаж распространяется через RuTube, VK Видео, Telegram, сайты редакций и авторские каналы, а его смысл формируется не только закадровым текстом, но и титрами, картами, кадрами с беспилотников, радиопереговорами, музыкой и реакциями аудитории.

Цель статьи – выявить специфику современного военного репортажа в практике военных корреспондентов и определить направления его трансформации в цифровой медиасреде.

Теоретические основания

Репортаж как жанр ориентирован на передачу события в его пространственно-временной конкретности: он показывает развитие ситуации, действия участников, детали места и позицию журналиста. В военной журналистике эта черта приобретает особую значимость, поскольку событие часто находится за пределами непосредственного опыта аудитории и нуждается в наглядном подтверждении.

Современные исследователи отмечают, что военный репортаж сочетает событийную и познавательно-тематическую природу: с одной стороны, он связан с конкретным актуальным событием, с другой – раскрывает жизненную ситуацию и реальные человеческие истории. Поэтому он не может быть сведен к батальному описанию: в его поле входят подготовка, тыловое обеспечение, эвакуация гражданских, фронтовой быт, медицина, инженерные службы, добровольцы и операторы беспилотников [2, с. 599].

Военная журналистика функционирует в условиях информационного противоборства и выполняет информационную, документальную, интерпретационную и верификационную функции. При этом ее профессиональная ценность зависит от связи с проверяемым фактом. Ошибка при освещении военного события может иметь не только репутационные, но и гуманитарные последствия, поэтому исследователи подчеркивают необходимость специальной подготовки корреспондента, знания правил безопасности, аккредитации и взаимодействия с военными структурами [3, с. 179].

Особенность работы военного корреспондента заключается в двойственной позиции. Он остается журналистом, который наблюдает, задает вопросы, проверяет факты и создает медиатекст, но одновременно включается в опасную среду: передвигается с подразделением, зависит от маршрута, укрытий, режима связи и требований секретности. Такое непосредственное пребывание рядом с событием обеспечивает репортажу эффект свидетельства и определяет его жанровую специфику.

Материал и методы исследования

Эмпирической основой статьи стали 15 видеорепортажей пяти российских военных корреспондентов: Евгения Поддубного, Андрея Филатова, Александра Сладкова, Александра Коца и Семена Пегова. Корпус включает материалы 2023-2026 годов, опубликованные на RuTube, VK Видео, в медиапроектах RT, «Комсомольской правды», Первого канала, WarGonzo и авторских цифровых каналах.

Выбор корреспондентов обусловлен различием профессиональных манер. Е. Поддубный представляет институциональную телевизионную модель с сильным объяснительным компонентом; А. Филатов демонстрирует дроново-операционный тип визуального свидетельства; А. Сладков развивает репортажно-очерковую линию с вниманием к человеку и фронтовому быту; А. Коц работает в маршрутно-свидетельской модели, ориентированной на городское пространство и гражданские последствия войны; С. Пегов представляет динамичную, разговорную, гонзо-ориентированную манеру.

В исследовании применены тематический контент-анализ, структурно-композиционный анализ, стилистический и лингвистический анализ, фоностилистический анализ, семиотический анализ визуального ряда, дискурс-анализ, медиаплатформенный и мультимодальный анализ. Единицей анализа выступал отдельный репортаж, а единицей кодирования – тематически завершенный эпизод: стендап, интервью, фрагмент закадрового текста, сцена боевой работы, кадр с дрона, титр, радиопереговор или эпизод общения с мирными жителями.

Результаты и обсуждение

Тематический анализ показал, что современный военный репортаж не сводится к изображению боя. Боевые действия остаются центральным элементом, однако в корпусе не менее значимыми оказываются оснащенность фронта, подготовка подразделений, солдатский быт, гуманитарные последствия конфликта, авторский риск и фронтовая логистика.

Наиболее частотным тематическим блоком стала технологическая трансформация фронта. Почти каждый материал обращается к беспилотникам, FPV-дронам, системам радиоэлектронной борьбы, объективному контролю, дронам-перехватчикам или техническим средствам обеспечения подразделений. Второй устойчивый блок связан с человеком на войне. Даже материалы, формально посвященные технике, раскрываются через людей: инструкторов, операторов БПЛА, штурмовиков, снайперов, танкистов, волонтеров, жителей освобожденных городов. Эта особенность подтверждает гуманитарную природу журналистики. Александр Коц подчеркивает, что военная журналистика для него прежде всего связана с людьми и мирным населением, которое сильнее всего страдает от происходящего [4, с. 99].

Структурно-композиционный анализ позволил выделить пять моделей современного военного репортажа. Первая модель – объяснительно-демонстрационная: корреспондент показывает процесс, задает вопросы экспертам, демонстрирует технику и комментирует значение увиденного. Вторая – маршрутно-фронтовая. Ее основой становится движение корреспондента по пространству фронта или освобожденного города. Третья – дроново-операционная. Здесь зритель воспринимает событие через интерфейс технического наблюдения. Авторское присутствие не исчезает, но переносится в выбор кадров, монтаж, поясняющие подписи и композицию визуального доказательства. Четвертая модель – репортажно-очерковая. Она характерна для материалов, где центральными становятся личность героя, быт подразделения, психологическая устойчивость, память о погибших и внутренняя организация фронтового пространства. Пятая модель – короткий событийный фронтовой эпизод, характерный для динамичных материалов Пегова: минимальная экспозиция, разговорная интонация, быстрые вопросы и акустическая кульминация создают эффект оперативного присутствия.

Языковой анализ показал, что современный военный репортаж является полистилистическим медиатекстом. В нем сочетаются официально-терминологический регистр («БПЛА», «РЭБ», «командно-наблюдательный пункт», «огневое поражение»), фронтовой разговорно-профессиональный регистр («птичка», «прилет», «опорник», «передок», «БМка», «трехсотые») и публицистически-оценочный регистр. Терминология обеспечивает точность, жаргонизмы передают реальную устную коммуникацию фронтовой среды, а оценочные элементы формируют ценностную рамку.

Особое значение имеет прямая речь участников. Видеорепортаж фиксирует не только подготовленные интервью, но и команды, радиопереговоры, крики, короткие реакции на опасность, неполные фразы. Исследователи метода включенного наблюдения отмечают, что журналист в такой ситуации может становиться фигурой, вокруг которой выстраивается действие, поскольку он описывает происходящее изнутри наблюдаемой среды. В военном репортаже это проявляется через движение камеры вместе с корреспондентом, вопросы на ходу, спонтанные реплики и фрагментарный синтаксис.

Звук в современном видеорепортаже выполняет самостоятельную жанрообразующую функцию. Зритель слышит не только голос корреспондента, но и выстрелы, взрывы, работу техники, радиопереговоры, шум дронов, команды, паузы и музыку. У Филатова звуковой поток боевой операции нередко заменяет традиционное описание; у Коца важнейшими оказываются голоса жителей; у Сладкова звук помогает выстроить эмоциональную дугу от фронтового быта к памяти; у Пегова выстрел, залп и музыка становятся кульминационными элементами репортажа.

Визуальный ряд функционирует как система знаков. В корпусе выделяются код присутствия корреспондента, код разрушенного пространства, код технологического зрения, код фронтового быта, символико-ценностный код и код скрытой угрозы. Разрушенные здания, подвалы, укрытия, карты, мониторы операторов, прицелы, флаги, фотографии погибших, мастерские и техника не просто иллюстрируют слова журналиста. Они документируют, символизируют и структурируют восприятие события.

Особенно значимым становится код технологического зрения. Кадры с дрона меняют позицию зрителя: он наблюдает бой не только глазами корреспондента, но и глазами технического устройства. Это усиливает ощущение доказательности, но одновременно повышает риск зрелищности войны. Поэтому для военного корреспондента важен баланс между визуальной выразительностью и профессиональной ответственностью.

Цифровая трансформация жанра

Первое направление трансформации – платформенность. Даже материалы, построенные по классической телевизионной модели, в цифровой среде воспринимаются иначе: пользователь видит название канала, число просмотров, лайки, комментарии, описание и рекомендации платформы. Репортаж становится не только журналистским текстом, но и элементом платформенной коммуникации.

Второе направление – персонализация. Военкор становится узнаваемой медиаперсоной, а доверие к материалу связывается не только с редакцией, но и с личностью автора, его постоянным присутствием в канале, стилем речи и репутацией очевидца. В этом проявляется расширение профессиональной роли: корреспондент становится медиатором между фронтом, редакцией, экспертным сообществом и подписчиками.

Третье направление – усиление дроновой и интерфейсной визуальности. Если классический репортаж опирался на авторское «я видел», то дроново-операционная модель добавляет техническое «это зафиксировано». Однако техническая фиксация не отменяет авторской ответственности: именно журналист выбирает, что показать, как смонтировать и каким пояснением сопроводить.

Четвертое направление – изменение темпоральности. Традиционный репортаж стремится к максимально быстрой публикации, но в условиях современной войны оперативность подчиняется безопасности. Материал может быть снят непосредственно в момент события, но опубликован позже, чтобы не раскрыть позиции и не помочь противнику. Следовательно, современный военный репортаж существует в двойной временности: съемка близка к событию, публикация – к моменту безопасного предъявления.

Пятое направление – гибридизация жанров. Репортаж соединяется с блогом, хроникой операции, очерком, спецрепортажем, экспертным разбором и коротким фронтовым включением. Это связано и с развитием военной гонзо-журналистики, для которой характерны субъективная манера, разговорная интонация и эмоциональное авторское присутствие. Однако даже в таких формах сохраняется требование документальной основы, поскольку без факта репортаж перестает быть журналистским свидетельством [5, с. 143].

Заключение

Проведенное исследование показало, что жанр военного репортажа на современном этапе сохраняет базовую репортажную основу: документальность, событийность, авторское наблюдение, прямую речь участников, деталь и эффект присутствия. Именно эти признаки позволяют аудитории воспринимать материал не как отвлеченное сообщение, а как свидетельство с места события.

В то же время современный военный репортаж существенно трансформируется. Его тематика расширяется от описания боя к анализу технологий, подготовки, логистики, фронтового быта, гуманитарных последствий и взаимодействия фронта с тылом. Его структура становится более гибкой: наряду с классическим объяснительным репортажем существуют маршрутно-фронтовая, дроново-операционная, репортажно-очерковая и гонзо-ориентированная модели.

Цифровая среда изменила не только канал распространения военного репортажа, но и его внутреннюю структуру. Современный материал существует как видео, заголовок, описание, набор титров, фрагмент дроновой съемки, пост автора, комментарий аудитории, реакция, ссылка и часть личного архива военкора. Исследователи отмечают, что Telegram-каналы отличаются адресованностью и расширенными возможностями передачи информации. Для военных корреспондентов это означает появление постоянной коммуникации с аудиторией за пределами отдельного выпуска [6, с. 51].

Язык современного военного репортажа отличается полистилистичностью. Военная терминология обеспечивает точность, фронтовой жаргон создает эффект включенности, оценочная лексика формирует ценностную рамку, а фрагментарный синтаксис передает напряжение реального времени. Звук и визуальный ряд становятся самостоятельными средствами жанровой организации.

Гипотеза исследования подтверждается: в современных военных репортажах жанровая модель классического репортажа трансформируется под влиянием условий работы военных корреспондентов и цифровой медиасреды. Усиливается авторское присутствие, возрастает роль эмоционально-экспрессивных и визуально-звуковых средств, активно используются мультимедийные формы передачи информации.

Список литературы:

1. Аракелян, А. А. Специфика работы российских журналистов в экстремальных ситуациях / А. А. Аракелян // От мечты к открытию: психологические исследования молодых ученых : Материалы региональной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых преподавателей, Курск, 19 мая 2022 года / Под общей редакцией С.В. Сарычева. Том Выпуск 2. – Курск: Общество с ограниченной ответственностью Издательско-торговый дом "Университетская книга", 2022. – С. 5-8.
2. Рымарева, Е. Н. Современный военный репортаж: особенности жанра / Е. Н. Рымарева, Е. С. Долгина // Мир науки, культуры, образования. – 2025. – № 3(112). – С. 597-599.
3. Новиков, С. Д. Военная журналистика: история, специфика и этика / С. Д. Новиков // PR и реклама: традиции и инновации. Средства массовой информации: медиареальность и "действительность" : материалы Всероссийских научно-практических конференций с международным участием, Красноярск, 20 апреля 2022 года. – Красноярск: Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Сибирский государственный университет науки и технологий имени академика М.Ф. Решетнева", 2022. – С. 177-181.
4. Если Родина в опасности, значит, всем идти на фронт : военная журналистика / В.Л. Агапов, А.А. Афонин, Д.А. Бутырин, Л.А. Васильева, С.К. Кондратенко, И.А. Коц, О.П. Мальцева, А.В. Островский, А.Л. Попиль, В.А. Попиль, П.Ю. Самойленко. ‒ Владивосток : Изд-во Дальневост. ун-та, 2023. – 195 с.
5. Демина, И. Н. Гонзо-журналистика как современный способ художественного отображения действительности / И. Н. Демина, А. С. Копылова // Вестник Волжского университета им. В.Н. Татищева. – 2023. – Т. 2, № 2(41). – С. 142-152.
6. Колобова, С. В. Трансформация жанра устного рассказа военного корреспондента в современном медиадискурсе / С. В. Колобова, Л. Е. Малыгина // Верхневолжский филологический вестник. – 2024. – № 2(37). – С. 50-59.