ПРОБЛЕМЫ ПРОВЕРКИ СООБЩЕНИЙ О ПРЕСТУПЛЕНИИ В ЦИФРОВОЙ СРЕДЕ

PROBLEMS WITH VERIFYING CRIME REPORTING IN THE DIGITAL ENVIRONMENT

Grigorieva Kristina Alekseevna

Second-year Master's student, Faculty of Law, N.G. Chernyshevsky Saratov National Research State University,

Russia, Saratov

Vladimir Mikhailovich Yurin

Scientific supervisor, PhD in Law, Associate Professor, Professor, Department of Criminal Procedure, Forensic Science, and Forensic Examination, Faculty of Law, N.G. Chernyshevsky Saratov National Research State University,

Russia, Saratov

АННОТАЦИЯ

Статья посвящена двум ключевым проблемам стадии возбуждения уголовного дела при поступлении сообщений о преступлениях, совершенных в цифровой среде. Во-первых, отсутствие единого выработанного механизма регистрации информации, поступающей из сети Интернет, что порождает неопределенность в правовой квалификации поводов для возбуждения дела. Во-вторых, системные противоречия между действующими нормами Уголовно-процессуального кодекса РФ и объективными свойствами электронных данных.

ABSTRACT

The article focuses on two key problems of the criminal case initiation stage when receiving reports of crimes committed in the digital environment. First, the absence of a unified mechanism for registering information received from the Internet is analyzed, which creates uncertainty in the legal qualification of grounds for initiating a case. Second, systemic contradictions between the current norms of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation and the objective properties of electronic data are examined.

Ключевые слова: проверка сообщения о преступлении, цифровая среда, регистрация интернет-информации, повод для возбуждения уголовного дела, уголовно-процессуальные нормы, электронные доказательства, доследственная проверка.

Keywords: crime report verification, digital environment, registration of Internet information, ground for criminal case initiation, criminal procedure norms, electronic evidence, pre-investigation check.

Цифровая трансформация всех сфер жизни неизбежно влечет изменение форм противоправного поведения. Однако уголовно-процессуальное законодательство, регламентирующее порядок реагирования на сообщения о преступлениях, остается по большей части «аналоговым». Актуальность работы вызвана сложностью применения ст. 140 УПК РФ к сообщениям из интернет-источников. Удобство для граждан в цифровую эпоху оборачивается серьезными проблемами для правоприменителя, которые сводятся к двум основным: отсутствие механизма регистрации интернет-информации и невозможность эффективно применять к ней действующие нормы УПК.

Так Семенко Г.М., Стриженко И.А. полагают, что все большее взаимодействие с правоохранительными органами через информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет» обусловлено общей политикой по улучшению взаимодействия с населением. И для этого у государственных органов появляются новые средства связи, создаются специализированные подразделения, кроме того, то же МВД РФ, помимо своей непосредственной деятельности, стало осуществлять услуги населению в рамках проекта «Электронное правительство» [1].

Наиболее фундаментальная проблема заключается в отсутствии выработанного механизма регистрации информации, поступающей из сети Интернет. Согласно Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения сообщений о преступлениях [2], поводами для регистрации являются заявления, явки с повинной, рапорты. Однако информация о преступлении, автоматически выявленная в ходе мониторинга сети Интернет (например, сообщение в Telegram-канале о готовящемся взрыве, видеозапись сцены насилия во «ВКонтакте», пост о незаконной продаже оружия) не вписывается в традиционную «реестровую» логику.

Практика идет по пути составления рапорта сотрудника, обнаружившего признаки преступления (ст. 143 УПК РФ). Однако сам факт обнаружения требует фиксации. В отличие от письменного заявления, которое заверяется подписью заявителя, интернет-публикация не имеет авторизации.

В настоящее время используются скриншоты, протоколы осмотра интернет-страниц, акты мониторинга. Однако процедура регистрации такого «сообщения» в Книге учета сообщений о преступлениях (КУСП) не унифицирована. В графе «источник информации» указывается то «рапорт», то «интернет-ресурс», то «анонимное сообщение». Это влечет за собой:

- невозможность однозначной идентификации повода при последующем судебном контроле;

- отказы в возбуждении дела по формальным основаниям (отсутствие заявителя);

- утрату доказательственного значения при последующем судебном разбирательстве.

Даже после регистрации интернет-сообщения начинается доследственная проверка (ст. 144 УПК РФ). Именно здесь проявляется фундаментальное несоответствие процессуальных норм свойствам цифровых данных.

Часть 1 ст. 144 УПК РФ [3] устанавливает срок проверки от 3 до 30 суток. Однако оператор связи или хостинг-провайдер хранит логи соединений часто не более 7–14 суток (для мессенджеров — до 24 часов). Зачастую к моменту получения юридически значимого ответа данные уже удалены. Нормативно определенный срок проверки вступает в прямое противоречие с техническими реалиями.

Согласно ст. 182, 183 УПК РФ, выемка и обыск проводятся по конкретному адресу, где находится имущество или документы. Но если информация хранится на сервере, расположенном в другой стране, российский следователь не может провести процессуальное действие. Аналоговая норма не работает в цифровом пространстве. В результате орган предварительного расследования вынужден ограничиваться скриншотом, который легко оспорить как недопустимое доказательство.

Кроме того, традиционный протокол осмотра фиксирует статичную картинку. Норма ст. 164.1 УПК РФ, регламентирующая получение информации о соединениях, не распространяется на контент. В итоге следователь лишен легального инструмента для фиксации изменяющегося цифрового следа, что делает проверку сообщения заведомо неполной.

Отсутствие механизма регистрации интернет-информации и невозможность применения традиционных процессуальных норм создают порочный круг: интернет-сообщение не может быть корректно зарегистрировано, соответственно, оно либо не попадает в КУСП, либо регистрируется искаженно. Если проверка начинается по искаженному поводу, то следователь пытается применить ст. 144 УПК РФ к цифровым объектам, но сталкивается с невозможностью изъятия, соблюдения сроков и процессуальной формы. Результатом является необоснованный отказ в возбуждении дела либо возбуждение дела на недопустимых доказательствах, что ведет к прекращению на более поздних стадиях.

На наш взгляд, перечень поводов для возбуждения уголовного дела необходимо дополнить таким поводом, как «информация, полученная из информационно-телекоммуникационных сетей, содержащая признаки преступления, зафиксированная в порядке, установленном настоящим Кодексом». При этом утвердить отдельную форму регистрации в КУСП с обязательной гиперссылкой.

Также стоит сказать о зарубежном опыте в работе с электронными сообщениями о преступлении. Так, в Республике Казахстан реализуется обработка электронных сообщений о преступлении. Для практической реализации указанных норм был разработан специальный модуль «Регистрация заявлений и сообщений о преступлениях через электронный портал Комитета по правовой статистике и специальным учетам Генеральной прокуратуры Республики Казахстан». Работа данного модуля заключается в том, что заявления в реальном времени поступают на автоматизированные системы, находящиеся в органах предварительного расследования, после чего автоматически регистрируются и сотрудники, принимающие заявления не могут их удалить или отказаться от регистрации, что способствует снижению вероятности упущения поступивших сообщений о преступлении. Все поступившие сообщения, после регистрации автоматически становятся доступными органам предварительного расследования и органам надзора.

Таким образом, отсутствие выработанного механизма регистрации интернет-информации и неприменимость традиционных процессуальных норм к цифровой среде — носят системный характер. Они не могут быть решены за счет разрозненных ведомственных указаний или повышения квалификации отдельных следователей. Требуется целостное изменение уголовно-процессуального законодательства: признание интернет-сообщения самостоятельным поводом, создание специальных правил для фиксации, приостановления сроков и осмотра цифровых объектов. Только при таком подходе стадия возбуждения уголовного дела перестанет быть «узким горлышком» в борьбе с киберпреступностью.

Список литературы:

1. Семенко Г.М., Стрижченко И.А. К вопросу эффективности применения информационно-телекоммуникационной технологии приема обращений граждан в органы внутренних дел // Символ науки. 2015. № 8. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/k-voprosu-effektivnosti-primeneniyainformatsionno-telekommunikatsionnoy-tehnologii-priema-obrascheniy-grazhdan-v-organy-vnutrennih (дата обращения: 23.05.2026 г.).
2. Приказ МВД России от 29.08.2014 № 736 "Об утверждении Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях" // Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс" (дата обращения: 23.05.2026).
3. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 20.02.2026) // Собрание законодательства РФ. — 2001. — № 52 (ч. I). — Ст. 4921.
4. Шестакова, Любовь А., Михаил Е. Кочнев. 2024. “Проблемы и перспективы использования цифровых технологий в уголовном судопроизводстве РФ”. Юридический аналитический журнал Juridical Analytical Journal 19 (1): 15–25. http://doi.org/10.18287/1810-4088-2024-19-1-15-25 (дата обращения: 23.05.2026).