КОНКУРЕНЦИЯ ВИНДИКАЦИОННЫХ И ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННЫХ ИСКОВ ПРИ ЗАЩИТЕ ПРАВ НА NFT И КРИПТОАКТИВЫ: ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ

COMPETITION OF VINDICATION AND COMMITMENT CLAIMS IN THE PROTECTION OF RIGHTS TO NFTS AND CRYPTOASSETS: THEORY AND PRACTICE

Boychenko Kirill Andreevich

Second-year law student, South-Russian Institute of Management - branch of RANEPA,

Russia, Rostov-on-Don

Kritsky Aleksandr Vitalyevich

Second-year law student, South-Russian Institute of Management - branch of RANEPA,

Russia, Rostov-on-Don

Kheygetova Svetlana Egorovna

Scientific supervisor, Candidate of Law, Associate Professor, Department of Civil and Entrepreneurial Law, South-Russian Institute of Management - branch of RANEPA,

Russia, Rostov-on-Don

АННОТАЦИЯ

Статья посвящена правовой природе цифровых активов и проблеме выбора надлежащего способа защиты прав на них. Анализируются совместимость виндикационного иска с признаками цифровых объектов и условия эффективности обязательственно-правовых способов защиты. На основе анализа доктрины и судебной практики, включая Постановление Конституционного Суда РФ от 20.01.2026 № 2-П, обосновывается вывод о приоритете обязательственных исков и необходимости адаптации гражданско-правовых механизмов к цифровой среде.

ABSTRACT

This article examines the legal nature of digital assets and the issue of choosing the appropriate method for protecting rights to them. It analyzes the compatibility of vindicatory claims with the characteristics of digital objects and the conditions for the effectiveness of legal remedies based on the law of obligations. Based on an analysis of doctrine and judicial practice, including Resolution No. 2-P of the Constitutional Court of the Russian Federation dated January 20, 2026, the article substantiates the priority of legal remedies based on the law of obligations and the need to adapt civil law mechanisms to the digital environment.

Ключевые слова: цифровые активы, криптовалюта, NFT, виндикация, обязательственные иски, конкуренция исков, судебная практика, правовая природа, неосновательное обогащение, блокчейн.

Keywords: digital assets, cryptocurrency, NFT, vindication, obligatory claims, competition of claims, judicial practice, legal nature, unjust enrichment, blockchain.

Темпы развития блокчейн-технологий и оборота цифровых активов (криптовалют, токенов, NFT) объективно опережают процессы правового регулирования. Участники оборота и правоприменители сталкиваются с фундаментальной неопределённостью: какова правовая природа цифровых активов и какой способ защиты нарушенных прав следует избирать? Классическая цивилистическая конструкция — виндикационный иск, ориентированная на индивидуально-определённые вещи, с трудом адаптируется к децентрализованной, нематериальной природе криптоактивов. Обязательственные иски (из договора, о неосновательном обогащении, о возмещении убытков), напротив, не всегда позволяют добиться реального восстановления права в натуре. Цель исследования — выявить особенности конкуренции виндикационных и обязательственных исков при защите прав на NFT и криптоактивы, определить критерии выбора эффективного способа защиты.

Легальное регулирование цифровых активов в России находится в стадии формирования. Федеральный закон от 31.07.2020 № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах...» ввёл понятия цифровой валюты и ЦФА [2], а ст. 128 ГК РФ относит «цифровые права» к объектам гражданских прав, подчёркивая их особую природу, отличную от вещей и обязательственных прав [1]. Криптовалюта (Bitcoin, USDT) представляет собой децентрализованный нематериальный актив, NFT — уникальные сертификаты, удостоверяющие право на определённый объект.

В доктрине и судебной практике преобладает подход, согласно которому криптовалюта и токены рассматриваются как «иное имущество». Конституционный Суд РФ в Постановлении от 20.01.2026 № 2-П прямо указал, что действующее законодательство не препятствует классификации цифровой валюты в качестве «иного имущества» — объекта гражданских прав [3]. Тем не менее, признание имущественной ценности не делает цифровой актив вещью в смысле ст. 301 ГК РФ.

Виндикационный иск (ст. 301 ГК РФ) является вещно-правовым способом защиты и применим лишь к индивидуально-определённым вещам. Как верно отмечает А.А. Гусева, «виндикационный иск может быть предъявлен только в отношении вещей» [5, с. 78]. Цифровые активы не обладают физическими признаками, владение ими опосредовано контролем над криптографическими ключами, а родовые криптовалюты (биткоин) невозможно индивидуализировать. Технически невозможно «изъять» токен из чужого незаконного владения в классическом понимании, поскольку это лишь запись в распределённом реестре. Значит, в чистом виде виндикация для цифровых активов не подходит.

На практике главный инструмент защиты — это обязательственные иски: из договора (требование исполнить в натуре или возместить убытки), о неосновательном обогащении (ст. 1102 ГК РФ), о взыскании убытков (ст. 15 ГК РФ), плюс ответственность криптобирж по пользовательскому соглашению или за причинение вреда (глава 59 ГК РФ). Конкуренция исков — это возможность отстоять одно и то же нарушенное право разными способами. В сфере цифровых активов она особенно остра, потому что выбор между виндикацией и обязательственным иском влияет на распределение бремени доказывания, условия удовлетворения иска (например, учитывается ли добросовестность владельца) и на принудительное исполнение. И хотя теоретически виндикация здесь не применяется, на деле её всё равно пытаются использовать.

Анонимность и децентрализация блокчейна затрудняют идентификацию недобросовестного владельца. Родовая криптовалюта не является индивидуально-определённым объектом: при хищении определённого количества монет их невозможно физически истребовать, поскольку они смешиваются с иными. Даже в отношении уникальных NFT процедура «изъятия» токена из блокчейна отсутствует, а механизм принудительного исполнения судебного решения о виндикации не разработан — судебный пристав не может изъять токен из кошелька, а централизованная биржа не является обязанной стороной. Таким образом, виндикация цифровых активов представляет собой юридическую фикцию, практически нереализуемый способ защиты.

В связи с этим на практике доминируют обязательственные иски. При наличии договорных отношений суды отказывают в виндикации, квалифицируя спор как обязательственный. Обязательственные иски не требуют признания криптоактива вещью, допускают компенсаторный характер защиты и позволяют использовать широкий спектр доказательств (выписки из блокчейна, переписку, нотариальные протоколы осмотра).

Внутри обязательственных исков наблюдается своя конкуренция — между договорными требованиями и исками о неосновательном обогащении. Верховный Суд РФ в Определении № 69-КГ24-3-К7 от 16.04.2024 разъяснил субсидиарный характер кондикции по отношению к договорным условиям [4]. Если между сторонами имели место договорные отношения (даже выраженные в переписке), суд обязан проверить договор, а не взыскивать всё как неосновательное обогащение.

Судебная практика по цифровым активам характеризуется отсутствием единообразия. Ключевой проблемой долгое время было требование «предварительного уведомления» налоговых органов для получения судебной защиты. Конституционный Суд РФ в Постановлении от 20.01.2026 № 2-П признал такие ограничения неконституционными, разъяснив, что право на судебную защиту не может ставиться в зависимость от выполнения фискальных обязанностей [3]. Суд обязал рассматривать иски добросовестных владельцев криптовалюты на общих основаниях. Однако, как отмечает В.Э. Коршикова, данное постановление, легализовав криптовалюту как защищаемый объект, не решило проблему принудительного исполнения решений [6].

Остаются нерешёнными вопросы доказывания права собственности на анонимные токены и трансграничного признания судебных актов, особенно когда криптобиржи зарегистрированы в офшорных юрисдикциях. Как справедливо указал судья Верховного Суда РФ Е.А. Рудаков на ПМЮФ-2025, реальный арест криптоактивов на зарубежных биржах в отсутствие межведомственного взаимодействия невозможен [7].

Для преодоления этих проблем требуется уточнить статус цифровых активов в ГК РФ, прямо отнеся криптовалюту и токены к категории «иного имущества»; разработать специальные способы защиты цифровых прав, возможно, по аналогии с бездокументарными ценными бумагами (ст. 149 ГК РФ) — через судебное предписание оператору инфраструктуры о списании актива со счёта ответчика и зачислении истцу; а также сформировать единообразную практику на уровне Верховного Суда РФ.

Проведённое исследование позволяет сделать следующие выводы. Цифровые активы (криптовалюта, NFT) обладают имущественной ценностью и признаются объектами гражданских прав в качестве «иного имущества», но имеют правовую природу, отличную от вещей. Классическая виндикация к цифровым активам в целом неприменима ввиду их нематериальности, особенностей индивидуализации и отсутствия механизма принудительного исполнения. На практике доминируют обязательственные способы защиты: иски из договора, о неосновательном обогащении, о возмещении убытков. При этом кондикция носит субсидиарный характер по отношению к договорному требованию [4].

Постановление Конституционного Суда РФ от 20.01.2026 № 2-П гарантировало право на судебную защиту добросовестных владельцев криптовалюты без избыточных административных условий [3], что стало важным шагом к интеграции цифровых активов в правовое поле. Дальнейшее совершенствование регулирования должно идти по пути уточнения гражданско-правового статуса цифровых активов, разработки юрисдикционных механизмов защиты цифровых прав и формирования единообразной судебной практики.

Список литературы:

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 08.08.2024) // Собрание законодательства РФ. — 1994. — № 32. — Ст. 3301.
2. Федеральный закон от 31.07.2020 № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. — 2020. — № 31. — Ст. 5018.
3. Постановление Конституционного Суда РФ от 20.01.2026 № 2-П по делу о проверке конституционности части 6 статьи 14 Федерального закона «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина Д.И. Тимченко // СПС «КонсультантПлюс». — 2026.
4. Определение Верховного Суда РФ № 69-КГ24-3-К7 от 16.04.2024 // СПС «КонсультантПлюс». — 2024.
5. Гусева А.А. Объект виндикации: проблемы правоприменения // Актуальные проблемы российского права. — 2021. — Т. 16. — № 4. — С. 76–93.
6. Коршикова В.Э. Криптовалюта и судебная защита: новая правовая реальность после решения Конституционного Суда // Доступное право. — 2026. — 24 янв.
7. Выступление судьи ВС РФ Е.А. Рудакова на Петербургском международном юридическом форуме (ПМЮФ-2025) // РАПСИ. — 2025. — 19 мая. — URL: https://rapsinews.ru (дата обращения: 20.05.2026).