ВНЕСУДЕБНОЕ БАНКРОТСТВО ГРАЖДАН:ПРОБЛЕМЫ ДОБРОСОВЕСТНОСТИ И ЗАЩИТАКРЕДИТОРОВ

EXTRA-JUDICIAL BANKRUPTCY OF INDIVIDUALS: PROBLEMS OF INTEGRITY AND PROTECTION OF CREDITORS

Solovieva Veronika Igorevna

Student, Department of Civil Law, South-Russian Institute of Management, branch of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration,

Russia, Rostov-on-Don

Kheygetova Svetlana Egorovna

Research supervisor, PhD. Law. Sciences, Associate Professor of the Department of Civil and Business Law, South-Russian Institute of Management, branch of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration,

Russia, Rostov-on-Don

АННОТАЦИЯ

В статье анализируются правовые и практические проблемы внесудебного банкротства граждан в России, обусловленные смягчением критериев доступа к процедуре. Обозначены основные формы недобросовестного поведения должников, оценена недостаточность существующих механизмов защиты кредиторов, обоснованы направления совершенствования законодательства: проверка добросовестности на этапе обращения в МФЦ, эффективное уведомление кредиторов, введение ответственности за злоупотребления.

ABSTRACT

This article analyzes the legal and practical challenges of out-of-court bankruptcy for individuals in Russia, stemming from the easing of access criteria. It identifies the main forms of debtor misconduct, assesses the inadequacy of existing creditor protection mechanisms, and substantiates areas for legislative improvement: verifying good faith at the MFC application stage, effectively notifying creditors, and introducing liability for abuse.

Ключевые слова: внесудебное банкротство граждан, добросовестность должника, защита кредиторов, злоупотребление правом, МФЦ, несостоятельность (банкротство), судебная практика.

Keywords: Extrajudicial bankruptcy of individuals, good faith of the debtor, protection of creditors, abuse of rights, MFC, insolvency (bankruptcy), judicial practice.

Внесудебное банкротство граждан, действующее в России с 1 сентября 2020 г., представляет собой упрощённый механизм освобождения от долгов при отсутствии имущества, достаточного для расчётов с кредиторами. Процедура регламентирована главой X Закона о банкротстве № 127-ФЗ и реализуется через МФЦ без участия суда и финансового управляющего, что делает её бесплатной и доступной [1]. Однако после смягчения критериев (с 3 ноября 2023 г. диапазон долга расширен от 25 тыс. до 1 млн руб., а для пенсионеров и получателей пособий – срок инициирования через год после начала исполнительного производства) резко возросло количество процедур: в 2024 году их возбуждено 55 652, в 2025 – 68,3 тыс., что в разы превышает показатели 2023 г. [2]. Положительная социальная роль института несомненна, но именно расширение доступа показало системные проблемы, связанные с недобросовестностью должников и недостаточной защитой кредиторов.

Принцип добросовестности (ст. 1, 10 ГК РФ) в условиях внесудебного банкротства приобретает важнейшее значение, поскольку отсутствуют судебный контроль и независимый управляющий. В доктрине отмечается, что нормативное регулирование не содержит чётких критериев добросовестности, что создаёт почву для злоупотреблений [3, с. 222]. В отличие от судебной процедуры, где суд может отказать в освобождении от долгов при сокрытии имущества или недостоверных сведениях, внесудебный механизм лишён такого инструментария. Обзор судебной практики Верховного Суда РФ от 18 июня 2025 г. подчеркивает необходимость разграничения добросовестного и недобросовестного поведения, однако применительно к упрощённой процедуре критерии фактически не проверяются на этапе инициирования [4].

Наиболее типичные формы недобросовестного поведения: сокрытие или отчуждение имущества в преддверии обращения (нормы внесудебного банкротства не предусматривают проверки имущественного состояния), предоставление недостоверного перечня кредиторов и размера задолженности – должник освобождается лишь от требований, указанных в заявлении, а правовые последствия неуказания иных кредиторов остаются дискуссионными. Распространено искусственное создание условий для доступа, особенно пенсионерами, которые могут инициировать процедуру уже через год после начала исполнительного производства без проверки реальных попыток погашения долга. Наконец, неэффективное уведомление кредиторов приводит к пропуску ими сроков предъявления требований, что в дальнейшем делает взыскание невозможным даже при отсутствии надлежащей осведомлённости.

Защита прав кредиторов в действующем законодательстве представлена преимущественно возможностью судебного оспаривания процедуры внесудебного банкротства, однако бремя доказывания недобросовестности лежит на кредиторе, что в настоящих условиях крайне затруднительно. Доля возвратов в начале процедуры составила в 2025 г. лишь 9 467, а статистика успешных оспариваний почти отсутствует, что свидетельствует о редком применении механизма [5, с. 21]. Установлен пятилетний запрет на повторное внесудебное банкротство, но он не препятствует последовательному использованию судебного механизма. Ключевой проблемой здесь выступает отсутствие финансового управляющего, который в судебном банкротстве выявляет имущество, оспаривает подозрительные сделки и контролирует добросовестность должника. В доктрине обоснованно указывается, что отсутствие такого контроля, это одна из главных проблем, требующих решения [3, с. 223]. Единообразная судебная практика по квалификации действий как злоупотребления правом при внесудебном банкротстве также не выработана, а разъяснения Конституционного Суда касаются преимущественно судебных процедур.

Статистика Федресурса за 2023–2025 гг. показывает, что внесудебные процедуры составляют около 11% от всех банкротств граждан, при этом 97% дел инициируются самими должниками. Наиболее активной категорией выступают пенсионеры и получатели пособий (50%/10% соответственно), это является прямым подтверждением того, что институт направлен на социальную составляющую. Примечательно, что растет число утвержденных судами планов реструктуризации [6, п. 25-37]. Это позволяет сделать вывод, что судебная процедура учитывает интересы кредиторов, в то время как внесудебная предполагает полное списание долгов, а интересы кредиторов не учитываются вообще.

На основании проведенного исследования предлагается:

1. Внедрение минимальной проверки добросовестности на этапе обращения в МФЦ через межведомственное взаимодействие с Росреестром, ГИБДД и налоговыми органами. Действующая процедура не требует никакой верификации имущественного положения должника, кроме справки об окончании исполнительного производства в связи с отсутствием имущества. Эта справка формируется судебным приставом на основании розыска, которая не охватывает, например, недвижимость, зарегистрированную на имя должника, но находящуюся в другом регионе, либо транспортные средства, поставленные на учёт после окончания ИП. Предлагаемая проверка видится крайне эффективной, потому что она: (а) не требует создания нового органа или найма сотрудников, так как запросы автоматизированы через систему СМЭВ, затраты минимальны; (б) даёт МФЦ право отказать в приёме заявления при обнаружении имущества, достаточного для погашения долга хотя бы в части, что немедленно пресекает наиболее грубые злоупотребления; (в) переносит бремя доказывания обратно на должника.
2. Установление правовых последствий для недобросовестных должников: длительный запрет на повторное использование упрощенной процедуры, обязанность возместить убытки и при определенных условиях уголовная ответственность. В текущей редакции Закона о банкротстве отсутствуют специальные санкции за злоупотребления именно во внесудебной процедуре. Есть общие нормы ГК РФ о возмещении убытков (ст. 15, 1064) и ст. 159.1 УК РФ о мошенничестве в сфере кредитования, но их применение затруднено, ведь кредитор должен доказать умысел должника на сокрытие имущества, а также причинно-следственную связь между действиями должника и своими потерями.
3. Совершенствование уведомления кредиторов с использованием Федресурса. Публикация сведений о начале процедуры происходит в соответствии со ст. 223.4 Закона о банкротстве. Однако по закону публикация осуществляется только самим должником или МФЦ? На практике МФЦ размещает уведомление после принятия заявления, но кредиторы могут не отслеживать этот реестр регулярно, особенно если у них нет специализированного абонентского обслуживания. Кроме того, отсутствует обязанность должника раскрывать контактные данные кредиторов для их прямого уведомления. В результате кредиторы узнают о факте списания задолженности уже постфактум, когда все сроки для предъявления возражений пропущены. Видится верным решение обязать МФЦ не только публиковать сведения в общем реестре, но и направлять персональные уведомления, например, через Госуслуги, на электронную почту, указанную в кредитном договоре, или заказным письмом за счёт автоматизированной системы.
4. Разработка конкретных критериев добросовестности для различных категорий должников, особенно для граждан, имеющих активы или доходы выше прожиточного минимума. Предлагается закрепить в главе X Закона о банкротстве закрытый перечень обстоятельств, при которых внесудебное банкротство не допускается или аннулируется.
5. Расширение оснований для судебного пересмотра результатов внесудебной процедуры при установлении фактов сокрытия имущества или недостоверных сведений.

Подводя итоги, внесудебное банкротство граждан значительно упростило данную процедуру, но снижение критериев для его реализации вызывает все больше попыток злоупотребления институтом. Для обеспечения защиты добросовестных кредиторов и граждан предлагается внести некоторые изменения в Закон о банкротстве. Дальнейшие исследования должны быть сосредоточены на анализе судебной практики оспаривания внесудебных процедур.

Список литературы:

1. Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» // Российская газета. — 2002. — № 209-210. — 2 нояб. — С. 3–31.
2. Кондрашов И. Динамика и структурные особенности банкротства физических лиц в Российской Федерации в 2023–2025 годах: анализ статистических данных и правовые комментарии [Электронный ресурс] // Клерк : сайт. – URL: https://www.klerk.ru/user/2680945/689056/ (дата обращения: 04.05.2026).
3. Абдулатипова Ф.А., Батырдогова А.М. Реализация принципа добросовестности в процессе банкротства (несостоятельности) // Молодой ученый. – 2025. – № 23 (574). – С. 221-223.
4. Обзор судебной практики по делам о банкротстве граждан: утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025 // Бюллетень Верховного Суда РФ. — 2025. — № 9 (сентябрь). — С. 3–41.
5. Статистический бюллетень Федресурса: итоги первого квартала 2025 года [Электронный ресурс]. – М. : Федресурс, 2025. – Режим доступа https://fedresurs.ru/news/45f888c8-c368-44d8-b038-436a4fe2f923?spm=a2ty_o01.29997173.0.0.18775171ZJ4OF0 (дата обращения: 02.05.2026). – С. 4-23.
6. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» // Российская газета. — 2015. — № 235. — 19 окт. — С. 1–35.