МИНИМАЛЬНЫЙ РАЗМЕР АЛИМЕНТОВ И СКРЫТАЯ ЗАНЯТОСТЬ: БАЛАНС ИНТЕРЕСОВ РЕБЁНКА И ПЛАТЕЛЬЩИКА В КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ

АННОТАЦИЯ

В статье рассматривается проблема определения и взыскания алиментов на несовершеннолетних детей в условиях высокого уровня теневой экономики и скрытой занятости в Кыргызской Республике. Анализируются нормы Семейного кодекса КР и Закона «Об исполнительном производстве...», выявляется дисбаланс между правом ребенка на достойное содержание и объективной платежеспособностью должника. Предложены механизмы косвенной оценки доходов плательщика и реформирования института алиментных обязательств.

ABSTRACT

The article examines the issue of determining and collecting child support for minors amid a high level of the shadow economy and hidden employment in the Kyrgyz Republic. It analyzes the provisions of the Family Code of the Kyrgyz Republic and the Law "On Enforcement Proceedings...", identifying an imbalance between a child's right to adequate maintenance and the objective solvency of the debtor. Mechanisms for the indirect assessment of the payer's income and the reformation of the alimony obligations institution are proposed.

Ключевые слова: алиментные обязательства, скрытая занятость, Семейный кодекс КР, судебный исполнитель, средняя заработная плата, прожиточный минимум, теневая экономика.

Keywords: alimony obligations, hidden employment, Family Code of the Kyrgyz Republic, bailiff, average salary, subsistence minimum, shadow economy.

Защита прав и интересов детей является фундаментальным конституционным принципом Кыргызской Республики. Однако на практике реализация этого принципа при расторжении брака сталкивается с серьезными социально-экономическими барьерами, главным из которых выступает масштабная скрытая занятость. Институт алиментных обязательств, исторически опирающийся на концепцию удержания доли от официального и стабильного заработка, дает сбой в реалиях, где значительная часть населения занята в неформальном секторе (торговля на рынках, частный извоз, строительство, фриланс).

Проблема носит двойственный характер. С одной стороны, недобросовестные плательщики намеренно скрывают свои доходы, обрекая детей на существование ниже черты бедности. С другой стороны, применение жестких императивных санкций и расчет задолженности по среднестатистическим показателям загоняют плательщиков с реальным, но низким неформальным доходом в долговую яму, из которой они уже не могут выбраться легальным путем. Цель данного исследования — проанализировать правовые механизмы взыскания алиментов в КР и предложить пути достижения баланса между интересами ребенка и фактическими возможностями плательщика.

Согласно статье 86 Семейного кодекса Кыргызской Республики (СК КР), при отсутствии соглашения об уплате алиментов, они взыскиваются судом ежемесячно в размере: на одного ребенка – одной четверти, на двух детей – одной трети, на трех и более детей – половины заработка и (или) иного дохода родителей.

Если родитель имеет нерегулярный или меняющийся заработок, либо получает его в натуре, статья 88 СК КР позволяет суду определять размер алиментов в твердой денежной сумме или одновременно в долях и в твердой денежной сумме. На первый взгляд, закон предоставляет достаточную гибкость. Однако на стадии исполнительного производства судебный исполнитель сталкивается с проблемой доказывания.

В ситуации, когда должник формально является безработным, Закон КР «Об исполнительном производстве и о статусе судебных исполнителей в Кыргызской Республике» предписывает рассчитывать задолженность исходя из размера средней заработной платы по республике (или региону) на момент взыскания.

Математически расчет задолженности для безработного лица в КР можно выразить следующей формулой:

где:

• Z – общая сумма задолженности по алиментам;
• WAVG – показатель среднемесячной номинальной начисленной заработной платы по данным Нацстаткома КР в расчетный период;
• P – установленная судом доля (например, $0.25$ для одного ребенка);
• n – количество месяцев, за которые образовалась задолженность.

По данным Национального статистического комитета КР, среднемесячная заработная плата по республике постоянно растет и в 2023–2024 годах превысила отметку в 32 000 сомов (в Бишкеке этот показатель еще выше). Следовательно, долг неработающего плательщика на одного ребенка ежемесячно увеличивается минимум на 8 000 – 9 000 сомов.

В правоприменительной практике судов Бишкека (Свердловский, Октябрьский, Первомайский, Ленинский районы) мы регулярно видим две полярные ситуации, связанные со скрытой занятостью:

1. Должник ведет успешную предпринимательскую деятельность (например, владеет контейнером на ТРК «Дордой», занимается перегоном авто), но не имеет официального статуса ИП или декларирует нулевые отчеты. В суд предоставляется справка о минимальной заработной плате из фиктивного ОсОО (часто на уровне МРОТ – около 2400 сомов). В этом случае алименты составляют абсурдные 600 сомов в месяц, что грубо нарушает права ребенка.
2. Должник действительно перебивается случайными заработками на строительных объектах или работает водителем такси через агрегаторы, зарабатывая не более 15 000 – 20 000 сомов в месяц наличными. Применение к нему формулы расчета по средней заработной плате (Wavg) формирует долг, превышающий его реальный доход. Это приводит к маргинализации плательщика: он начинает скрываться от судебных исполнителей, боится устраиваться на официальную работу, чтобы не лишиться 70% заработка в счет погашения огромного долга.

Здесь возникает конфликт принципов семейного права: императивность обязанности содержать ребенка сталкивается с фактическим отсутствием базиса для исполнения этого обязательства.

Интересы ребенка в материальном плане имеют конкретное цифровое выражение величина прожиточного минимума. Для детей различных возрастных групп в Кыргызстане она варьируется от 5 500 до 7 000 сомов.

Исходя из принципа равной ответственности обоих родителей (ст. 66 СК КР), минимальный размер алиментов, взыскиваемых с отдельно проживающего родителя, в идеале не должен быть ниже половины прожиточного минимума на ребенка. Однако законодательство КР до сих пор жестко не привязывает минимальный порог алиментов к прожиточному минимуму, оставляя этот вопрос на усмотрение суда с учетом «материального и семейного положения сторон» (ст. 88 СК КР).

Введение жесткого минимального порога (например, безусловное взыскание не менее 50% от прожиточного минимума ребенка) защитило бы детей от фиктивных справок о зарплате в 2400 сомов. Но без реформирования системы оценки доходов это лишь полумера.

Для решения обозначенных проблем и достижения реального баланса интересов, необходимо модернизировать инструментарий как судов, так и Подразделений службы судебных исполнителей (ПССИ).

Необходимо внести дополнения в Гражданский процессуальный кодекс КР и Закон об исполнительном производстве, позволяющие суду и судебному исполнителю оценивать платежеспособность должника по его расходам и имущественному положению (косвенный метод).

Если должник заявляет об отсутствии доходов, но при этом:

• регулярно выезжает за границу на отдых;
• совершает крупные покупки (недвижимость, автомобили), оформляя их на третьих лиц (но фактически пользуясь ими, что подтверждается страховками и доверенностями);
• имеет стабильный оборот средств на электронных кошельках (MBank, О!Деньги) и банковских картах; суд должен иметь право игнорировать справку о МРОТ и назначать алименты в твердой денежной сумме, кратной прожиточному минимуму.

Скрытая занятость сегодня все равно оставляет цифровой след. Интеграция баз данных ГНС (Налоговой службы), ГРС (Регистрационной службы), коммерческих банков и операторов связи с системой ПССИ позволит автоматизировать поиск реальных финансовых потоков должника. Необходимо законодательно закрепить алгоритм, при котором поступления на личные карты должника (не связанные с кредитами или социальными выплатами) автоматически признаются доходом, с которого может быть удержана доля алиментов.

Закон должен различать «злостных неплательщиков» и лиц, попавших в сложную жизненную ситуацию. Для последних начисление долга по среднереспубликанской заработной плате, путь в тупик. Целесообразно ввести механизмы семейной медиации на стадии исполнительного производства, позволяющие сторонам пересмотреть размер задолженности или конвертировать долг в передачу имущества (доли в квартире) в счет будущих алиментов (ст. 109 СК КР).

Минимальный размер алиментов не должен быть фикцией, опирающейся на искусственно заниженные справки. Баланс интересов ребенка и плательщика в Кыргызской Республике может быть достигнут только путем ухода от слепого формализма. В условиях масштабной скрытой занятости судам и судебным исполнителям необходимы инструменты экономического анализа, позволяющие видеть реальный уровень жизни должника.

Вектор развития семейного законодательства КР должен быть направлен на утверждение безусловного минимума содержания ребенка (с привязкой к прожиточному минимуму) с одновременным предоставлением добросовестным плательщикам, не имеющим работы, права на пересмотр методики расчета долга исходя из их объективных возможностей, а не абстрактных статистических данных Нацстаткома.

Список литературы:

1. Конституция Кыргызской Республики (принята референдумом 11 апреля 2021 года).
2. Семейный кодекс Кыргызской Республики от 30 августа 2003 года № 201 (с последними изменениями и дополнениями).
3. Гражданский процессуальный кодекс Кыргызской Республики от 25 июля 2017 года № 117.
4. Закон Кыргызской Республики «Об исполнительном производстве и о статусе судебных исполнителей в Кыргызской Республике» от 28 января 2017 года № 15.
5. Официальные данные Национального статистического комитета Кыргызской Республики по уровню средней заработной платы и прожиточному минимуму за 2023–2024 гг. [Электронный ресурс].