ПРОБЛЕМЫ ОРГАНИЗАЦИИ НАЗНАЧЕНИЯ СУДЕБНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ В УСЛОВИЯХ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ОБЛАЧНЫХ ТЕХНОЛОГИЙ

PROBLEMS OF ORGANIZING THE APPOINTMENT OF FORENSIC ECONOMIC EXPERTISE IN THE CONTEXT OF CLOUD TECHNOLOGY USE

Sapozhnikova Elizaveta Sergeevna

5th year student, Department of Forensic Expertise, Faculty of Law, Nizhny Novgorod State University named after N.I. Lobachevsky,

Russia, Nizhny Novgorod

АННОТАЦИЯ

В статье на основе анализа теоретических положений и практических примеров рассматриваются актуальные проблемы организации назначения судебной экспертизы применительно к использованию облачных технологий. Анализируются общие требования к назначению экспертизы, особенности судебной налоговой экспертизы, а также международно-правовые, процессуальные, технические и кадровые барьеры, возникающие при получении и исследовании информации из облачных хранилищ. Предлагаются пути преодоления выявленных проблем

ABSTRACT

Based on the analysis of theoretical provisions and practical examples, this article examines current problems of organizing the appointment of forensic examination in the context of cloud technology use. It analyzes general requirements for the appointment of examinations, specific features of forensic tax examinations, as well as international legal, procedural, technical, and personnel barriers that arise when obtaining and examining information from cloud storage. Ways to overcome the identified problems are proposed.

Ключевые слова: судебная экспертиза, назначение экспертизы, налоговая экспертиза, облачные хранилища, электронные доказательства, допустимость доказательств, гибридный интеллект, цифровая криминалистика.

Keywords: forensic examination, appointment of examination, tax examination, cloud storage, electronic evidence, admissibility of evidence, hybrid intelligence, digital forensics.

Современное развитие информационных технологий и повсеместное внедрение облачных сервисов в экономическую деятельность хозяйствующих субъектов объективно ставят перед правосудием новые вызовы. Все чаще доказательственная информация, имеющая значение для раскрытия и расследования преступлений, в том числе экономической направленности, размещается не на локальных носителях, а в распределенных серверных инфраструктурах, территориально расположенных в различных государствах. Это порождает комплекс проблем, связанных с организацией назначения судебной экспертизы, получением исходных данных, обеспечением их достоверности и целостности, а также процессуальным оформлением результатов. Целью настоящей работы является системный анализ указанных проблем и выработка практических рекомендаций на основе синтеза теоретических положений и примеров из следственной практики.

Как справедливо отмечает Е.Р. Россинская, судебная экспертиза является одним из видов доказательств и назначается при возникновении вопросов, требующих специальных познаний в области науки, техники, искусства или ремесла. Проведение экспертизы может быть поручено государственному судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту либо негосударственной экспертной организации. Участники процесса вправе ходатайствовать о проведении экспертизы определенным специалистом, заявлять отвод, предлагать свои вопросы и кандидатуры экспертов. Объектами экспертизы выступают вещественные доказательства, документы, предметы, образцы, а также материалы дела. Суд выносит определение, состоящее из вводной, описательной и резолютивной частей, в котором указываются основания, данные эксперта или наименование учреждения, вопросы, передаваемые материалы, срок, сторона, оплачивающая экспертизу, а также предупреждение об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Суд вправе назначить дополнительную или повторную экспертизу, а при неясности заключения – вызвать эксперта для дачи разъяснений [1, с. 208-216].

П.Г. Куркин и И.Н. Гладких обоснованно полагают, что залогом эффективной работы эксперта является полнота переданных материалов, которая изначально зависит от квалификации следователя. Эксперт не вправе самостоятельно добывать образцы и объекты, он ограничен предоставленным назначившим лицом. При недостаточности данных эксперт заявляет ходатайство. Подготовка к экспертизе включает: сбор материалов, определение предмета и границ экспертизы, формулировку вопросов, выбор момента назначения, подбор экспертного учреждения и вынесение постановления. При этом качество собранных материалов является главным фактором, влияющим на результат. Особого внимания требует индивидуальный подход к изъятию следов, веществ и объектов, включая поиск источников, определение необходимого объема, выбор носителя, методов изъятия, упаковки, а также решение вопроса о привлечении специалистов [2, с. 176-178].

При расследовании экономических преступлений, по мнению В.Н. Карагодина, наиболее востребована судебная налоговая экспертиза по делам об уклонении от уплаты налогов (ст. 198, 199, 199.1 УК РФ). Ее особенности определяются видом налога, способом уклонения и категорией неплательщика. Главной целью является подтверждение или опровержение добросовестности исполнения налоговых обязанностей. Вопросы делятся на две группы: об обоснованности налоговой базы и об отражении операций в учете. Типичными вопросами являются: влияние неправомерного отнесения сумм в состав расходов, сумма недоначисленного НДС, влияние искажений в учете на налоговую базу, соответствие записей в регистрах данным первичных документов. В формулировке вопроса обязательно указываются наименование лица, экономическая суть операций, временные границы и контрагенты. При этом установление сумм налогов, подлежащих уплате в бюджет, – прерогатива налогового органа, поэтому до назначения экспертизы следует допросить сотрудника налоговой инспекции и запросить справку о недоимке и переплате [3, с. 199]. Объектами экспертизы служат первичные документы, регистры учета, отчетность, иные экспертные заключения и протоколы следственных действий [4, с. 152-153]. Практическая реализация данных положений проиллюстрирована на примере уголовного дела № 1-249/20ХХ в отношении ООО «МС», где по постановлению следователя экспертом ЭКО СУ СК РФ была проведена налоговая экспертиза для установления суммы неуплаченных налогов. Перед экспертом были поставлены вопросы о доходах, подтвержденных первичными документами, соответствии декларации фактическим доходам, реальности финансово-хозяйственных отношений с контрагентами и правомерности налоговых вычетов. Представленные объекты включали декларации, отчетность, договоры и акты КС-2, КС-3. Эксперт не определял итоговую сумму неуплаченных налогов (52,5 млн руб.), а использовал ее исходя из решения налогового органа, что подтверждает соблюдение компетенции.

Однако особую сложность в современных условиях представляет ситуация, когда значимая доказательственная информация находится не в бумажном или локальном электронном виде, а в так называемых облачных хранилищах. Как отмечает В.А. Тимченко, одним из наиболее сложных аспектов расследования выступает извлечение доказательственной информации из облачных хранилищ – распределенных серверных инфраструктур дата-центров, расположенных в различных государствах и предоставляющих дистанционный доступ через Интернет. К числу таких сервисов относятся социальные сети и мессенджеры (Telegram, WhatsApp, Discord, TikTok и др.), специализированные облачные хранилища (MEGA, OneDrive, Yandex Disk и др.), сервисы электронной почты. Большинство из них не являются отечественными, их дата-центры находятся за рубежом [5, с. 126-127]. В контексте облачных технологий ключевое значение приобретают характеристики электронных документов, закрепленные в ГОСТ Р 7.0.8-2025 и Федеральном законе «Об информации…»: аутентичность, достоверность, целостность и пригодность к использованию. В облачной среде обеспечение этих свойств сопряжено с дополнительными трудностями, поскольку данные находятся вне зоны оперативного контроля, а их извлечение требует технических решений, гарантирующих неизменность исходной информации [6, с. 24].

Первоочередной проблемой является обеспечение доступа к данным, размещенным за пределами РФ. При отказе хозяйствующего субъекта добровольно предоставить информацию следствие сталкивается с отсутствием ратифицированных международных соглашений. Определенный объем сведений может быть получен при осмотре компьютерного устройства, однако если данные размещены в облаке, само устройство может физически находиться за рубежом. Как отмечают С.В. Зуев и В.С. Черкасов, участник информационного взаимодействия в киберпространстве может находиться в любой точке мира, а программно-аппаратные средства – быть размещены на территории нескольких государств. В.А. Тимченко в качестве одного из направлений преодоления трудностей предлагает принятие международных нормативных актов. Конвенция о преступности в сфере компьютерной информации ETS № 185 от 23.11.2001 не ратифицирована РФ, а ее сфера ограничена компьютерными преступлениями, тогда как экономически значимая информация может храниться в облаках и по делам иных категорий. Разработка новой конвенции, по мнению Е.Р. Россинской и Т.А. Саакова, потребует длительного времени и имплементации в национальное законодательство [5, с. 127-128]. Нам представляется, что основной подход в виде принятия универсальной конвенции недостаточно обоснован в современных геополитических условиях. Более продуктивным является сочетание следующих направлений: активизация заключения двусторонних соглашений о правовой помощи с государствами размещения дата-центров; развитие технических методов легального извлечения данных через официальные API облачных сервисов при наличии судебного решения или согласия пользователя.

Наряду с международно-правовыми барьерами существуют серьезные процессуальные проблемы оформления и допустимости доказательств. В.А. Тимченко, Р.В. Костенко и О.А. Петрова констатируют отсутствие законодательного закрепления процедур изъятия и копирования данных из облачных хранилищ. Д.А. Степаненко предлагает конкретный алгоритм обеспечения допустимости, включающий: идентификацию источника и удостоверение подлинности; консервацию информации в неизменном виде вместе с метаданными; представление в суде в доступной форме; обоснование подлинности путем экспертного исследования; аргументацию допустимости со ссылкой на нормативные предписания и практику [6, с. 27]. Позиция Д.А. Степаненко представляется более конструктивной, поскольку перечисленные этапы не противоречат УПК РФ, а лишь конкретизируют его применительно к облачной среде. Следовательно, проблема заключается не столько в отсутствии норм, сколько в отсутствии унифицированных методик и разъяснений. Приоритетным направлением, по нашему мнению, должна стать разработка и утверждение на уровне Верховного Суда РФ обзора практики по вопросам допустимости облачных доказательств, что способно единообразно ориентировать суды и следствие без длительной законотворческой процедуры. Кроме того, остается открытым вопрос о правовой природе информации в облаке: к какому виду доказательств ее относить, если доступ возможен лишь через Интернет, а исследование выходит за пределы изъятого устройства (телефона, ноутбука) [7, с. 134].

Отдельного внимания заслуживают технические и методические сложности самого экспертного исследования. В.А. Тимченко указывает, что техническая возможность извлечения криминалистически значимой информации из облачных сервисов существует. В.Ю. Шефер описывает применение специализированных программных комплексов (например, «Мобильный криминалист»), позволяющих извлекать данные без повреждения объектов [8, с. 145]. Однако такие действия требуют от эксперта широкого спектра компетенций: цифровая криминалистика, архитектура ПО, компьютерные сети, операционные системы, нормативное регулирование электронных доказательств. Д.А. Степаненко выделяет правила сохранения доказательственного потенциала: применение специализированного инструментария без привнесения искажений; вычисление контрольных сумм; наложение электронной подписи; криптографическая защита; фиксация метаданных; строгое соответствие процессуальному порядку [6, с. 25-28]. Эти правила образуют основу для обеспечения целостности облачных доказательств даже при отсутствии физического носителя. Однако пока они носят рекомендательный характер, что создает риск их игнорирования либо оспаривания стороной защиты. Необходимо создать нормативно закрепленный ведомственный стандарт, регламентирующий порядок работы с каждым типом облачных сервисов, перечень допустимых программных средств и алгоритмы фиксации.

Наконец, ключевой проблемой остается кадровый и организационно-структурный дефицит. Г.Г. Камалова обоснованно указывает, что подготовка по специальности «Судебная экспертиза» (очная форма) не позволяет в полной мере освоить необходимые IT-компетенции. Пятилетний цикл достаточен для традиционных экспертиз, но недостаточен для компьютерно-технических. Наиболее перспективна подготовка экспертов на базе уже полученного высшего IT-образования с последующим углублением правовых знаний [9, с. 184-185]. Д.А. Степаненко предлагает комплекс организационно-структурных мер: формирование профильных подразделений по работе с цифровыми объектами; разработка усовершенствованных методик; обеспечение защиты изъятой информации; повышение квалификации судей, следователей и экспертов; активизация межведомственного и международного взаимодействия [6, с. 28-29]. Полагаем, что дополнительно необходимо развивать систему краткосрочного повышения квалификации действующих экспертов-криминалистов, имеющих юридическое образование, но не владеющих IT-компетенциями, а также ввести систему материального стимулирования и социальных гарантий для высокотехнологичных экспертов, чтобы снизить отток в коммерческий сектор.

Проведенный анализ позволяет сделать следующие выводы. Организация назначения судебной экспертизы в условиях использования облачных технологий сталкивается с комплексом взаимосвязанных проблем. Реализация указанных в статье мер позволит обеспечить полноценное использование результатов судебных экспертиз, основанных на информации из облачных хранилищ, в качестве допустимых и достоверных доказательств по уголовным делам экономической и иной направленности.

Список литературы:

1. Камалова Г.Г. Цифровые технологии в судебной экспертизе: проблемы правового регулирования и организации применения // Вестник Удмуртского университета. Экономика и право. – 2019. – Т. 29. – С. 180–186.
2. Куркин П.Г., Гладких И.Н. Основные этапы назначения и производства судебных экспертиз // Закон и право. – 2022. – № 8. – С. 176–178. – DOI: 10.24412/20733313_2022_8_176.
3. Назначение судебных экспертиз: учебное пособие / под ред. В.Н. Карагодина. – Москва: ИНФРА-М, 2025. – 227 с. Москва: ИНФРА-М, 2025. – 227 с. – DOI: 10.12737/1853497.
4. Россинская Е.Р., Галяшина Е.И., Зинин А.М. Теория судебной экспертизы (Судебная экспертология): учебник / под ред. Е.Р. Россинской. – 2-е изд., перераб. и доп. – Москва: Норма: ИНФРА-М, 2026. – 368 с.
5. Степаненко Д.А. Технология собирания электронно-цифровых доказательств: проблемы и рекомендации // ГлаголЪ правосудия. – 2024. – № 1. – С. 23–29.
6. Н.Г. Гаджиев, О.В. Киселева, С.А. Коноваленко, О.В. Скрипкина. Судебная экономическая экспертиза: учебник. 2026. – 200 с. – DOI: 10.12737/1138889.
7. Тимченко В.А. Проблемы получения информации из облачных хранилищ при расследовании преступлений // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. – 2023. – № 6. – С. 126–130. – DOI: 10.52452/19931778_2023_6_126.
8. Удовиченко В.С., Сорокина С.А. Особенности изъятия информации с электронных носителей в досудебном производстве // Алтайский юридический вестник. – 2021. – № 2. – С. 133–138.
9. Шефер В.Ю. Основные принципы исследования криминалистически значимой информации в «облачных» сервисах // Экспертные чтения на Енисее: материалы региональной (межвузовской) научно-практической конференции. – 2021. – С. 144–146.