ВЛИЯНИЕ ПСИХОЭМОЦИОНАЛЬНОГО СТРЕССА НА КЛИНИЧЕСКОЕ ТЕЧЕНИЕ АЛЛЕРГИЧЕСКИХ РЕАКЦИЙ У СТУДЕНТОВ

THE IMPACT OF PSYCHOEMOTIONAL STRESS ON THE CLINICAL COURSE OF ALLERGIC REACTIONS IN STUDENTS

Jafarova Briliant Gabil kyzy

Student, Department of Pathological Physiology, Northern State Medical University,

Russia, Arkhangelsk

Lebedintseva Elena Anatolyevna

Scientific supervisor, PhD in Medical Sciences, Associate Professor of the Department of Pathophysiology, Northern State Medical University,

Russia, Arkhangelsk

АННОТАЦИЯ

В статье рассматривается проблема влияния психоэмоционального стресса на иммунологическую реактивность организма. Стрессовые состояния способны модифицировать иммунный ответ, что ведет к обострению аллергических заболеваний. Исследование направлено на анализ корреляции между уровнем стресса и частотой манифестации аллергических реакций среди студентов медицинского факультета.

Цель исследования: провести патофизиологическую оценку влияния уровня стресса на структуру аллергических (I и IV типа) и псевдоаллергических реакций у студентов.

Материалы и методы: В исследовании было проведено анкетирование студентов (n=120), включающее вопросы о наличии аллергий, уровне стресса, симптомах и факторах, способствующих стрессовым состояниям. Данные собирались с помощью онлайн-формы, разработанной на платформе Google Диск, а также был осуществлен обзор научных публикаций по данной теме.

Результаты и обсуждение: результаты исследования показали, что (n=29) опрошенных студентов отмечают высокий уровень стресса, что коррелирует с увеличением случаев аллергических реакций. Основными проявлениями стали кожный зуд, холинергическая крапивница и респираторные реакции, пик которых приходится на экзаменационный период.

В статье обосновано, что патогенез данных состояний включает не только IgE-опосредованные механизмы, но и псевдоаллергические реакции, реализуемые через ось «субстанция P -рецептор MRGPRX2».

Выводы: психоэмоциональный стресс является мощным неспецифическим триггером, дестабилизирующим мембраны тучных клеток, необходимы дальнейшие исследования для разработки эффективных стратегий управления стрессом и профилактики аллергических реакций.

ABSTRACT

The article examines the impact of psychoemotional stress on the body's immunological reactivity. Stressful states can modify the immune response, leading to the exacerbation of allergic diseases. The study aims to analyze the correlation between stress levels and the frequency of allergic reaction manifestations among medical students.

Purpose of the study: To conduct a pathophysiological assessment of the influence of stress levels on the structure of allergic (type I and IV) and pseudoallergic reactions in students.

Materials and methods: A survey of students (n=120) was conducted, including questions regarding the presence of allergies, stress levels, symptoms, and factors contributing to stress. Data were collected via an online Google Form, along with a comprehensive review of scientific literature on the topic.

Results:The study findings indicate that n=29 of the surveyed students report high stress levels, which correlates with an increased incidence of allergic reactions. The primary clinical manifestations included pruritus, cholinergic urticaria, and respiratory reactions, peaking during the examination period. The article substantiates that the pathogenesis of these conditions involves not only IgE-mediated mechanisms but also pseudoallergic reactions mediated via the "Substance P -MRGPRX2 receptor" axis.

Conclusions: Psychoemotional stress serves as a powerful non-specific trigger that destabilizes mast cell membranes. Further research is essential to develop effective stress management strategies and allergy prevention protocols.

Ключевые слова: стресс; аллергия; псевдоаллергия; аллергическая реактивность; иммунный ответ; сенсибилизация.

Keywords: stress; allergy; pseudoallergy; allergic reactivity; immune response; sensitization.

Введение. Стресс является распространенным явлением во всем мире и представляет собой серьезную проблему, влияющую на психическое здоровье людей всех возрастов. В современных условиях хронический стресс стал неотъемлемым фактором жизни, оказывающим системное влияние на гомеостаз. Социальная изоляция, высокая когнитивная нагрузка и финансовая нестабильность формируют устойчивый психоэмоциональный прессинг, который через механизмы нейроэндокринной регуляции модифицирует функции иммунной системы [1]. Одним из негативных последствий стресса является его воздействие на иммунную систему, что в свою очередь, сказывается на развитии и тяжести аллергопатологий.

Патогенез аллергических реакций традиционно рассматривается через классификации гиперчувствительности по Джеллу и Кумбсу. Наиболее распространенными в клинической практике являются реакции I типа, лежащие в основе поллиноза и пищевой аллергии, а также реакции IV типа (замедленного типа), проявляющиеся в форме контактных дерматитов. Однако в условиях стресса клиническая картина часто осложняется псевдоаллергическими реакциями, которые, имитируя истинную аллергию, имеют неиммунологическую природу и развиваются без участия специфических антител класса IgE. С патофизиологической точки зрения связь стресса и гиперчувствительности реализуется через нейроэндокринно-иммунную ось. Активация гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системы ведет к системному выбросу кортизола и провоспалительных нейропептидов, таких как субстанция Р и кортикотропин-рилизинг-гормон [1]. Эти биологически активные вещества способны индуцировать прямую дегрануляцию тучных клеток через специфический рецептор MRGPRX2, минуя стадию сенсибилизации. Такой механизм «неспецифической активации» делает организм сверхчувствительным, в результате чего патологический ответ на внешние раздражители возникает при минимальном воздействии триггера [1, 2].

Студенты медицинских вузов представляют собой специфическую группу риска. Длительный период обучения, дефицит сна и экзаменационными стрессами, ведет к истощению адаптационных ресурсов организма, что делает эту группу особенно уязвимой к развитию и обострению аллергических состояний.

Цель исследования: провести патофизиологическую оценку влияния уровня стресса на структуру аллергических (I и IV типа) и псевдоаллергических реакций у студентов.

Материалы и методы.

В рамках данного исследования был проведён опрос среди студентов 3 курса лечебного, педиатрического и стоматологического факультетов Северного государственного медицинского университета (СГМУ). В исследовании приняло участие 120 студентов, для сбора данных использовалась онлайн-анкета, разработанная на платформе Google Диск, состоящая из 35 вопросов. Выбор студентов третьего курса обусловлен высокой когнитивной нагрузкой и периодом адаптации к клиническим дисциплинам, что традиционно сопровождается ростом психоэмоционального напряжения. Анкета охватывала демографические данные, случаи аллергии, типы аллергенов, испытываемые симптомы и аллергические реакции. Вопросы включали как закрытые, так и открытые форматы, что позволило получить более детальную информацию о характеристиках аллергий. Опросник был составлен на основе анализа научных статей и клинических рекомендаций и распространялся среди студентов через социальные сети. Участники были заранее проинформированы о том, что опрос является анонимным и проводится на добровольной основе. Критерии включения заключались в том, что в анализ принимались только те студенты, которые ответили на все вопросы анкеты; те, кто не завершил опрос, были исключены из выборки. Для оценки уровня стресса среди участников анкеты были включены вопросы о факторах стресса, связанных с учебной нагрузкой, социальной средой и другими аспектами жизни студентов. В исследовании применялся описательный статистический метод, а обработка данных проводилась с помощью программы Excel, где информация систематизировалась и анализировалась с использованием стандартных методов, таких как расчёт процентного соотношения. Кроме того, был проведён анализ актуальных научных источников, посвящённых различным типам аллергий и стрессу, включая как оригинальные, так и обзорные статьи. Это позволило выявить ключевые факторы, влияющие на развитие аллергий у студентов, а также оценить влияние стресса на проявление аллергических реакций.

Результаты и обсуждение. В проведённом исследовании приняли участие 120 студентов 3-х курсов лечебного, педиатрического и стоматологического факультетов, по 40 человека от каждого курса. В возрастной структуре преобладали участники в возрасте 20-24 лет, которые составили 71% (n=85) от общего числа, в то время как остальные 29% (n=35) находились в категории 25-30 лет. По половому составу выборка была неравномерной: 68% (n=81) составили женщины, а 33% (n=39) - мужчины. Исследование показало высокую распространённость аллергопатологий среди студентов медицинских факультетов. Из 120 опрошенных - 35,0% (n=42) подтвердили наличие аллергических реакций в анамнезе. В спектре значимых аллергенов лидирующие позиции заняли пищевые триггеры (цитрусовые, молочные продукты, шоколад, морепродукты), а также пыльцевые и лекарственные антигены. Клиническая симптоматика отличалась выраженным полиморфизмом: от системных респираторных и гастроинтестинальных расстройств до локальных кожных проявлений, таких как уртикария, экзема и интенсивный зуд. У большинства студентов наблюдалась гиперчувствительность I типа, проявляющаяся в виде немедленной уртикарии или риноконъюнктивита после контакта с пыльцой или употребления высокоаллергенных продуктов. Наряду с этим были зафиксированы случаи гиперчувствительности IV типа (замедленного типа), манифестирующией в форме аллергического контактного дерматита. В отличие от немедленных реакций, данные проявления развивались через 24-48 часов после воздействия раздражителя. В качестве наиболее частых триггеров IV типа в студенческой среде выступали компоненты антисептических средств, консерванты в составе уходовой косметики и латексные компоненты медицинских перчаток, что вызывало локальное воспаление, обусловленное специфическим Т-клеточным ответом.

Ключевым результатом исследования стала фиксация корреляции между психоэмоциональным напряжением и тяжестью симптоматики. Экзаменационный стресс выступает как неспецифический активатор гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой оси, что ведет к гиперпродукции кортизола и последующей резистентности глюкокортикоидных рецепторов [1,2]. Этот процесс инициирует цитокиновый дисбаланс с активацией T-хелперов второго типа, стимулируя синтез иммуноглобулина E (IgE). Однако у (n=29) студентов, чьи обострения четко совпадали с периодом сессии, патогенез дополнялся механизмами псевдоаллергии. В отличие от истинной аллергии I типа, псевдоаллергические реакции не требуют участия специфических антител и предварительной сенсибилизации. Под влиянием стресса происходит прямая активация специфических рецепторов семейства Mas G (MRGPRX2) на тучных клетках нейропептидами, в частности - субстанцией Р. Такая «ложная аллергия» часто имитирует реакцию на пищу (например, на морепродукты), проявляясь покраснением кожи, отеком языка и абдоминальным синдромом, но фактически провоцируется нейрогенной дегрануляцией тучных клеток. В статье Zhang H. и соавторов (2024) отмечается, что высокий уровень субстанции P в очагах поражения прямо коррелирует с интенсивностью негативных эмоций, подтверждая неразрывную связь между психоэмоциональным статусом и тяжестью дерматологического процесса [1, 3].

Функционирование оси «субстанция P - рецепторы Mas G» представляют собой механизм взаимной регуляции между периферической нервной системой и иммунными клетками кожи.

Особое место в структуре патологий заняла хроническая крапивница, включающая как спонтанную форму, так и индуцируемые варианты. По данным анкетирования, были выявлены жалобы, характерные для холинергической крапивницы, провоцируемой активацией вегетативной нервной системы на фоне эмоционального волнения.

На молекулярном уровне патогенез аллергических реакций тесно связан с механизмами клеточного стресса, в частности - со стрессом эндоплазматического ретикулума (UPR). Взаимодействие этого процесса с врожденным иммунитетом через активацию ядерного фактора транскрипции NFκB и инфламмасомы NLRP3 снижает порог чувствительности рецепторов распознавания образов, таких как Toll-подобные рецепторы (TLR). В условиях высокого уровня тревожности происходит сенситизация TLR4 и TLR2, что делает организм студента более восприимчивым даже к минимальным дозам раздражителей [1, 4].

Для формирования провоспалительной среды критически важна активация рецепторов распознавания образов. В случае контактных реакций гиперчувствительности, например, при воздействии органических сенсибилизаторов (лекарственные гаптены, компоненты современных антисептиков или консерванты косметических средств), этот механизм реализуется через активацию Toll-подобных рецепторов. Процесс может происходить опосредованно - через высвобождение компонентов внеклеточного матрикса, таких как гиалуронан и бигликан, которые выступают в роли эндогенных лигандов для TLR2/4 и рецептора P2RX7 [1,5]. Данный каскад приводит к гиперпродукции ключевых провоспалительных цитокинов: интерлейкина-6 (ИЛ-6) и фактора некроза опухоли альфа (ФНО-α). Важным аспектом патогенеза является повреждение эпителиальных барьеров, провоцирующее высвобождение ИЛ-33, который стимулирует иммунокомпетентные клетки через MyD88-зависимые пути. Химическая реактивность аллергенов вызывает клеточный стресс и экзоцитоз внутриклеточных сигналов опасности, таких как аденозинтрифосфат (АТФ). АТФ служит необходимым кофактором для активации инфламмасомы NLRP3, что обеспечивает трансформацию про-интерлейкинов в их биологически активные формы. [1, 3, 5].

В контексте контактной гиперчувствительности IV типа эти сигнальные пути обеспечивают созревание незрелых дендритных клеток и их последующую миграцию в регионарные лимфатические узлы для презентации антигена Т-лимфоцитам [1, 2]. Завершается этот процесс «хоминг-эффектом» - направленным возвращением активированных Т-лимфоцитов обратно в кожу, где повторный контакт с аллергеном вызывает гибель клеток и манифестацию экземы или эритемы [1]. Таким образом, стресс выступает катализатором всех стадий сенсибилизации. Фундаментальным фактором дестабилизации иммунного ответа у студентов, выступает стресс эндоплазматического ретикулума, который через активацию ядерного фактора NFκB модулирует активность NLRP3 и антиоксидантную реакцию (ось KEAP1/NRF2), что в условиях хронического психоэмоционального напряжения становится основным фактором нарушения иммунологической толерантности [1, 3, 4]. Системное влияние стресса на эпидермальный барьер реализуется через активацию гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой (ГГН) оси. Психогенные триггеры инициируют каскад, при котором выброс кортикотропин-рилизинг-фактора и АКТГ приводит к системному высвобождению глюкокортикоидов и эпинефрина. В сочетании с норадреналином и субстанцией P эти гормоны нарушают защитные функции кожи, что ведёт к увеличению трансэпидермальной потери воды и облегчает пенетрацию внешних аллергенов. Это патофизиологически объясняет, почему у n=29 опрошенных студентов клинические проявления аллергии значительно усиливаются в периоды экзаменационных сессий.

Центральным звеном нейрогенного воспаления является прямая стимуляция тучных клеток нейропептидами (CGRP и субстанция P), высвобождаемыми из сенсорных нервных окончаний. В статье Zhang H. и соавторов (2024) подчеркивается роль специфических рецепторов семейства Mas G (MRGPRX2), которые опосредует псевдоаллергические реакции. В отличие от классической гиперчувствительности I типа, эти реакции не зависят от антител класса IgE и развиваются в результате прямой дегрануляции тучных клеток под действием нейропептидов. Данный механизм лежит в основе развития различных форм хронической крапивницы, включая холинергическую и спонтанную формы. Хроническая крапивница, характеризующаяся появлением волдырей и ангиоэдемы на протяжении более 6 недель, представляет собой изнурительное заболевание, тесно связанное с психиатрическими сопутствующими патологиями (тревога, депрессия) [7, 8]. Для студентов медицинского вуза это оборачивается не только снижением качества жизни, но и существенным ухудшением академической успеваемости.

Таким образом, аллергия в студенческой среде не является изолированным иммунным дефектом, а представляет собой результат нейроэндокринно-иммунной дезадаптации. Врожденный и адаптивный иммунитет студентов, находящихся в условиях экзаменационного стресса, характеризуется повышенной реактивности. Выделение сигналов опасности (DAMPs) в ответ на стрессовые стимулы усиливает ответ на контактные и пищевые сенсибилизаторы, делая клинические проявления более тяжелыми и затяжными. Важную роль играет и психосоматический компонент: состояние тревоги достоверно снижает порог чувствительности рецепторного аппарата. В результате студенты начинают субъективно острее воспринимать зуд, что формирует «порочный круг», где индуцированное стрессом воспаление и выраженные симптомы аллергии становятся дополнительным психогенными факторами, усугубляющими общее состояние организма.

Заключение. Проведенное исследование подтверждает, что психоэмоциональный стресс является ведущим триггером аллергопатологий у 35% студентов, причем у 29 из них обострения четко ассоциированы с экзаменационным периодом. Патогенетическая структура выявленных нарушений включает механизмы гиперчувствительности I и IV типов, а также псевдоаллергические реакции, опосредованные нейрогенной активацией рецептора MRGPRX2. Активация нейроэндокринной системы приводит к нейрогенному воспалению и дегрануляции тучных клеток. Для эффективного управления аллергией важно сочетать фармакотерапию с методами снижения стресса для улучшения качество жизни и успеваемость студентов.

Список литературы:

1. Zhang H, Wang M, Zhao X, Wang Y, Chen X, Su J. Role of stress in skin diseases: A neuroendocrine-immune interaction view. Brain Behav Immun. 2024;116:286-302. DOI:10.1016/j.bbi.2023.12.005
2. Urakami H, Yoshikawa S, Nagao K, et al. Stress-experienced monocytes/macrophages lose anti-inflammatory function via β2-adrenergic receptor in skin allergic inflammation. J Allergy Clin Immunol. 2025;155(3):865-879. DOI:10.1016/j.jaci.2024.10.038
3. Esser PR, Huber M, Martin SF. Endoplasmic reticulum stress and the inflammatory response in allergic contact dermatitis. Eur J Immunol. 2023;53(7):e2249984. DOI:10.1002/eji.202249984
4.  Borgia F, Li Pomi F, Vaccaro M, Alessandrello C, Papa V, Gangemi S. Oxidative Stress and Phototherapy in Atopic Dermatitis: Mechanisms, Role, and Future Perspectives. Biomolecules. 2022;12(12):1904. Published 2022 Dec 19. DOI:3390/biom12121904
5. Liu EG, Yin X, Siniscalco ER, Eisenbarth SC. Dendritic cells in food allergy, treatment, and tolerance. J Allergy Clin Immunol. 2024;154(3):511-522. DOI:10.1016/j.jaci.2024.06.017
6. Koenig JFE, Wade-Vallance AK, Jiménez-Saiz R, et al. Allergic Reactivity and Memory Occur Independently of Sequential Switching Through IgG1. Allergy. 2025;80(8):2141-2157. DOI:10.1111/all.16460
7. Matricardi PM, van Hage M, Custovic A, Korosec P, Santos AF, Valenta R. Molecular allergy diagnosis enabling personalized medicine. J Allergy Clin Immunol. 2025;156(3):485-502. DOI:10.1016/j.jaci.2025.01.014
8. Lang DM, Sheikh J, Joshi S, Bernstein JA. Endotypes, phenotypes, and biomarkers in chronic spontaneous urticaria: Evolving toward personalized medicine. Ann Allergy Asthma Immunol. 2025;134(4):408-417.e3. DOI:10.1016/j.anai.2024.10.026