PR КАК ИНСТРУМЕНТ ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКОГО ФРЕЙМИНГА: КЕЙС СТАДИ

АННОТАЦИЯ

Актуальность данной темы исследования обусловлена ростом роли PR-коммуникаций в реализации внешнеполитического фрейминга и в формировании интерпретаций международной повестки. Несмотря на то, что государства сегодня активно реализуют коммуникационные стратегии для конструирования нарративов и влияния на общественное мнение, исследование роли PR в формировании и развитии этого аспекте по сей день остается недостаточно проработанным, особенно в сравнительном контексте.

Целью этой статьи является анализ PR-коммуникаций как инструмента внешнеполитического фрейминга на примере Республики Казахстан и Республики Узбекистан. Методологическую основу этого материала составляют сравнительный анализ, кейс-стади и элементы дискурсивного анализа. Эмпирическая база состоит из материалов по многовекторной внешней политике и региональному сотрудничеству стран Центральной Азии.

Результаты исследования показали ориентированность Республики Казахстан на внедрение и укрепление институциональных нарративов, в то время как Республика Узбекистан в коммуникациях реализует более адаптивные и динамичные стратегии. По итогу было установлено, что эффективность PR в международных отношениях определяется балансом между устойчивостью нарративов и их адаптацией к цифровой медиасреде.

Ключевые слова: PR, международные отношения, внешнеполитический дискурс, фрейминг, медиатизация, цифровые медиа, Республика Казахстан, Республика Узбекистан, Центральная Азия.

Введение

На сегодняшний день характер протекания международных процессов претерпевает существенные трансформации. Внешнеполитические процессы подвергаются медиатизации, обуславливая переход информационно-коммуникационной деятельности в онлайн-пространство. При таком развитии событии наблюдается усиление влияния цифровых медиа на восприятие внешнеполитических решений, рост конкуренции нарративов и повышение значимости общественного в разрешении особенно важных вопросов. По итогу внешнеполитическая деятельность приобретает ярко выраженный публичный характер.

В таких условиях одним из ключевых инструментов формирования внешнеполитического дискурса является PR. С его помощью государства могут конструировать собственные интерпретации международных событий, выстраивать взаимодействие с различными группами стейкхолдеров, тем самым формировать определенный имидж. Особую важность приобретает возможность использования PR-инструментария для влияния на фрейминг внешнеполитической повестки, задавая определенные рамки восприятия и интерпретации информации.

Несмотря на активное развитие исследований в сфере публичной дипломатии, стратегических коммуникаций и медиатизации политики, вопросы роли PR в процессах внешнеполитического фрейминга по сей день остаются недостаточно проработанными, особенно в контексте сравнительного анализа национальных моделей коммуникации.

В связи с этим формируется актуальность данного исследования, обусловленная необходимостью выявления особенностей использования PR-инструментария в формировании внешнеполитического дискурса на примере стран центральноазиатского региона. В качестве же цели данной статьи было установлено проведение анализа применения PR как инструмента внешнеполитического фрейминга на примере Республики Казахстан и Республики Узбекистан.

PR как инструмент внешнеполитического фрейминга

На протяжении последних десятилетий в исследованиях международных отношений наблюдается смещение фокуса от институционального анализа к исследованию коммуникативных и дискурсивных аспектов осуществления внешней политики. Особое развитие получили исследования конструктивизма, в рамках которого внешнеполитическая деятельность рассматривается как социально конструируемый объект, а отдельную значимость в его формировании приобретают язык, нормы, интерпретации и нарративы [1].

Влияние норм и коллективных представлений на формирование внешнеполитического курса исследовал Питер Каценштейн. В своих исследованиях он противопоставлял конструктивизм реализму, который выстраивается на основании неизменных интересов и структуры. В сочетании с публичным дискурсом конструктивизм в международных отношениях создает фундамент для формирования международных образов, форм и деятельности. При таком сценарии связи с общественностью выполняют роль не просто вспомогательного инструмента для взаимодействия с основными стейкхолдерами внешнеполитических коммуникаций, а центральным элементом внешнеполитического конструирования [2].

В ту же очередь, центральным механизмом конструирования внешнеполитического дискурса выступает фрейминг – это особый способ подачи информации, в который выключены процессы отбора, структурирования и интерпретации информации, задающих определенные рамки восприятия событий для участников международных отношений. С использованием фрейминга государства создают представления о собственной политике и политике партнеров, их позиции и роли в международной среде, закрепляя наиболее выгодные интерпретации и снижая неопределенность восприятия. Данный аспект наиболее часто реализуется посредством СМИ и медиа среды, что способствует укреплению позиции фрейминга в качестве ключевого механизма публичной дипломатии, конструирования реальности и повестки дня. Именно таким образом отдельные деятели в государстве создают и укрепляют определенный имидж страны на международной арене, при этом фрейминг не только описывает проблему, но и ограничивает диапазон допустимых решений [3].

В исследуемом нами контексте PR-коммуникации определяются в качестве основного инструмента практической реализации фрейминга международных отношений. Посредством официальных заявлений, публичной дипломатии, медийных материалов и использования цифровых платформ государственные акторы формируют и транслируют определенные нарративы в международном поле, что способствует формированию определенного образа и интерпретации внешнеполитической деятельности государства. Особую роль в этом процессе приобретает концепция стратегических нарративов, в рамках которой коммуникация рассматривается как один из способов формирования и укрепления долгосрочных смысловых конструкций, оказывающих при этом существенное влияние на восприятие международной политики.

Значительное влияние на трансформацию внешнеполитических коммуникаций оказывает процесс медиатизации, предполагающий усиление зависимости политических процессов от логики медиа. Особенно ярко это демонстрируется при изучении особенностей «эффекта CNN», в соответствии с которым освещение международных событий в СМИ в реальном времени оказывает существенное давление на принимаемые правительством и другими государственными акторами решения, тем самым побуждая их совершать те действия и процедуры, которые изначально не были запланированы. Соответственно, в условиях медиатизации внешняя политика приобретает более публичный характер и ориентируется на ее восприятие широкой аудиторией, что требует адаптации коммуникационных стратегий к форматам и динамике цифровой среды. Это, в свою очередь, усиливает роль PR-деятельности в качестве посредственного механизма между политическими акторами и общественностью [5].

Таким образом, в современной теории PR-коммуникации активно рассматриваются не только в качестве инструмента информационного сопровождения внешней политики государств, но как механизм конструирования внешнеполитического фрейминга, обеспечивающего формирование и трансформацию публичного дискурса в международном пространстве.

Методология практического исследования

Методологическую основу данного исследования составляет комплексный подход, в котором сочетаются сравнительный анализ, кейс-стади, а также элементы дискурсивного анализа. Использование этого подхода обуславливается необходимостью выявления особенностей формирования внешнеполитического фрейминга в различных национальных контекстах.

Сравнительный анализ направлен на сопоставление моделей PR-коммуникаций Республики Казахстан и Республики Узбекистан, что позволяет выявить их сходства и различия в конструировании внешнеполитических нарративов. Кейс-стади реализуется для углубленного анализа конкретных направлений внешней политики, что обеспечивает высокую степень дискурсивной насыщенности.

Дискурсивный анализ в исследовании применялся для изучения содержания официальных заявлений, выступлений политических лидеров и публикаций в СМИ и цифровых медиа. Указанный анализ направлен на выявление ключевых нарративов, фреймов и способов репрезентации внешнеполитической повестки исследуемых государств.

В качестве эмпирической базы были выбраны два кейса: это многовекторная внешняя политика Республики Казахстан и Республики Узбекистан, а также региональное сотрудничество в Центральной Азии. Выбор именно этих кейсов обусловлен их актуальностью, сопоставимостью и значимостью в формировании международного имиджа исследуемых государств.

Источниками эмпирической информации в данной статье выбраны:

- Сайты президентов Республики Казахстан [6] и Республики Узбекистан [7] – выбраны для выявления формулировок нарративов, риторики в официальных заявлениях;

- Сайты министерств иностранных дел Республики Казахстан [8] и Республики Узбекистан [9] – выбраны для демонстрации интерпретации внешней политики и подтверждения фрейминга;

- СМИ Республики Казахстан (Телеканал «Хабар» [10], Tengrinews [11], «Казинформ» [12]) и Республики Узбекистан (Kun.Uz [13], Gazeta.Uz [14], Qalampir [15]) – подобраны для демонстрации интерпретации политики и подтверждения фрейминга.

- Telegram-каналы администрации Президента Республики Казахстан [16] и Президента Республики Узбекистан [17], также министерств иностранных дел Республики Казахстан [18] и Республики Узбекистан [19] – направлены на исследование вовлеченности, определение форматов подачи и выявления визуальной составляющей PR.

Также, оперируя к анализу ориентиров внешней политики, в исследования были включены основополагающие аспекты из концепций внешнеполитической деятельности Республики Казахстан [20] и Республики Узбекистан [21].

Далее приступим к непосредственному исследованию характеристик фрейма двух государств в выбранных кейсах.

Кейс 1. PR как инструмент фрейминга многовекторной внешней политики

В рамках анализа многовекторной внешней политики Республики Казахстан особое внимание уделяется как содержанию внешнеполитических решений, так и способам их интерпретации в публичном пространстве. В данном случае PR-коммуникации выступают в качестве инструмента фрейминга, с помощью которого возможно сформировать определенные рамки восприятия внешнеполитической деятельности государства.

В официальной риторике Республики Казахстан многовекторность конструируется как объективная необходимость, обусловленная геополитическим положением страны. В Концепции внешней политики Республики Казахстан на 2020-2030 годы прямо указывается курс страны на такие аспекты, как «многовекторность, прагматизм и проактивность, означающие развитие дружественных, равноправных и взаимовыгодных отношений со всеми государствами…» [20].

Один из ключевых фреймов, транслируемых в официальных коммуникациях Республики Казахстан, отмечают «баланс» и «нейтралитет». В публичных заявлениях и в медийных материалах многовекторность репрезентуется как стратегия поддержания равновесия между различными центрами силы в мировом сообществе, что позволяет позиционировать государство в качестве стабильного и предсказуемого партнера. Данный фрейм способствует снижению восприятия внешнеполитических рисков, также формирует образ ответственного участника международных отношений. В выступлениях Президента Республики Казахстан Касым-Жомарт Токаева эта линия усиливается через акцент на сбалансированности, конструктивности и приоритете дипломатических механизмов регулирования конфликтов [22].

Параллельно прослеживается фрейм «прагматического сотрудничества», который подразумевает интерпретацию внешнеполитической деятельности Республики Казахстан через призму экономической целесообразности и взаимной выгоды. Использование данного фрейма способствует смещению внимания с геополитической конкуренции на практические результаты взаимодействия, что делает восприятие внешней политики страны более понятным для широкой аудитории.

PR-коммуникации, которые реализуются через официальные сайты, СМИ и цифровые платформы, обеспечивают распространение указанных фреймов и их адаптацию к различным аудиториям. В данном случае наблюдается преимущественно институциональный характер коммуникаций, который характеризуется высокой степенью формализации и консистентности нарративов.

По итогу, в случае с Республикой Казахстан PR-коммуникации выступают в качестве инструмента закрепления устойчивых фреймов, направленных на формирование образа сбалансированной и предсказуемой внешней политики.

Далее следует провести анализ многовекторной внешней политики Республики Узбекистан. В отличие от более институционализированного подхода, характерного для Республики Казахстан, в PR-коммуникациях представителей и государственных органов Республики Узбекистан прослеживаются фреймы «открытости» и «обновления». В публичных заявлениях и медийных материалах многовекторность интерпретируется как результат трансформации внешней политики, ориентированной на расширение международного сотрудничества и активное включение в глобальные и региональные процессы. Данный фрейм формирует восприятие государства как динамично развивающегося актора, который стремится к укреплению международных связей.

Одновременно с этим присутствует фрейм «диалога и партнерства», в рамках которого внешнеполитическая деятельность интерпретируется как процесс выстраивания равноправных и взаимовыгодных отношений с различными странами и регионами. Этот подход позволяет сместить акцент с балансирования между центрами силы, как в случае с Республикой Казахстан, на инициативность и готовность к сотрудничеству, что способствует усилению позитивного восприятия страны на международной арене. Примером проявления указанных качеств в официальной риторике Президента Республики Узбекистан Шавката Мирзиеева является перечень инициатив, предложенный им на первом саммите «Центральная Азия – Европейский союз», состоявшийся 4 апреля в городе Самарканд. В официальной риторике преобладают формулировки, подчеркивающие важность установления диалога и развития партнерства, что отражает более адаптивный и динамичный характер внешнеполитического позиционирования [23].

Важной особенностью PR-коммуникаций Республики Узбекистан является их адаптация к цифровой среде. Использование социальных сетей, онлайн-платформ и мультимедийных форматов позволяет повысить гибкость и оперативность тиражирования ключевых фреймов, а также адаптировать их под восприятие различными аудиториями. Это обеспечивает более высокий уровень вовлеченности и делает внешнеполитическую повестку более доступной и понятной для широкой общественности.

Параллельно, высокая динамика коммуникаций сопровождается риском фрагментации нарративов, при котором различные интерпретации внешнеполитических инициатив могут не всегда сохранять единую смысловую линию. Это создает определенные вызовы при формировании целостного образа внешней политики Республики Узбекистан.

По итогу, на примере Республики Узбекистан можно обнаружить, что PR выступает в качестве инструмента конструирования гибких и адаптивных фреймов, направленных на формирование образа открытого, инициативного и ориентированного на сотрудничество государства.

Чтобы наглядно продемонстрировать разницу фреймов двух анализируемых нами стран, приведем сравнительную таблицу по основополагающим пунктам в рамках данного анализа.

Таблица 1.

Сравнение фреймов многовекторной внешней политики Республики Казахстан и Республики Узбекистан

Проведенное сравнение показало, что различия между странами проявляются больше на уровне фрейминга внешней политики, нежели на уровне ее содержания. В то время как Республика Казахстан применяет PR-коммуникации для закрепления институционализированных и устойчивых интерпретаций, Республика Узбекистан задействует более гибкие и адаптивные коммуникационные стратегии, ориентированные на воздействие через цифровую среду и способствующие вовлечению аудитории.

Кейс 2. PR как инструмент фрейминга регионального сотрудничества

Проведя анализ PR-коммуникаций Республики Казахстан и Республики Узбекистан, были определены основные устойчивые представления о роли государства в региональных процессах, а также выделены основные фреймы в этой области.

Ключевым фактором, транслируемым в официальных коммуникациях Республики Казахстан в рамках регионального сотрудничества, является фрейм «региональной стабильности и институционального взаимодействия». Региональной сотрудничество при этом интерпретируется в качестве системного и структурированного процесса, который реализуется через международные организации, саммиты и многосторонние форматы. Это позволяет позиционировать государство в качестве непосредственного участника интеграционных процессов, который при этом ориентируется на поддержание устойчивой и предсказуемой обстановки в регионе.

Примером официальной риторики с наглядной демонстрацией проявления данных фреймов является выступление Президента Республики Казахстан Касым-Жомарт Токаева на V Консультативной встрече глав государств Центральной Азии в Душанбе. В рамках этого выступления наглядно можно определить, что риторика Республики Казахстан в контексте регионального сотрудничества выстраивается вокруг экономического прагматизма и институционализации взаимодействия. Использования таких понятий, как «стабильные условия» и «устранение барьеров» в выступлении Президента формирует фрейм предсказуемого, в то же время структурированного регионального развития [24].

Дополнительно прослеживается фрейм «кооперации через институты», в рамках которого акцент делается на формализацию механизмов взаимодействия и развитие долгосрочных партнерств. Подобный подход снижает уровень неопределенности во взаимодействии и усиливает восприятие региона как пространства для организованного и управляемого сотрудничества.

PR-коммуникации в данном примере, реализуемые через официальные источники и медиа ресурсы, обеспечивают закрепление данных фреймов и их консистентное воспроизводство. Как и в предыдущем примере, при этом наблюдается формализованный характер подачи информации, что способствует сохранению единой смысловой линии, но может ограничивать вариативность интерпретаций и уровень вовлеченности аудитории в коммуникационный процесс.

В контексте регионального сотрудничества Республики Узбекистан наблюдается более динамичный и адаптивный характер фрейминга. Так, ключевым является фрейм «регионального диалога и сближения», в рамках которого сотрудничество воспринимается как процесс активного восстановления и укрепления связей между странами региона. Это позволяет позиционировать страну в качестве инициатора взаимодействий и участника процессов, направленных на укрепление межгосударственных контактов. В особенности, эти аспекты ярко прослеживаются в официальной внешнеполитической доктрине Министерства иностранных дел Республики Узбекистан. В этой же доктрине присутствует концептуальная формулировка, в которой Центральная Азия рассматривается как основное направление активности в рамках внешней политики Республики Узбекистан, а развитие этого направления напрямую связывается с задачами обеспечения безопасности, стабильности и добрососедства [25].

Также активно задействуется фрейм «инициативности и открытости», в рамках которого подчеркивается стремление государства к развитию новых форматов сотрудничества и расширению партнерских связей. В отличие от акцента на институтах, в этом примере внимание смещается на определенные инициативы, встречи и коммуникационные события, которые интерпретируются в качестве значимых шагов на пути развития региональных отношений. Тесная связь с этими фреймами отражена в выступлении Президента Республики Узбекистан Шавката Мирзиеева на Консультативной встрече глав государств Центральной Азии. Там же он отметил «формулу единства региона», где в качестве пути к успеху он выделил необходимость налаживания дружеских взаимоотношений и сотрудничества [26].

Характерной особенностью PR-коммуникаций в Республике Узбекистан является их адаптация к требованиям цифровой среды. Использование социальных сетей и онлайн-платформ способствует оперативному распространению информации, усилению визуальной составляющей коммуникации и повышению уровня вовлеченности аудитории. Это решение способствует трансформации региональной повестки в более доступный и эмоционально воспринимаемый формат.

Вместе с тем, высокая динамичность и вариативность коммуникаций могут приводить к фрагментации нарративов, при которой отдельные инициативы не всегда формируют целостную картину, которая могла бы поспособствовать объединению в единую стратегическую линию.

Таким образом, в случае с Республикой Казахстан PR выступает инструментарием институционализации регионального сотрудничества, закрепляя образ страны в качестве стабильного и структурированного. В это же время, в Республике Узбекистан PR-коммуникации формируют глубокие и динамичные фреймы регионального сотрудничества, которые ориентированы на диалог, инициативность и расширение взаимодействия.

Аналогично, для наглядной демонстрации различий фреймов двух стран, мы приведем сравнительную таблицу по ключевым параметрам.

Таблица 2.

Сравнение фреймов регионального сотрудничества Республики Казахстан и Республики Узбекистан

Анализ фрейминга регионального сотрудничества двух стран показал, что Республика Казахстан более ориентируется на институционализацию и стабилизацию региональных процессов, в то время как Республика Узбекистан акцентирует внимание на активизации этих процессов и их переосмысление через призму диалога.

Итоги сравнительного анализа по двум кейсам

Проведенный анализ кейсов по многовекторной внешней политике и региональному сотрудничеству позволил определить ключевые системные различия в реализации PR-коммуникаций в качестве инструмента фрейминга внешнеполитической деятельности Республики Казахстан и Республики Узбекистан.

Ключевая разница между анализируемыми сторонами заключается не только в содержании внешнеполитических направлении, но и в способах их интерпретации и репрезентации в публичном дискурсе. Оба кейса по Республике Казахстан демонстрируют стремление к формированию устойчивых и институционализированных фреймов. Многовекторная политика при этом воспринимается через призму баланса и нейтралитета, в то время как региональное сотрудничество интерпретируется через институциональные формы взаимодействия. PR-коммуникации при этом способствуют закреплению стабильных смысловых конструкций, обеспечивая их предсказуемость и консистентность.

Республика Узбекистан, напротив, реализует более динамичную модель фрейминга, в рамках которой происходит адаптация к текущим условиям и особенностям медиасреды. В рамках многовекторной политики присутствует акцент на открытость и трансформацию, в то время как региональное сотрудничество воспринимается через призму диалога и инициативности. PR-коммуникации позволяют не только активно транслировать текущие формулировки, но и активно конструировать новые интерпретации, адаптированные под восприятие разных аудиторий.

Сравнительный анализ показал наличие системных различий между Республикой Казахстан и Республикой Узбекистан, которые проявляются при этом на нескольких уровнях. Во-первых, это уровень фреймов: когда Республика Казахстан использует стабилизирующие и институциональные рамки, Республика Узбекистан прибегает к динамичным и трансформационным фреймам. Во-вторых, есть разница на уровне коммуникационных стратегий: в первом случае присутствует доминация формализованной и централизованной модели, во втором государстве модель имеет более гибкий и вариативный характер. В-третьих, разница проявляется в степени адаптации коммуникаций к особенностям и требованиям цифровой среды, а также уровню вовлеченности аудитории.

При этом каждая из моделей имеет как ряд преимуществ, так и ограничений. Институциональный подход Республики Казахстан обеспечивает целостность и устойчивость внешнеполитического дискурса, но при этом снижает его воспринимаемость и интерактивность для разных групп аудитории. Динамичная модель Республики Узбекистан способствует росту вовлеченности аудитории и актуализации коммуникаций, но сопряжена рисками фрагментации нарративов и ослаблением их консистентности.

Таким образом, эффективность PR как инструмента внешнеполитического фрейминга определяется способностью государств находить баланс между стабильностью и адаптивностью коммуникаций. Проведенное нами исследование показывает, что в условиях медиатизации международных отношений именно сочетание отмеченных характеристик способствует формированию устойчивого и вместе с тем релевантного внешнеполитического дискурса.

Список литературы:

1. Кочетков, В. В. Теория конструктивизма в международных отношениях / В. В. Кочетков // Вестник Московского университета. Серия 27: Глобалистика и геополитика. – 2024. – № 3. – С. 3-18.
2. Peter J. Katzenstein. The Culture of National Security: Norms and Identity in World Politics. - Columbia University Press, 1996. – P.151.
3. Алексеева, Т. А. Конструктивизм "третьего поколения": фрейминг и коммуникация / Т. А. Алексеева, Ж. А. Верховская // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Политология. – 2023. – Т. 25, № 4. – С. 801-816.
4. Рубцова, А. А. Концепция стратегических нарративов в анализе международных отношений / А. А. Рубцова // Научный форум: Юриспруденция, история, социология, политология и философия: Общество с ограниченной ответственностью "Международный центр науки и образования", 2018. – С. 25-29.
5. Ли, И. Роль "эффекта CCN" в современной политической медиакоммуникации и принятии политических решений / И. Ли // Современные проблемы лингвистики и методики преподавания русского языка в ВУЗе и школе. – 2022. – № 40. – С. 604-607.
6. Официальный сайт Президента Республики Казахстан [Электронный ресурс]. URL: https://www.akorda.kz/ru/speeches (дата обращения: 13.04.2026).
7. Официальный сайт Президента Республики Узбекистан [Электронный ресурс]. URL: https://president.uz/ru/lists/news?menu_id=12 (дата обращения: 13.04.2026).
8. Пресс-центр Министерства иностранный дел Республики Казахстан [Электронный ресурс]. URL: https://www.gov.kz/memleket/entities/mfa/press (дата обращения: 13.04.2026).
9. Пресс-центр Министерства иностранных дел Республики Узбекистан [Электронный ресурс]. URL: https://gov.uz/ru/mfa/news/speeches (дата обращения: 13.04.2026).
10. Политические новости Казахстана и мира – Телеканал Хабар: Важные события и аналитика [Электронный ресурс]. URL: https://khabar.kz/ru/news/politika (дата обращения: 13.04.2026).
11. Цифровое медиа Tengrinews [Электронный ресурс]. URL: https://tengrinews.kz/ (дата обращения: 13.04.2026).
12. Международное информационное агентство «Казинформ» [Электронный ресурс]. URL: https://www.inform.kz/ (дата обращения: 13.04.2026).
13. Новостной портал Kun.uz [Электронный ресурс]. URL: https://kun.uz/ru/ (дата обращения: 13.04.2026).
14. Новостной портал Gazeta.uz [Электронный ресурс]. URL: https://www.gazeta.uz/ru/politics/ (дата обращения: 13.04.2026).
15. Новостной портал Qalampir [Электронный ресурс]. URL: https://qalampir.uz/en (дата обращения: 13.04.2026).
16. Официальный канал Telegram пресс-службы Администрации Президента Республики Казахстан [Электронный ресурс]. URL: https://t.me/aqorda_resmi (дата обращения: 13.04.2026).
17. Официальный канал Telegram пресс-службы Администрации Президента Республики Узбекистан [Электронный ресурс]. URL: https://t.me/shmirziyoyev (дата обращения: 13.04.2026).
18. Официальный Telegram канал Министерства иностранных дел Республики Казахстан [Электронный ресурс]. URL: https://t.me/s/pressmfakz (дата обращения: 13.04.2026).
19. Официальный Telegram канал Министерства иностранных дел Республики Узбекистан [Электронный ресурс]. URL: https://t.me/uzbekmid (дата обращения: 13.04.2026).
20. О Концепции внешней политики Республики Казахстан на 2020 – 2030 годы — Официальный сайт Президента Республики Казахстан [Электронный ресурс]. URL: https://www.akorda.kz/ru/legal_acts/decrees/o-koncepcii-vneshnei-politiki-respubliki-kazahstan-na-2020-2030-gody (дата обращения: 15.04.2026).
21. Концепция внешнеполитической деятельности Республики Узбекистан от 10 сентября 2012 года [Электронный ресурс]. URL: https://www.lex.uz/docs/2218998 (дата обращения: 15.04.2026).
22. Выступление Президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева на общих дебатах 80-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН — Официальный сайт Президента Республики Казахстан [Электронный ресурс]. URL: https://www.akorda.kz/ru/vystuplenie-prezidenta-kazahstana-kasym-zhomarta-tokaeva-na-obshchih-debatah-80-y-sessii-generalnoy-assamblei-oon-2481155 (дата обращения: 15.04.2026).
23. Президент Узбекистан выдвинул новые инициативы по укреплению сотрудничества между Центральной Азией и Европейским Союзом [Электронный ресурс]. URL: https://president.uz/ru/lists/view/8024 (дата обращения: 15.04.2026).
24. Полный текст выступления Президент РК на саммите глав государств Центральной Азии [Электронный ресурс]. URL: https://www.inform.kz/ru/polnyy-tekst-vystupleniya-prezident-rk-na-sammite-glav-gosudarstv-central-noy-azii_a4111671 (дата обращения: 18.04.2026).
25. Внешняя политика Республики Узбекистан – официальная доктрина Министерства иностранных дел [Электронный ресурс]. URL: https://gov.uz/ru/mfa/sections/view/14455 (дата обращения: 18.04.2026).
26. Президент Узбекистана обозначил ряд приоритетных направлений практического регионального взаимодействия в новом формате [Электронный ресурс]. URL: https://gov.uz/ru/mfa/news/view/102701 (дата обращения: 18.04.2026).