КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ РАССЛЕДОВАНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШЕННЫХ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ VPN И PROXY-СЕРВЕРОВ

CRIMINOLOGICAL FEATURES OF INVESTIGATING CRIMES COMMITTED USING VPN AND PROXY SERVERS

Sokolov Mikhail Dmitrievich

Student, Department of Criminal Law and Procedure, North Caucasus Federal University,

Russia, Stavropol

Ovcharenko Igor Anatolyevich

Scientific advisor, candidate of Sciences in Law, Associate professor, North Caucasus Federal University,

Russia, Stavropol

АННОТАЦИЯ

В статье рассматриваются криминалистические особенности расследования преступлений, совершенных с использованием VPN и proxy-серверов. Анализируются действующие нормативно-правовые акты, регламентирующие использование данных технологий на территории Российской Федерации, включая Федеральный закон № 149-ФЗ и новеллы уголовного законодательства, вступившие в силу в 2025 году. Исследуются механизмы сокрытия электронно-цифровых следов, обусловленные применением указанных средств анонимизации, а также проблемы доказывания, возникающие в ходе предварительного расследования. На основе анализа научных подходов к феномену электронных следов и современной следовой картины киберпреступлений обосновываются пути совершенствования методики расследования данной категории преступлений.

ABSTRACT

The article discusses the forensic features of the investigation of crimes committed using VPN and proxy servers. It analyzes the current legal acts regulating the use of these technologies in the Russian Federation, including Federal Law No. 149-FZ and the new criminal legislation that came into force in 2025. The article explores the mechanisms of concealing electronic and digital traces caused by the use of these anonymization tools, as well as the challenges of proving them during the preliminary investigation. Based on the analysis of scientific approaches to the phenomenon of electronic traces and the modern trace pattern of cybercrimes, the article substantiates ways to improve the methodology for investigating this category of crimes.

Ключевые слова: криминалистика, расследование преступлений, VPN, proxy-сервер, электронные следы, киберпреступность.

Keywords: Forensics, crime investigation, VPN, proxy server, electronic traces, cybercrime.

Использование VPN (виртуальных частных сетей) и прокси-серверов в преступной деятельности перестало быть сугубо технической проблемой, превратившись в один из системных факторов, определяющих структуру и содержание криминалистической методики расследования. Указанные технологии, изначально разработанные для обеспечения конфиденциальности и защиты данных, сегодня активно применяются для сокрытия электронно-цифровых следов, создания ложных маршрутов передачи информации и уклонения от оперативно-розыскных мероприятий [1]. Это требует пересмотра традиционных подходов к обнаружению, фиксации и исследованию доказательств по уголовным делам, связанным с использованием сети Интернет.

Правовая база противодействия таким преступлениям в Российской Федерации за последние два года претерпела существенные изменения. Базовые положения закреплены в Федеральном законе от 27 июля 2006 г. № 149‑ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», который устанавливает механизмы ограничения доступа к информации, распространяемой с нарушением законодательства [2]. Однако ключевые новеллы внесены в уголовное законодательство. Федеральным законом от 31 июля 2025 г. № 282‑ФЗ, вступившим в силу с 1 сентября 2025 г., Уголовный кодекс дополнен статьями 274.4 и 274.5, предусматривающими ответственность за организацию деятельности по передаче абонентских номеров и средств авторизации, а также статьей 294.1, касающейся незаконных следственных действий со стороны иностранных должностных лиц [3]. Одновременно часть 1 статьи 63 УК РФ дополнена пунктом «ф», в соответствии с которым совершение преступления с использованием VPN‑сервисов признается обстоятельством, отягчающим наказание. Таким образом, законодатель не только ввел новые составы, но и придал самому факту использования средств анонимизации квалифицирующее значение [4].

С криминалистической точки зрения применение VPN и прокси-серверов принципиально меняет механизм образования электронно-цифровых следов. В современной криминалистике широкое распространение получила концепция «дорожки электронно-цифровых следов», в рамках которой каждое действие пользователя в цифровой среде оставляет последовательность связанных между собой следов. VPN и прокси действуют как посредники: прокси-сервер подменяет исходный IP-адрес, передавая запрос от своего имени, а VPN создает зашифрованный канал, направляющий трафик через удаленные серверы. При использовании так называемых цепочек прокси (последовательного соединения через несколько серверов) исходная точка подключения маскируется многократно, а трассировка запроса становится практически невозможной без доступа к журналам каждого из используемых узлов. В результате формируется специфическая следовая картина, характеризующаяся разрывами в логической цепочке, отсутствием прямой привязки к конкретному устройству и анонимизацией как точки отправления, так и точки получения данных [5].

Указанные особенности порождают комплекс проблем доказывания. Во-первых, идентификация лица, использовавшего VPN или прокси, затруднена из-за того, что значительная часть таких сервисов зарегистрирована в иностранных юрисдикциях и не предоставляет сведений о пользователях по запросам российских правоохранительных органов либо делает это с существенными задержками и ограничениями [1]. Во-вторых, электронная форма хранения информации ставит вопрос о подлинности и допустимости получаемых доказательств, поскольку промежуточные данные могут быть модифицированы на любом этапе передачи. В-третьих, отсутствует единообразная практика процессуального закрепления сведений, извлеченных из VPN‑сервисов: они могут рассматриваться либо как иные документы, либо как вещественные доказательства, что влияет на порядок их исследования и оценки.

Наиболее часто VPN и прокси используются при совершении мошенничеств, распространении запрещенного контента, преступлений экстремистской направленности, а также в рамках деятельности организованных групп, специализирующихся на выводе денежных средств и фишинговых атаках. Используя анонимность, злоумышленники нередко устраивают травлю, скрывая собственные данные, преступники могут создавать фальшивые личные данные, привлекающие жертв к различным схемам обмана, использование VPN для обхода блокировок также помогает получать доступ к нелегальному контенту [1]. Во всех этих случаях технология выступает не вспомогательным, а системообразующим элементом криминальной деятельности, позволяющим сохранять анонимность на протяжении длительного времени, менять «цифровую личность» и создавать ложные следы, ведущие в другие юрисдикции.

Анализ эмпирической практики показывает, что эффективное противодействие данной категории преступлений невозможно без адаптации криминалистических методик к новым технологическим реалиям. Предлагается несколько направлений такой адаптации:

• Формализация алгоритма действий следователя на этапе первоначальных следственных действий при выявлении признаков использования средств анонимизации.
• Расширение механизмов взаимодействия с операторами связи и владельцами технических средств, позволяющее получать данные о маршрутизации трафика.
• внедрение методик анализа метаданных, сохраняющихся при работе VPN и прокси-серверов, — временных характеристик, объема передаваемой информации, особенностей используемых протоколов

Одновременно сохраняется проблема соблюдения баланса между задачами раскрытия преступлений и конституционными гарантиями неприкосновенности частной жизни, поскольку меры, направленные на ограничение анонимности, прямо затрагивают сферу личной информации.

Использование VPN и прокси-серверов объективно меняет среду расследования: традиционные методы идентификации лица, совершившего преступление, и построения системы доказательств в условиях анонимизации теряют прежнюю надежность. Внесенные изменения в УК РФ создали формальную правовую базу для квалификации деяний, совершенных с использованием VPN. Однако сама по себе уголовно-правовая норма не решает проблем доказывания на досудебной стадии — их разрешение возможно только при условии разработки методов выявления и исследования электронно-цифровых следов, адекватных текущему уровню технологий анонимизации.

Список литературы:

1. Бадиков Д.А., Батуева А.Б. Проблемные вопросы раскрытия и расследования преступлений, совершенных с использованием VPN и PROXY-серверов. Закон и право. 2025. № 1. С. 190-193.
2. Федеральный закон "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" от 27.07.2006 N 149-ФЗ (последняя редакция)
3. Федеральный закон от 31.07.2025 N 282-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"
4. "Уголовный кодекс Российской Федерации" от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 20.02.2026)
5. Смушкин А.Б. Новые информационные компоненты в формировании электронных доказательств по уголовным делам (современная дорожка электронно-цифровых следов). Сибирское юридическое обозрение. 2025. Т. 22. № 3. С. 455-468.