БУДУЩЕЕ НАЛИЧНЫХ: ВЫМИРАЮТ ЛИ БУМАЖНЫЕ ДЕНЬГИ? СРАВНЕНИЕ ТРЕНДОВ В РОССИИ, ЕВРОПЕ И АЗИИ

THE FUTURE OF CASH: ARE PAPER CASHES DYING OUT? A COMPARISON OF TRENDS IN RUSSIA, EUROPE AND ASIA

Oprishko Sofya Aleksandrovna

Student, Department of Economics, Finance and Environmental Management, South Russian Institute of Management - Branch of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration,

Russia, Rostov-on-Don

 Filimontseva Elena Mikhailovna

Scientific Advisor: Candidate of Economic Sciences, Associate Professor of the Department, South Russian Institute of Management - Branch of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration,

Russia, Rostov-on-Don

АННОТАЦИЯ

В статье анализируются современные тенденции обращения наличных денег в трёх макрорегионах — России, Европе и Азии. На основе данных Банка России, аналитических центров (НАФИ, ЦМАКП, НИУ ВШЭ) и зарубежных исследований рассматриваются факторы, определяющие сохранение или сокращение доли наличных в розничных платежах. Особое внимание уделяется социальным, культурным и инфраструктурным барьерам на пути тотальной цифровизации. Автор приходит к выводу, что наличные деньги не исчезают, а трансформируются в резервный инструмент сбережения, средство финансовой инклюзии и гарант приватности.

ABSTRACT

The article analyzes current trends in cash circulation in three macro-regions — Russia, Europe, and Asia. Based on data from the Bank of Russia, analytical centers (NAFI, CMACP, HSE University), and international studies, the author examines the factors that determine the preservation or decline of cash in retail payments. Special attention is paid to social, cultural, and infrastructural barriers to total digitalization. The author concludes that cash is not disappearing but transforming into a reserve savings instrument, a tool for financial inclusion, and a guarantor of privacy.

Ключевые слова: наличные деньги, безналичные платежи, цифровизация, Банк России, финансовые тренды, Европа, Азия, цифровой рубль.

Keywords: cash, non-cash payments, digitalization, Bank of Russia, financial trends, Europe, Asia, digital ruble.

Когда в 2010-х годах эксперты заговорили о «безналичном обществе», казалось, что бумажные деньги доживают последние десятилетия. Швеция, Китай и ряд других стран демонстрировали впечатляющие темпы отказа от физических носителей стоимости. Однако пандемия COVID-19, геополитические потрясения и неожиданный возврат интереса к наличным во многих экономиках заставили пересмотреть эти прогнозы.

Сегодня стало очевидно: единого сценария не существует. Даже внутри объединённой Европы разрыв между Швецией и Германией по доле наличных платежей достигает десятков процентных пунктов. В Азии соседствуют ультрацифровой Китай и «наличная» Япония. Россия же демонстрирует собственную модель, где технологическая инфраструктура развивается столь же быстро, как и спрос на бумажные рубли в периоды экономической неопределённости.

Цель данной статьи — на основе преимущественно российских источников оценить реальные перспективы наличных денег, отказавшись как от технооптимистичных прогнозов их скорого исчезновения, так и от консервативного отрицания цифровых изменений.

Исследование базируется на анализе статистических данных Банка России за 2025 год, отчётах аналитических центров (НАФИ, ЦМАКП, НИУ ВШЭ), а также публикациях в профильных академических журналах. Для сравнительного анализа использовались открытые данные Европейского центрального банка и экспертные оценки российских регионоведов по Азии.

Россия: между цифровой инфраструктурой и доверием к наличному обороту. За последние пять лет Россия совершила заметный рывок в развитии безналичных платежей. По данным Банка России, доля безналичных операций в розничном товарообороте в 2023 году достигла 75,4%, а в 2024 году, по предварительным оценкам, приблизилась к 78% [1, с. 18-25]. Ключевым драйвером стала Система быстрых платежей (СБП): к концу 2024 года через неё проходило более 30% всех розничных безналичных транзакций.

Однако за этими цифрами стоит сложная реальность. Исследование НАФИ (2023) показало, что 62% россиян регулярно пользуются наличными, причём среди жителей малых городов и сельской местности этот показатель превышает 70%. [3, с. 45]. Любопытно, что даже среди активных пользователей цифровых сервисов многие держат при себе некоторую сумму наличных «на всякий случай». Это поведение имеет глубокие корни: опросы фиксируют устойчивую связь между использованием наличных и памятью о кризисных периодах 1990-х, 2008 и 2014 годов.

Дополнительный сюжет — цифровой рубль. Банк России последовательно подчёркивает, что третья форма национальной валюты не призвана заменить ни безналичные, ни тем более наличные деньги [4, с. 64]. По мнению директора департамента наличного денежного обращения ЦБ РФ, в обозримом будущем банкноты сохранятся как минимум по трём причинам: социальная инклюзия (пожилые и маломобильные группы), необходимость анонимных расчётов и роль наличных как «последнего рубежа» в случае сбоев цифровой инфраструктуры.

Европейский опыт наглядно демонстрирует, что общая валюта не означает общих платёжных привычек. Согласно исследованию ЕЦБ (SPACE, 2022), доля наличных в общем объёме платежей в точках продаж варьируется от 9% в Швеции до 82% в Мальте.

Российские исследователи из ИМЭМО РАН обращают внимание на то, что центральные банки Германии, Австрии и Италии сознательно защищают наличное обращение, рассматривая его как элемент культурной идентичности и защиты от возможного злоупотребления цифровым контролем. В Германии, например, до сих пор можно встретить магазины, где не принимают карты, и это воспринимается не как технологическое отставание, а как осознанный выбор.

Скандинавский путь, напротив, демонстрирует возможность почти полного отказа от бумажных денег. Однако, как отмечает О. А. Смирнова в «Современной Европе», шведская модель базируется на исключительно высоком уровне доверия к банкам и государству — факторе, который сложно воспроизвести в других странах.

Азия — регион, где контрасты наиболее ярки. С одной стороны, Китай, где Alipay и WeChatPay стали фактическими монополистами в городах, а уличные торговцы нередко отказываются от приёма купюр. С другой — Индия, где после провала агрессивной демонетизации 2016 года наличные вернулись на рынок, особенно в сельских районах и неформальном секторе.

Российские азиеведы подчёркивают, что китайский опыт уникален: он встроен в систему государственного контроля и социального рейтинга, что делает его малопригодным для переноса в другие политические и культурные контексты. Япония же остаётся «страной наличных»: здесь даже в крупных городах многие рестораны и гостиницы предпочитают расчёты банкнотами, а пожилое население (составляющее значительную долю общества) не доверяет цифровым кошелькам.

Таким образом, Азия показывает, что технологическая возможность отказа от наличных ещё не означает их фактического исчезновения. Культурные привычки, демографическая структура и институциональная среда оказываются не менее важными, чем качество мобильного интернета.

Сравнительный анализ регионов. Для наглядности ключевые различия между регионами сведены в таблицы.

Таблица 1

Основные показатели использования наличных в трёх регионах

Составлено автором по [1; 6; 9]

Таблица 2

Факторы сохранения наличных в регионах

Составлено автором по [3; 4; 10]

Ниже представлено графическое отражение изменения доли наличных в розничных платежах по трём регионам за последние годы. Рисунок построен на основе данных Центрального банка РФ, отчётов ЕЦБ и оценок Азиатского банка развития.

Рисунок 1. Динамика доли наличных в розничных платежах (в %)

Анализ трендов в трёх регионах позволяет сделать несколько обобщений.

Во-первых, наличные деньги не вымирают. Даже в наиболее цифровизированных странах (Китай, Швеция) они сохраняются либо как инструмент «на чёрный день», либо как элемент государственной политики инклюзивности.

Во-вторых, темпы и глубина отказа от наличных определяются не столько технологическими возможностями, сколько институциональной средой, культурными привычками и уровнем доверия к финансовой системе. «Российский случай показывает, что даже при развитой цифровой инфраструктуре спрос на наличные может расти в периоды неопределённости» [9, с. 12-18].

В-третьих, будущее денежного обращения — это сосуществование разных форм. Бумажные рубли, цифровой рубль, безналичные счета будут выполнять разные функции: наличные — роль резервного актива и средства приватных расчётов, цифровые формы — повседневных транзакций.

Таким образом, прогнозы «заката эры наличных» сегодня выглядят несостоятельными. Речь идёт скорее о перераспределении их функций, но не об исчезновении.

Список литературы:

1. О развитии безналичных расчетов в Российской Федерации: Статистический бюллетень Банка России. – Москва: Центральный банк Российской Федерации, 2024. – № 1. – С. 18–25.
2. Корнилова, Е. В. Трансформация наличного денежного обращения в условиях цифровой экономики / Е. В. Корнилова // Вопросы экономики. – Москва, 2023. – № 5. – С. 112–126.
3. Отношение россиян к наличным и безналичным платежам: аналитический отчет [электронный ресурс] / Аналитический центр НАФИ. – Москва, 2023. – 45 с. – Режим доступа: https://nafi.ru/projects/finansy/otnoshenie-rossiyan-k-nalichnym-i-beznalichnym-platezham/ (дата обращения: 15.03.2026).
4. Цифровой рубль. Доклад для общественных консультаций / Центральный банк Российской Федерации. – Москва: ЦБ РФ, 2023. – 64 с.
5. Иванов, А. Наличные не сдают позиции: интервью с директором департамента наличного денежного обращения Банка России / А. Иванов // Российская газета. – 2023. – 12 декабря. – С. 6.
6. Study on the payment attitudes of consumers in the euro area (SPACE) / European Central Bank. – Frankfurt am Main: ECB, 2022. – 92 p.
7. Кузнецов, А. В. Цифровые валюты центробанков: вызовы и перспективы для Европы / А. В. Кузнецов // Мировая экономика и международные отношения. – Москва, 2023. – Т. 67, № 3. – С. 34–44.
8. Смирнова, О. А. Скандинавская модель безналичной экономики: мифы и реальность / О. А. Смирнова // Современная Европа. – Москва, 2022. – № 4. – С. 87–98.
9. The Future of Cash in Asia: A Cross-Country Analysis / Asian Development Bank. – Manila: ADB Press, 2023. – Vol. 2. – 150 p.
10. Васильев, Л. С. Индийский опыт демонетизации: уроки для развивающихся экономик [электронный ресурс] / Л. С. Васильев // Российский совет по международным делам (РСМД). – 2023. – 15 мая. – Режим доступа: https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/indiyskiy-opyt-demonetizatsii-uroki-dlya-razvivayushchikhsya-ekonomik/ (дата обращения: 10.03.2026).
11. Сидорова, Е. Н. Цифровой юань и социальный рейтинг: китайский эксперимент / Е. Н. Сидорова // Проблемы Дальнего Востока. – Москва, 2023. – № 2. – С. 52–63.
12. Дробышевский, С. М. Роль наличных денег в современной российской экономике / С. М. Дробышевский, Т. Г. Омельчук // Экономическое развитие России. – Москва, 2024. – Т. 31, № 2. – С. 12–18.