Телефон: +7 (383)-312-14-32

Статья опубликована в рамках: Научного журнала «Студенческий» № 14(34)

Рубрика журнала: Юриспруденция

Скачать книгу(-и): скачать журнал часть 1, скачать журнал часть 2

Библиографическое описание:
Тыновская П.М. ИНВЕРСИЯ В МЕХАНИЗМЕ ПРЕСТУПНОГО ПОВЕДЕНИЯ // Студенческий: электрон. научн. журн. 2018. № 14(34). URL: https://sibac.info/journal/student/34/115644 (дата обращения: 31.10.2020).

ИНВЕРСИЯ В МЕХАНИЗМЕ ПРЕСТУПНОГО ПОВЕДЕНИЯ

Тыновская Полина Максимовна

студент факультета Права НИУ ВШЭ

РФ, г. Нижний Новгород

При проведении криминологического анализа причины совершения преступного деяния необходимо учитывать роль социально-психологического механизма поведения личности. Данный процесс является чрезвычайно сложным, он затрагивает совокупность особенностей и качеств личности, которые проявляются в ее взаимодействии с внешней средой.

Одним из важнейших этапов в механизме преступления является посткриминальное поведение, где возникает психологический анализ содеянного, наступление последствий, а также начинается процесс выработки системы психологической защиты. Уже после совершения преступления человек сравнивает достигнутый результат с желаемым, а также соотносит это с нормами морали и общественным мнением. В подобной ситуации человек раскаивается в содеянном, либо вырабатывает систему защиты против своего разоблачения. Под этим подразумевается не скрытие и уничтожение улик, а психологи­ческое убеждение себя в том, что он действовал мотиву защиты самого себя [7, с. 56]. Очень важно, при криминологическом анализе выяснить всё о взаимодейтсвии преступника и потерпевшего (жертвы преступления), причем, только в рамках ситуации совершенного преступления, то есть необходимо изучать не только преступника, его поведение, мотивацию к совершению преступления (о чем говорилось выше), но и его жертву. Во многих преступлениях демонстрируется значительный вклад жертвы в случившееся, и преступление представляется как результат действий пары- преступник и жертва. Значимость, а главное, массовый характер разнопланового, детерминационного проявления жертвы в механизме преступления привели к появлению направления в криминологии-«виктимология».

Виктимология уделяет внимание изучению моральных, психологических и социальных характеристик жертвы, влияющих ее уязвимость, и ситуации, которые предшествуют преступлению, а также ситуации связанные с преступлением, с тем чтобы ответить на вопрос - как в этих ситуациях, во взаимодействии с поведением преступника, криминологически значимо проявляется поведение жертвы.

В 1985 году была принята Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью, в которой дается экспликация понятия «жертва». В тексте декларии дается экспликация понятия «жертва». Под термином «жертва» понимается «лицо, которому индивидуально или коллективно был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление ее основных прав в результате действия или бездействия, еще не представляющего собой нарушения национальных уголовных законов, но являющегося нарушением международно-признанных норм, касающихся прав человека» [1].

Любое, во всяком случае, умешленное преступление имеет два детерминационных аспекта. Первым аспектом является личность с наиболее выраженной антиобщественной ориентацией и объективно существующей предкриминальной ситуацией, которая может играть в рамках детерминации. Вторым аспектом рассматривается роль причины и роль условия, которые способствовали совершению преступления.

В аспекте уголовных преступлений присутствуют преступления, совершенные не только согласно преступному умыслу, но и преступления, совершенные невольно. Нередко роли преступника и жертвы переплетаются, и приходится подтверждать, что само различие между ними становится трудноразличимым, поскольку лишь случай может решить, кто же станет преступником, а кто жертвой. Необходимо отметить, что эти роли могут взаимо­заменяться и совмещаться в одном лице. Данному действию в научной литературе дают название «инверсия ролей».

Многие авторы не могут дать единую экспликацию понятия «инверсионное преступление». Так, например, Г.Н. Горшенков пишет о том, что данным термином можно назвать превращение жертвы в преступника, и, следовательно, преступника в жертву.

Инверсионное преступление - любое преступление, совершенное лицом невольно, под влиянием эмоций, доводов, переворачивающих или оборачивающих правовой принцип справедливости в справедливое неправовое (противоправное) отмщение преступнику [3, с. 4]. «Невольное» означает как бы не повинующееся воле лица общественно опасное деяние, например, совершенное в состоянии аффекта. Но аффект- это кратковременное чувство, а точнее эмоции, в данном случае можно говорить о кратковременном эмоциональном состоянии. Проявление преступности через мотивировку такого ро рассматривается как инверсия.

Инверсионный акт преступного поведения может быть обусловлен и страстью, определяемой психологией как сильное, стойкое, продолжительное чувство, выступающее доминантом над другими чувствами человека, который сосредотачивает все свои силы, эмоции на предмете страсти. Поэтому инверсионный акт поведения человека может носить не только импульсивный характер [5, c. 221].

Одним ярких примеров инверсионного преступления содержится в статье газеты «Аргуементы и Факты»: «Как я кастрировала насильников» [8, с. 20-21]. В данной статье повествуется как раз об инверсии ролей в преступлении, где жертва и преступник меняются местами. Через нее можно определить, как и признаки инверсиии в преступлении, так и механизм совершения преступления. На потерпевшую Светлану Ж. - ветеринара на ферме, напали двое мужчин и изнасиловали ее. После изнасилования, когда потерпевшая (жертва) смогла прийти в реальность и отойти от шока, в подсознании созрело желание отомстить «обидчикам». «Два мерзавца стояли и с нескрываемым любопытсвом смотрели на меня, как смотрит собака на загнанную дичь, когда еще вдоволь не наигралась ей, то есть не задрала смерти. Я машинально вспоминаю: «Болевые точки у собаки - нос, язык, пах. Да, пах! Мое сознание щелкнуло, как затвор фотоаппарата». В данном примере наглядно видно, в какой именно момент было принято решение о совершении преступного деяния, что послужило мотивом к совершению и его планирование. В интервью она рассказывает о своих колебаниях: «Может, напоить до бесчувствия, связать и сдать в милицию?».

Далее идет повествование о том, как жертва обманным путем завела преступников на ферму, напоила спиртом и осуществила процедуру кастрации. «Кровь бьет струей. Я зажала артерию у него в паху пальцем. Затолкала свернутый бинт в рану. Стянула жгутом – крест на крест поверх бедер. Я ненавижу это распростертое, окровавленное тело. Но из него утекает жизнь.» – у жертвы начался психологический анализ содеянного. Жертва-преступник (Светлана Ж.) пытается спасти своих жертв: «Сейчас он умрет от потери крови. Я наклоняюсь к его мерзкому слюнявому рту. Зажимаю ноздри, чтобы воздух не выходил, и начинаю вдыхать. Рот в рот... Надавливаю на грудину - толчок за толчком. Меня захлестывает жгучая ненависть. Я кричу этому распластанному мертвому телу: Мерзкий насильник! Я сделала все, чтобы ты жил! Живи! Но он меня уже не слышит. Я тупо сажусь рядом с ним на пол: Все кончено! Теперь я убийца! В соседнем углу жалобно стонет второй насильник. Я облегченно вздыхаю: Хоть этот жив...».

Посткриминальное поведение Светланы Ж, на этапе которого возникают: психологи­ческий анализ содеянного, наступление последствий, начинается процесс выработки системы психологической защиты. В данном случае жертва-преступник раскаивается в совершении преступления, то есть она не отрицает данный факт: «Я не могла не побывать на ферме и еще раз не зайти к своим носикам. Свинарник! - говорят все затыкая нос, выбегают вон. А я сроднилась с запахом. Отхода (дохлых) нет - значит, ветеринар я что надо! А люди?.. Люди свиньи! Правда ведь, носики? Ну ладно, прощайте! Я пошла сдаваться...».

Суд приговорил Светлану за совершенное преступление к 8 годам лишения свободы по ч. 4 ст. 111 УК РФ - тяжкий вред здоровью повлекших собой смерть одного из пострадавших.

Эффект инверсионного поведения жертвы нужно рассматривать через призму виновного поведения, совокупность доводов, заведомо «переворачивающих», или оборачивающих, например, нравственно-правовой принцип справедливости в справедливое направовое (противоправное) отмщение преступнику.

На сегодняшний день наиболее перспективным направлением предупреждения преступности является виктимологическая профилактика, которая является специфической деятельностью социальных институтов, направленная выявление, устранение нейтрализацию факторов, ситуаций и обстоятельств, которые формируют виктимное поведение и обусловлавливают совершение преступлений. Кроме того, виктимологическая профилактика способствует выявлению групп риска и конкретных с повышенной степенью виктимности и воздействует на них в целях восстановления активизации их защитных свойств, а также разрабатывает, совершенствует уже имеющиеся специальные средства защиты граждан преступлений и последующей виктимизации» [1, с. 176]. Главная цель данной профилактики- это защита потенциальной жертвы, которая будет способствовать снижению количества преступлений, характеризующихся наличием жертв.

Кромы вышесказанного, виктимологическая профилактика преступлений предотвращает совершение инверсионного преступления. В таком случае профилактика должна направляться, как на потенциального потерпевшего так и на потенциального преступника. Меры обычно используемой криминологической профилактики в отношении преступника дополняются виктимологическим содержанием, а виктимологической профилактики в отношении потенциальной жертвы насыщаются содержанием традиционной криминологической профилактики.

При предотвращении инверсионных преступлений меры криминологической прафилактики, которые обычно применяются в отношении лица, замышляющего или подготавливающего преступление, дополняются виктимологическим содержанием, а меры виктимологической профилактики в отношении потенциальной жертвы насыщаются содержанием традиционной криминологической профилактики.

Меры такой профилактики могут быть эффективными только в том случае, когда имеется реальная картина криминализации и виктимизации общества, для чего необходима эффективная система учета преступлений, лиц, их совершивших, сведений о жертвах, характере и размере причиненного вреда. Огромное значение в виктимологической профилактике имеет изучение потерпевших в процессе расследования уголовных дел. При помощи данного изучения можно выявить различные типы жертв преступлений, изучить и объяснить причины и условия совершения преступлений в отношении жертв, а также совершенствовать методы борьбы с преступностью.

В заключении хотелось бы отметить, что механизме преступления нередко роль преступника и жертвы переплетается, и приходится констатировать, что само различие между ними становится трудноуловимым, так как лишь случай решает, кто станет преступником, а кто жертвой. Данная тема является проблемной и акутальной в настоящее время ввиду того, что, несмотря на проведение всевозможных виктимных профилактик мы продолжаем сталкиваться с инверсией в механизме преступного поведения, и смотря на проведенные позиции различных авторов данную тему нельзя назвать до конца изученной и раскрытой в наших правовых реалиях. Существует огромный пласт неизученного, всегда есть возможность выявить причину такого поведения жертвы, как и почему совершаются инверсионные преступления.

 

Список литературы:

  1. Декларация основных принципов правосудия жертв преступлений и злоупотребления властью [Электронный ресурс]. Режим http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/power.shtml. – Загл. с экрана.
  2. Алексеев А.И. Криминология. Курс лекций. М., 2006. – 340 с.
  3. Горшенков Г.Н. Криминологический словарь. - Новгород: ННГУ им. Н.И. Лобачевского, 2004. – с.
  4. Долговая А.И. Криминология: Учебник. М.: Просвещение, 2007.
  5. Карпенко Л.А. Краткий психологический словарь / Сост. С. 344.
  6. Кивич Ю.В., Лебедев С.Я. Предупреждение преступности органами внутренних дел. М., 1998. – 34 с.
  7. Шмелев Е.Е. Отдельные вопросы криминологии. СПб.: 2000. – 130 с.
  8. Ж., С.А. «Как я насильников кастрировала» [Текст] / Ж.С.А. // Аргументы и Факты – 1998. – 6 мая. (№ 19). – С. 20–21.

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом