ЦИФРОВЫЕ ПРАВА КАК ОБЪЕКТЫ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ

АННОТАЦИЯ

В статье рассматривается правовая природа цифровых прав как относительно нового объекта гражданских прав в российской правовой системе. Анализируется их законодательное определение, закрепленное в статье 141.1 Гражданского кодекса РФ, проводится сравнение с классическими объектами, такими как ценные бумаги. Глубокие преобразования российской правовой системы, инициированные в рамках национальных проектов по цифровизации, обусловили необходимость адаптации права к меняющимся глобальным условиям управления цифровыми процессами. Особую значимость в этом контексте приобретает формирование и регулирование новой категории объектов гражданских прав — «цифровых прав», правовой режим которых остается предметом активных научных дискуссий.

ABSTRACT

This article examines the legal nature of digital rights as a relatively new object of civil rights in the Russian legal system. It analyzes their statutory definition, enshrined in Article 141.1 of the Civil Code of the Russian Federation, and compares them with traditional objects such as securities. Profound transformations of the Russian legal system, initiated as part of national digitalization projects, have necessitated adapting the law to the changing global conditions governing digital processes. In this context, the development and regulation of a new category of civil rights—»digital rights»—is particularly significant. Their legal regime remains the subject of active academic debate.

Ключевые слова: цифровые права, объекты гражданских прав, цифровизация, цифровые финансовые активы, блокчейн, информационная система, правовой режим.

Keywords: digital rights, objects of civil rights, digitalization, digital financial assets, blockchain, information system, legal regime.

Задачи цифровизации, заложенные в национальных проектах и программах Российской Федерации, обусловили глубокую трансформацию отечественной правовой системы и должны быть решены с учетом изменяющихся мировых условий в области управления цифровизацией жизни и общественных отношений. Данный процесс затрагивает как отраслевую структуру права, так и отдельные институты, в том числе в него входит корпус объектов гражданских прав. В условиях формирования новой цифровой реальности постепенно закрепляются разновидности «цифровых прав», правовой режим которых служит предметом активных научных дискуссий [1].

Цель настоящей статьи – проанализировать цифровые права в качестве объектов гражданских прав, раскрыть их специфику, законодательную конструкцию и существующие в настоящее время правовые проблемы регулирования цифровых прав проблемы правового регулирования.

В нашей стране основой для правового режима цифровых прав служит статья 141.1 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ), введенная законодателем в 2019 году. Согласно которой, цифровые права смоделированы по аналогии с ценными бумагами и определяются как обязательственные и иные права, содержание и условия реализации которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам. Отличие от ценных бумаг заключается в первую очередь в том, что цифровые права существуют не в документарной или бездокументарной форме, а в рамках специального квазисубъекта – информационной системы [2].

Как справедливо отмечает Р.В. Чикулаев, информационная система, в соответствии с Федеральным законом «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», представляет собой совокупность информации, информационных технологий и технических средств. При этом сама информация была исключена из числа объектов гражданских прав, что создает определенный правовой парадокс. Поскольку информационная система не может функционировать автономно, необходим субъект, ответственный за ее работу, который обозначается как оператор информационной системы. Таким образом, можно сделать логический вывод о том, что цифровые права представляют собой один из сложных объектов гражданских прав, чей режим напрямую зависит от технической и организационной инфраструктуры [1].

Введение цифровых прав в гражданский оборот поставило вопрос об их соотношении с традиционными видами прав, а именно: вещными, обязательственными, корпоративными, интеллектуальными. Законодатель, избегая использования таких технологически ориентированных терминов, как «токен» или «блокчейн», ввел более нейтральные с точки зрения юридической техники понятия: «цифровые права», «цифровые финансовые активы» (ЦФА), «цифровая валюта», что в целом соответствует на наш взгляд порядку регламентации основ цифровизации [3, с. 445].

Однако, на сегодняшний день в числе объектов гражданских прав не наблюдается «органически цифровых» сущностей. Их заменили юридические конструкции, которые, на наш взгляд, являются цифровыми репрезентациями уже известных прав. Такая ситуация порождает проблему «многослойных юридических конструкций типа «право на право», что в условиях цифрового оборота крайне нежелательно. Кроме этого, можно отметить наличие проблемы выраженной в недостаточности развитости легальных конструкций для полноценного функционирования цифровых прав. Ожидалось, что эту роль в значительной степени выполнят цифровые финансовые активы, однако, с момента принятия соответствующего федерального закона в 2020 году, они не получили заметного распространения [1, 3].

В будущем, на наш взгляд, перспективным направлением развития видится использование технологии распределенных реестров (блокчейн). Данная технология позволяет учитывать и передавать цифровые права напрямую, без посредников в лице традиционных учетно-регистрационных систем. Однако, необходимо учитывать скорость развития современных технологий для обеспечения законодательной базы их функционирования и внедрения в «жизнь».

Таким образом, цифровые права, будучи законодательно закрепленными в ГК РФ, представляют собой относительно новый, но пока еще не до конца сформировавшийся объект гражданских прав. Для дальнейшего успешного развития оборота цифровых прав необходимы как совершенствование законодательства, направленное на признание их самостоятельными объектами-имуществом, так и развитие технологической базы, в частности, распределенных реестров.

Список литературы:

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от31.07.2025) // Собрание законодательства РФ от 1994 г., № 32, ст. 3301.
2. Федеральный закон от 31.07.2020 № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2020. № 31 (часть I). Ст. 5018.
3. Чикулаев Р.В. Цифровые права и «цифровое право» в современных условиях // Актуальные направления развития отраслей права в условиях новой реальности. Материалы III Всероссийской научно-практической конференции. Москва, 2025. — С. 445-453.