Статья опубликована в рамках: II Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы психологии личности» (Россия, г. Новосибирск, 01 февраля 2010 г.)

Наука: Психология

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции, Сборник статей конференции часть II

Библиографическое описание:
Дмитриева Н. ПСИХОЛОГИЯ ПРИВЯЗАННОСТИ И ИНТИМНОСТИ // Актуальные проблемы психологии личности: сб. ст. по матер. II междунар. науч.-практ. конф. № 2. Часть I. – Новосибирск: СибАК, 2010.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов
Статья опубликована в рамках:
 
Выходные данные сборника:

 

   ПСИХОЛОГИЯ ПРИВЯЗАННОСТИ И ИНТИМНОСТИ

Дмитриева  Н.В.

Д.псх.н.,  профессор,  зав.каф.психологии  личности  и  спец.психологии  НГПУ 

E-maildnv2@inbox.ru

 

Анализ  результатов  собственной  практики  психологического  консультирования  показал,  что  большинство  клиентов,  обратившихся  к  нам  за  помощью  по  поводу  эмоционально-поведенческих  проблем,  связанных  с  сексуальностью,  испытывают  трудности  при  ответе  на  вопросы  о  психологической  сущности  таких  понятий,  как  привязанность  и  интимность.  Наиболее  частыми  интерпретациями  этих  феноменов  является  их  деление  на  положительную  и  отрицательную  привязанность.  Первую,  как  правило,    идентифицируют      со  здоровьем,  заботой,  теплом,  родством  душ,  а  последнюю  -  с  созависимостью  и  привычкой.  Выраженные  трудности    испытывают  клиенты  при  ответе  на  вопрос,  насколько  близкими  по  психологическому  наполнению  являются  привязанность  и  интимность.  Большинство  опрошенных,  как  правило,  ассоциируют  интимность  с  половыми  отношениями. 

В  связи  с  существующей  в  литературе  терминологической  неопределенностью,  касающейся    психологического  наполнения  этих  дефиниций,  мы  попытались  исследовать  их  структуру,  конкретизировать  типы  и      описать  наиболее  часто  встречающиеся  в  психотерапевтической  практике  варианты  блокированной  (ограниченной)  интимности  и  привязанности.

  По  нашему  мнению,  привязанность  –  это  потребность  в  длительных,  глубоких  отношениях,  при  которой  партнеры  поддерживают  друг  друга,  помогают  друг  другу,  зависят  друг  от  друга,  обеспечивая  при  этом  друг  другу  определенную  степень  свободы.

Истоки  формирования  привязанности  идут  из  детства.  Объектом  привязанности,  как  известно,  являются  родители  [2,3].  Сценарии,  подаренные  родителями  или  значимыми  близкими,  воспроизводятся  в  дальнейшей  жизни.

Мы  используем  в  практической  деятельности  авторскую  классификацию  типов  привязанности

  1.Нормальная,  здоровая,  безопасная.

2.Тревожно-сопротивляющаяся,  цепляющаяся.

3.Тревожно-избегающая.

4.Тревожно-дезорганизованная,  хаотичная.

Тип    привязанности  зависит  от  экзистенциальной  (жизненной)  позиции,  которая,  с  одной  стороны,  выбирается  самим  человеком,  а,  с  другой,    одновременно  зависит  и  от  характера  взаимоотношений  в  семье,  и  от  значимого  окружения.

Характеристики  типов  привязанности    в  зависимости  от  жизненной  позиции

1.Нормальный,  здоровый,  безопасный  тип  привязанности  формируется  при  условии  получения  ребенком  от  матери  или  от  значимого  близкого  всего,  что  необходимо  для  нормального  развития.  Если  все  потребности  ребенка  удовлетворяются,  если  о  нем  заботятся  родители,  если  все,  что  он  ищет,  он  находит,  возникает  модель  здоровых  отношений.  По  мере  взросления  окружающие  воспринимаются  как  партнеры,  страх  покинутости  и  отверженности  не  формируется.  Базовая  жизненная  позиция  «Я  благополучен  –  Вы  благополучны».

2.Тревожно-сопротивляющаяся,  цепляющаяся  привязанность  возникает  в  случае  дробного  частичного  внимания  матери  или  другой  родительской  фигуры.  В  какой-то  момент,  когда  ребенок  нуждался  в  удовлетворении  потребности  в  ласке,  любви,  привязанности,  заботе,  мать  испытывала  временной  дефицит,  торопилась  по  своим  делам,  не  успевала,  спешила  к  мужу,  на  работу  и  пр. 

 Какие  взаимоотношения    между  матерью  и  ребенком  порождает  данный  тип  привязанности?  При  появлении  матери  ребенок  вцепляется  в  нее  и  старается  удержать,  чтобы  убедиться  в  том,  что  через  несколько  минут  она  не  «исчезнет»,  не  убежит  снова. 

Если  этот  тип  реагирования  с  желанием  удержать  значимую  фигуру  зафиксируется,  во  взрослой  жизни  он  ляжет  в  основу  зависимого,  саморазрушающего  поведения.  Если  значимый  человек  или    объект  (алкоголь,  работа,  или  другой  аддиктивный  агент),  обеспечивающий  ощущение  комфорта  и  благополучия,  удаляются,  цепляющаяся,  сопротивляющаяся,  зависимая  личность  стремится  его  удержать.  Подобный  тип  привязанности  является  основой  многих  видов  зависимого  и  созависимого  поведения.

Чтобы  седатировать  ощущение  постоянной  тревоги,  используются  любые  заместители  –  аддиктивные  агенты.  Следовательно,  стремление  к  седации  является  одним  из  психологических  механизмов  саморазрушающего  поведения. 

Индивид  с  базовой  жизненной  позицией  «Я  не  благополучен  –  Вы  благополучны»  придает  объекту  тревоги  огромное  значение.  Низкая  самооценка  формирует  установку    «я  хуже,  чем  значимый  объект».

  Клиенты  с  нормальным,  здоровым,  безопасным  типом  привязанности,  как  правило,  справляются  со  своими  проблемами  сами  и  обращаются  за  психотерапевтической  помощью  крайне  редко.  Второй  тип  привязанности  является  частым  поводом  для  визита  к  специалисту,  основными  задачами    которого  являются:

·Работа  с  самооценкой.  Трансформация  позиции  «Я  не  благополучен  –  Вы  благополучны»  в  установку  «Я  благополучен  –  Вы  благополучны».

·Усиление  личностной  автономии.

·Формирование  ассертивной  позиции.  Обучение  умению  проговаривать  четкое  «Нет»  и  четкое  «Да».   

3.Тревожно-избегающий,  недоверчивый  тип  привязанности  формируется  либо  тогда,  когда  мать  проводит  незначительное  количество  времени  рядом  с  ребенком,  либо  формально  присутствует,  но  проявляет  безразличное,  эмоционально  уплощенное,  дистантное  отношение,    не    удовлетворяя  его  потребность  в  тепле  и  заботе.    Причинами  такого  поведения  могут  быть  чрезмерная  поглощенность  чувством  к  отцу  ребенка,  учеба,  работа,  ситуация  потери  супруга,  переезд  в  другой  город,  поиск  работы  и  др. 

Ребенок  воспринимается  как  помеха.  Ему  сообщается  скрытое  послание:  «Было  бы  хорошо,  если  бы  ты  сам  решал  свои  проблемы».  И,  хотя  формальная  забота  вроде  бы  и  присутствует,  но  крайне  ограниченное  внимание  к  нему,  формальный  тип  отношений  с  наспех  осуществляемой  заботой  формируют  ощущение  ненадежности,  ограниченности  внимания  и  недоверия.  Уверенности  в  получении  внимания  в  дальнейшем  нет.  Эмоциональная  отверженность  порождает  дефицит  эмпатии.  Вырастая,  такие  люди  не  будут  показывать  своих  чувств  и  по  механизму  проекции  будет  отвергать  теплоту  взаимоотношений  с  другими.  Их  жизненным  девизом  становится  утверждение  «не  верь,  не  бойся,  не  проси,  не  доверяй».    При  внешнем  впечатлении  благополучия  и  успешности,  к  их  лицам  «прирастает»  маска  напряжения,  равнодушия  и  безразличного  эмоционального  отчуждения.    Практика  показывает,  что  большинство  обладателей  такого  типа  привязанности    -  несчастные  люди  с  непоколебимой  жесткой,  ригидной  установкой  «Я  должен  быть  благополучным  любой  ценой».

Следование  родительским  предписаниям  «держи  эмоции  при  себе»  и  «только  слабый  обнажает  свои  чувства»  проявляется  в  запрете  на  демонстрацию  собственных  чувств.  Внешне  наблюдаемое  эмоциональное  спокойствие  маскирует  подавленные  эмоции,  которые,  как  правило,    проявляются  в  ситуациях,  оторванных  от  контекста  культуры,  например,  за  границей,  в  экстремальных  ситуациях,  в  приеме  аддиктивных  агентов.

Поскольку  для  лиц  с  третьим  типом  привязанности  характерна  «замороженность»  эмоций,  (один  из  них  в  ходе  беседы  сказал,  что  чувствует  себя  как  мясо  в  морозилке),  в  задачи  психотерапевта  входит  простраивание  зоны  доверия  и  работа  с  чувствами.     

Корригировать  базовую  жизненную  позицию:  «Я  благополучен  –  Вы  не  благополучны»  чрезвычайно  трудно.  Осложняют  психотерапевтическое  вмешательство  такие  личностные  качества  клиента,  как  высокомерие,  снобизм,  пренебрежение,  ощущение  собственной  значимости  и  эксклюзивности.        Неустойчивая  самооценка  и  нарциссизм  мешают  обращению  за  помощью,  поэтому  они  приходят  к  специалисту  крайне  редко  и  только  при  наличии  очень  серьезных  проблем.  Для  таких  «нарциссов»  крайне  важен  профессиональный,  социальный  и  финансовый  статус  психотерапевта.  «Открытые  нарциссы»  сами  светятся  от  ощущения  собственной  значимости  и  ищут  «эксклюзивного»  специалиста.  «Закрытые  нарциссы»  удовлетворены  ликом  исключительности  психотерапевта  и    «купаются»  в  созданном  в  их  воображении  образе  его  исключительности.

4.  Тревожно-дезорганизованная,  хаотичная  привязанность  свойственна  выходцам  из  социально  неблагополучных  семей,  в  которых  родители  не  обращали  на  детей  никакого  внимания.    Дезорганизованный  стиль  воспитания  проявляется,  например,  в  том,  что  сегодня  алкоголик  -  папа  пьяный  и  добрый  и  поэтому  любит  маму.  Ребенку  в  этот  день  достается  большая  порция  тепла.  Завтра  злой,  агрессивный    отец  избивает  мать  и    издевается  над  ребенком.  Ощущения  безопасности  нет.  Значимые  близкие  и  окружение  воспринимаются  со  знаком  минус.  Формирование  идентификаций  и  положительных  самоопределений,  происходящее  в  раннем  детском  возрасте,  затрудняется  в  связи  с  ежедневно  обрушивающимися  на  ребенка  хаотическими,  беспорядочными  и  непонятными  установками.   

Базовая  жизненная  позиция:  «Я  не  благополучен  –  Вы  не  благополучны».   

Ощущения  безнадежности,  недоверия,  негативизма,  пессимизма,  нигилизма  порождают  пассивное  отношение  к  себе  и  жизни  с  позицией  «А  зачем  что-то  делать,  если  все  вокруг  плохо  и  у  меня  все  равно  ничего  не  получится?». 

Деструктивный  дезорганизованный  тип  привязанности  встречается  у  детей  из    так  называемых  нормальных,  формально  сохраненных  семей,  в  которых  потребность  ребенка  в  любви  и  ласке  не  удовлетворяется  и  поэтому  ответной  стойкой  привязанности  не  возникает. 

Частая  смена  нянь,  гувернанток,  пребывание  в  условиях  детского  дома  способствуют  возникновению  именно  такого  трудноподдающегося  коррекции  вида  привязанности. 

Наиболее  типичными      вариантами  поведения  таких  лиц  являются:

·Тяга  к  идеальной  любви  и  не  умение  выстраивать  близкие  отношения.  Мечта  о  красивых,  романтических  взаимоотношениях  существует  параллельно  с  отсутствием  знаний  о  том,  как  их  построить.  Одним  из  наиболее  частых  высказываний  обратившихся  к  нам  за  помощью  женщин  с  таким  типом  привязанности,  было  следующее:  «Я  плохая,  окружающие  еще  хуже,  все  плохо,  но  когда-нибудь  приедет  принц  и  подарит  счастье».  Проблема  заключалась  в  том,  что  если  в  редчайших  случаях  принц  все  же  появлялся,  реакцией  на  него  были  изумление,  неожиданность,  недоверие,  растерянность,  отвержение  и  не  умение  завязать  с  ним  желаемые  отношения.

·Минимальное  проявлении  эмоций  со  стороны  окружающих  порождает  неадекватные  ответные  чувства.  Одна  из  таких  женщин  рассказывала,  что  простой  ничегонезначащей  улыбки,  подаренной  ей  шоколадки,  коробки  конфет  или  пачки  сигарет  было  достаточно  для  возникновения  желания  полного  подчинения  дарителю.  Мужчины  паразитируют  на  таких  женщинах,  удовлетворяют  за  их  счет  многие  из  своих  потребностей.  Наиболее  типичны  для  таких  женщин  частая    смена  потребностей,  беспорядочный  секс,  отсутствие  умения  выстраивать  отношения  близости,  ощущение  постылости,  ненадежности,  небезопасности  жизни  и  саморазрушающее  поведение  с  целью  избавления  от  тревоги. 

  Практика  показывает,  что  при  такой  базальной  позиции  тотальной  безнадежности    клиент  «не  слышит»  специалиста.  Он  воспринимает  только  интонации,  а  не  суть  обращений  к  нему.  Работа  с  носителем  такого  типа  привязанности  напоминает  общение  с  аутичным  пациентом.

Встреча    с  таким  типом  личности  наиболее  вероятна  в  детском  доме,  в  комнате  милиции,  в  доме  интернате,  в  тюрьме. 

Согласно  нашим  наблюдениям,  одним  из  наиболее  эффективных  методов  психотерапии  в  данном  контексте  является  работа  с  телом  в  рамках  телесно-ориентированного  воздействия,  поскольку  принцип  опоры  –  это  то,  что  такие  лица  ищут  всю  жизнь.  В  основе  психотерапии  шизоидных,  аутичных  личностных  особенностей  должно  лежать  формирование  привязанности  между  их  обладателями  и  специалистом.  Неэффективность  воздействия  связана  с  нежеланием  посещать  психотерапевта  из-за  страха  соприкосновения  с  его  «теплом»,  которое  может  «обжечь»,  поэтому  при  первых  признаках  напряжения  они  легко  уходят  от  сеансов  и,  как  правило,  больше  не  появляются  на  них.

Смысл  психотерапии  –формирование  первого  типа  привязанности  и  умения  выстраивать  партнерские  отношения.  Основная  цель-  трансформировать  второй,  третий  и  четвертый  типы  привязанности  в  первый. 

Первоначальную  психодиагностику  типа  привязанности  облегчает  знание  следующих  ориентиров:

·Лица  с  первым  типом  привязанности  практически  со  всеми  возникающими  проблемами  справляются  без  помощи  специалиста.  Сила  их  личности  и  количество  ресурсов  таковы,  что  возникающие  у  них  проблемы  переводятся  в  разряд  самостоятельно  решаемых  задач.

·Если  клиент  в  неприятной  для  себя  ситуации  ищет  человека,  который  мог  бы  помочь  ее  разрешить,  скорее  всего,  речь  идет  о  втором  типе  привязанности.  В  ситуации  стресса  возрастает  потребность  быть  к  кому-то  или  чему-то  привязанным.  При  этом  воспроизводится  механизм  регрессии.  Возникает  желание  стать  как  в  детстве  маленьким  и  найти  поддержку  и  защиту  у  человека,  к  которому  мы  стремимся.  В  этот  момент  он  становится  для  нас  значимым  и  «большим».  Воспроизведение  регрессивных  отношений  сопровождается  поиском  родительской  фигуры,  которая  могла  бы  дать  ощущение  необходимой  заботы.

·Если  вышеупомянутая  задача  не  решается,  происходит    «цепляние»  за  привычные  способы  реагирования  (за  людей,  ситуацию,  вещество  и  пр.).  Происходит  обесценивание  окружающих  и  ситуации  и  формирование    третьего  типа  привязанности.

·Лица  с  четвертым  типом  привязанности  чаще  других  переживают  кризис  с  ощущением  хаоса. 

Использование  в  практической  деятельности  разработанного  нами  алгоритма  диагностики  типа  привязанности  позволяет  установить,  что  именно  происходит  с  клиентом  в  ситуации  стресса.  Фактически  определяется  наиболее  привычный  индивидуальный  способ  реагирования  на  стресс,  при  котором  одни  проживают  все  его  стадии  с    ощущением  растерянности,  смятения  и  хаоса,  а  другие  застревают  на  одной  из  них.  Вероятность  вхождения  в  кризис,  скорость  его  проживания  и  эффективность  выхода  зависят  от  внешних  и  внутренних  ресурсов  личности  и  типа  привязанности. 

Предложенная  нами  рабочая  классификация  типов  привязанности  и  алгоритм  их  психодиагностики  доказали  свою  эффективность.  Понимание  и  осознание  психологических  механизмов  психических  процессов  и  состояний,  переживаемых  клиентом,  является  необходимым  инструментом  в  работе  психотерапевта.   

Согласно  нашим  наблюдениям,  в  основе    практически  каждой  проблемы  лежит  неудовлетворенная  потребность  в  признании,  принятии,  любви,  нарушение  привязанности  и  интимности. 

Анализ  литературы  показал,  что,  к  сожалению,  в  психологической  науке  и  практике  до  сих  пор  не  существует  общепринятого  понятия  любви  и  интимности  [1,2,3].  В  основе  используемой  нами  индивидуальной  концепции  любви  лежит  трактовка  этого  феномена,  представленная  в  древнеиндийском  трактате    «Ветка  персика»,  согласно  которому  влечение  ума  порождает  уважение,  влечение  души-дружбу,  а  влечение  тел-желание.  Более  того,  мы  считаем,  что  интимность  в  зрелом  возрасте  –это  прикосновение  не  столько  половых  органов,  сколько  любящих  друг  друга  душ,  хотя  одно,  как  известно,  не  только  не  исключает  другое.  Вышеуказанные  концептуальные  положения  позволили  сформулировать  авторское  определение  интимности,  под  которым  мы  понимаем  зависящий  от  возраста  и  пола  процесс  когнитивной,  эмоциональной,  духовной,  сексуальной  близости  с  индивидуальным  диапазоном  доступности  в  установлении  внутриличностных  и  межличностных  границ. 

Анализ  наиболее  часто  встречающихся  жалоб  клиентов  позволил  разработать  рабочую  классификацию  видов  блокированной  интимности:

1.Частичные  взаимоотношения  при  невозможности  установления  полных,  удовлетворяющих  большинство  потребностей  отношений,  выстраиваются  при  условии  пребывания  партнера  в  браке,  или  его  склонности  к  аддиктивным  реализациям  (работоголизм,  алкоголизм,  гэмблинг  и  др).

Дробные  отношения  устанавливаются  с  целью  получения  определенной  психологической  выгоды,  которая  хоть  каким-то  образом  уравновешивает  разочарование  от  осознания  их  неполноценности  и  ощущения  недоступности  партнера.  Преимуществами  частичных  взаимоотношений  являются:

·Возможность  избегания    страха  поглощения  (партнер  в  браке,  он  безопасен  и,  следовательно,  не  причинит  вреда).

·Позитивный,  волнующий,    возвышенный  характер  эмоциональных  переживаний,  наполненных  ощущением  романтического  флера  (между  мной  и  любимым  -  его  жена,  но  есть  ощущение  счастья).

·Подпитка  нарцисстически  ранимой  части  Я  у  нарцисстической  личности. 

·Редкая  возможность  получения  порции  любви  и  тепла    при  деструктивных,    дистантных  отношениях  с  аддиктивным  партнером  (жена  аддикта,  например,  алкоголика,  безусловно,  страдает,  но  периоды  ее  страданий  сменяются  редкими  временными  промежутками,  когда  муж  не  пьет  и  как  в  прямом,  так  и  в  переносном  смысле  принимает  ее,  а  не  алкоголь).

  2.Быстрая  интимность.

Не  краткосрочные,  мгновенно  развивающиеся    взаимоотношения,  при  которых  быстрое  мимолетное  утреннее  знакомство  заканчивается  вечерним  сексуальным  контактом,  а  наличие  противоречия,  заключающегося  в  том,  что,  с  одной  стороны,  предъявляются    жалобы  на  не  умение  завязывать  стойкие  отношения,  а,  с  другой-  сообщается    информация  о  том,  что,  например,  за  неделю  имели  место  три  случая  вступления  в  коитальные  соития  с  малознакомыми  женщинами. 

Известно,  что  для  установления  длительных  любовных  и  сексуальных  взаимоотношений  необходимо  проживание  обоими  партнерами  периода  проб  и  ошибок.  Одна  из  стадий  отношений  должна  включать  знакомство,  получение  информации  в  процессе  нарратива  (рассказов  о  жизни  друг  друга).  Обладание  знаниями  о  близком  человеке  служит  фундаментом  прочных  отношений  и  профилактирует  возможные  разочарования.  Период  сбора  информации  сменяется  периодом  тревоги  по  поводу  возможного  отделения.  Фантазии  о  вероятном  разрыве  отношений    –  непременный  атрибут  их  прочности.  Результат  ответа  на  вопрос:  «А  сумею  ли  я  ужиться  с  его/ее  недостатками?»    может  быть  как  положительным,  так  и  отрицательным.  В  последнем  случае  фантазии  о  разрыве  отношений  реализуются. 

При  быстрой  интимности    партнеры  «проскакивают»  этот  период  и  быстро  «ныряют»  во  взаимоотношения,  длительность  которых  весьма  сомнительна.

3.Цепляющиеся  взаимоотношения  устанавливаются  в  двух  случаях.            Во-первых,  с  целью  реализации  стремления  избежать  индивидуализации.  Многолетний  опыт  работы  автора  в  Вузе  показывает,  что  законный  брак  как  желаемая  модель  прочных  отношений  выбирается,  например,  студентами  пятого  курса  непосредственно  перед  окончанием  ВУЗа.  Два  одиночества  с  заблокированной  самостоятельностью  пытаются  выйти  в  жизнь  вдвоем,  цепляясь  друг  за  друга,  чтобы  иметь  возможность  защищать  себя  вместе. 

Второй    причиной  цепляния  за  партнера  является  делегирование  ему  функции  седатика.  Примером  служат  отношения  алкоголика  и  созависимой  личности,  которая  успокаивается,  цепляясь  за  действия,  чувства,  фетиш  и  др.

  4.Дистанцированные  взаимоотношения  возникают  у  лиц,  призванных  по  роду  профессиональной  деятельности    проводить  большое  количество  времени  вне  семьи    (моряки,  пилоты  самолетов,  специалисты,  работающие  вахтовым  методом  и  др.),  и  в  случае  раздельного  проживания    партнеров  (в  разных  квартирах,  разных  городах  или  в  разных  странах),  сексуальная    близость  которых  происходит  только  на  отдыхе.  Не  долгие  встречи  на  курортах,  в  свободные  от  основной  работы  дни  дарят  ощущение  радости  и  яркого  праздника.  Длительное  совместное  времяпрепровождение  порождает  обоюдное  напряжение  и  психосоматические  проблемы.  По  образному  выражению  одной  из  наблюдаемых  нами  женщин  в  последнем  случае  «происходит  наезд  на  личностные  границы»,  т.к.  навыки,  умения  и    знания  о  том,  как  жить  вместе  отсутствуют.   

  5.Секс  без  эмоциональной  вовлеченности  -  еще    один  вариант  нарушенных  дисфункциональных  семейных  отношений,  предпочитаемый  лицами,  склонными  к  промискуитету  (беспорядочные  сексуальные  связи)  или  свингерству  (вторая  пара  в  постели).  В  случае  договорного  брака  один  или  оба  партнера  удовлетворяют  сексуальные  потребности  «на  стороне». 

И  хотя  приглашающие  другую  семью  для  сексуальных  контактов  свингеры,  делают  акцент  только  на  физической  составляющей  секса  и,  согласно  данным  литературы,  не  испытывают  никаких  эмоций,  с  нашей  точки  зрения,  было  бы  неправильно  утверждать,  что  свингеры,  затрачивающие  огромное  количество  энергии  на  контрактно-договорные  отношения,  не  переживают  при  этом  вообще  никаких  чувств.    Обмен  чувствами  происходит,  но  осуществляется  он  опосредованно  через  другую  пару.  Семья  ищет  психический  «материал»  для  укрепления  своих  социальных,  эмоциональных  и  сексуальных  взаимоотношений  вовне.  Возникает  созависимая  «сцепка»,  при  которой  один  партнер,  активно  настаивающий  на  свингерстве,  впоследствии  испытывает    вину,  а  другой,  пассивно  соглашающийся  с  ним,  переживает  чувство  обиды  и  протест.  Возникающее  у  обоих  партнеров  эмоциональное  насыщение  нивелирует  горечь  от  ощущения  нарушения  личностных  границ.  Один  из  пассивных  участников  таких  встреч,  обратившийся  к  нам  за  помощью,  назвал  свингерство  «изнасилованием  по  договоренности,  но  с  принуждением».   

  6.Эмоциональная  вовлеченность  без    секса.

Отношения  строятся  на  взаимном  эмоциональном  притяжении  друг  к  другу,  защите  от  взаимных  сексуальных  притязаний,    цеплянии  друг  за  друга  и  отсутствии  сексуальных  контактов.  В  сознании    одного  или  обоих  партнеров  существует  расщепление  между  фасадной  идеальной,  романтической  частью  сексуальных  отношений  и  их  грязной,  недоступной,  низменной  составляющей.  Представители  такого  взгляда    утверждают,  что  их  семья  может  жить  и  прекрасно  обходиться    без  секса  и  их    отношения  и  без  него  полны,  насыщенны  и  интересны. 

Наиболее  часто  такие  отношения  наблюдаются:

-  у  партнеров,  предпочитающих  свободные  от  обязательств  верности  друг  другу  отношения,  основой  которых  служит  духовная  близость;

-  у  пожилых  пар  в  связи  с  естественным  угасанием  потребности  в  сексуальных  отношениях; 

-при  сексуальных  дисфункциях.

7.Садомазохистические  взаимоотношения  выбирают  лица,  глубоко  убежденные  в  своей  эмоциональной  холодности.  Они  находят  друг  друга  из  всего  богатства  выбора  по  внутренней  убежденности  в  собственной  неспособности  полноценно  переживать  чувства  или  уверенности  в  узости  и  незначительности  диапазона  имеющихся  у  них  эмоций.  Первоначально  возникающее  увлечение  друг  другом  сменяется  разрядкой  сексуального  напряжения.  Ощущение  эмоционального  и  физического  напряжения  от  возможной  близости  с  объектом  сексуальной  привязанности  и  характерная  для  таких  контактов  тревога  увеличивают  ценность  разрядки.  Расширение  диапазона  и  количества  возникающих  эмоций  совпадает  с  пиком  физической  боли.  Один  из  наблюдаемых  нами  клиентов  заявлял:  «Я  могу  разрядиться  от  напряжения  только  тогда,  когда  секс  сочетается  с  болью». 

Работая  с  такими  клиентами,  мы,  вопреки  встречающимся  в  литературе  данным,  пришли  к  заключению,  что  садист  и  мазохист  –  это  парные,  взаимозаменяемые  роли.  Мазохист  в  сексуальных  отношениях    отыгрывает  свою  агрессию  в  других  сферах  активности  и,  наоборот,  агрессивно,  жестко,  а  порой  брутально  ведущий  себя  садист  в  отношениях,  например,  с  женой,  родственниками  и  коллегами  проявляет  спокойствие,  доброжелательность,  гибкость,  мягкость  и  нежность.

  8.Враждебная  зависимость  –  вариант  отношений,  противоречащий  известной  пословице  «Милые  бранятся  -  только  тешатся».  Речь  идет  о  проявлениях  жесткой  обоюдной  агрессии,  реализуемой  в  постоянных  конфликтах,  физических  баталиях  и  сражениях,  результатом  которых  является  не  разрыв  отношений,  а  продолжение  устраивающего  партнеров  совместного  проживания  и  общения.  Супруги  остаются  вместе  потому,  что  крайне  нуждаются  друг  в  друге. 

Получаемая  ими  психологическая  выгода  заключается  в  потребности  иметь  объект  для  проективного  отыгрывания  (проекции  своих  отрицательных  качеств  на  другого,  например  обвинения  его  в  собственных  недостатках).

Вместо  того,  чтобы  разбираться  со  своей  депрессией,    печалью,  гневом,  осознанием  собственного  несовершенства,  несостоятельности  партнера,  негативными  чувствами  и  пр.,  проще  и  легче  спроецировать  их  на  объект    привязанности.

В  ходе  беседы  и  сбора  анамнеза  мы  наблюдали  следующие  закономерности:

-  чем  более  отрицательными    были  родительские  фигуры  в  детстве,  тем  большей  была  потребность  в  наличии  объекта  для  отрицательной  проекции  во  взрослом  периоде  жизни; 

-чем  враждебнее  вели  себя  родители  в  детстве,  тем  в  большем  объеме  отыгрывалось  агрессивное  поведение  во  взрослой  жизни.

Многочисленные  драки,  побои  и  телесные  повреждения  заканчиваются  в  таких  парах  сладким  примирением  в  виде  полноценного  секса.  Враждебность  отношений  не  влияет  ни  на  количество,  ни  на  качество  секса.  Более  того,  в  таких  драчливых  парах  импотенция  и  фригидность  регистрируются  значительно  реже,  по  сравнению  с  партнерами,  предпочитающими  другие  варианты  интимности. 

Конфликты,  ссоры  и  скандалы  воспринимаются  через  розовые  очки  романтизма  и  имеют  сходство  с  садо-мазохистическими  отношениями,  в  связи  с  созависимостью  и  снятием  сексуального  напряжения  посредством  сексуальных    контактов.   

У  женщин,  предпочитающих  такой  характер  отношений,  регистрируется  большое  количество  абортов,  как  последствий  проективного  отыгрывания  партнера  в  виде    физического  повреждения.

  Поскольку  такие  лица  не  имеют  в  личной  жизни  опыта    достойной,  полноценной  эмоциональной  близости  (родители  не  воспитали    и  не  обучили  их  навыкам  установления  гармоничных  эмоциональных  отношений),  психотерапия    враждебной  зависимости  строится  на  создании  эмоциональной  близости  со  специалистом.  Почувствовав  безопасность  и  возможность  установления  доброжелательных  и  добросердечных  отношений,  клиент  привносит  этот  новый  опыт  в  личные  взаимоотношения.

Встречаются  случаи  враждебной  зависимости  партнера  из  деструктивной  семьи  от  партнера  из  здоровой,  функциональной  семьи.  Согласно  нашим  наблюдениям,  динамика  и  исход  такого  «мезальянса»  зависит,  прежде  всего,  от  глубины  повреждения  личностной  идентичности.  Чем  выше  уровень  повреждения  и  дезинтеграции  идентичности,  тем  больше  степень  самоповреждающего  отыгрывания,  например,  в  аддиктивном  агенте.  Один  из  обратившихся  к  нам  клиентов  (мужчина  средних  лет,  злоупотребляющий  алкоголем  и  женившийся  на  «достойной  во  всех  отношениях  девушке  из  хорошей  семьи»)  сказал,  что  «вместо    жены  он  дубасит  себя».  Рискованное  автовождение,  стритрейсинг,  дайвинг  и  другие  экстремальные  виды  спорта,  свойственные  лицам  с  таким  вариантом  интимности,  подтверждают  наши  наблюдения.

  Мы  считаем,  что  одним  из  видов  аутоагрессии,  наиболее  часто  встречающихся  у  субмиссивных  (подчиняющихся,  пытающихся  занять  во  взаимоотношениях  «пристройку  снизу»)  женщин,    является  запрет  на  проявление  себя,  на  демонстрацию  негативных  чувств,  мыслей  и  паттернов  поведения.  В  результате    «бытовой  аутоагрессии»  появляется  скука.  Женщина,  в  особенности  не  обремененная  необходимостью  зарабатывать  деньги,    начинает  скучать,  т.к.  не  может  дать  себе  разрешение  проявить  себя.  Мы  называем  такой  вариант  неполной  блокированной  интимности  аутоагрессивным  проективным  бытовым  отыгрыванием,  проявляемым  в  виде  «немотивированного»  внезапно  возникающего  гнева  с  яростной  брутальностью,  когда  спокойная,  адекватно  ведущая  себя  женщина  вдруг  начинает  бить  посуду,  ломать  мебель,  набрасываться  с  кулаками  на  окружающих.

Представляет  несомненный  интерес  проанализированный  нами  ранее  теоретический  аспект  психоаналитических  механизмов  выбора  брачного  партнера  [1].    С  практическим  аспектом  индивидуальных  предпочтений  мы  неоднократно  сталкивались  во  время  проведения  тренингов,  когда  из  всего  богатства  выбора  (например,  наличия  в  группе  двадцати  привлекательных  женщин)  мужчина,  не  обращая    внимания  на  девятнадцать  участниц,  выбирает  двадцатую,  не  скрывающую  а,  порой  явно  демонстрирующую  свое  нежелание  общаться  с  ним,  руководствуясь  принципом:  «Я  точно  знаю,  кто  сыграет  со  мной  в  мои  игры».      Партнеры  с  враждебной  зависимостью  подходят  друг  другу  как  ключ  к  замку.    Проводя  экспериментальное  исследование  по  изучению  сексуальной  идентичности,  мы  наблюдали  две  супружеские  пары,  сложившиеся  во  время  обучения  в  школе  и  по  истечению  длительных  брачных  отношений  выбравших  свингерство  как  средство  расширения  диапазона  сексуальных  предпочтений.  Их  высказывания  были  практически  идентичными:  «Мы  знаем  друг  друга  со  школы,  чувствуем  принадлежность  друг  к  другу,    давно  знаем  друг  друга  и  можем  договориться  о  чем  угодно».

Обобщая  результаты  проведенного  нами  исследования,  следует  заключить,  что  использование  в  теоретической  и  практической  работе  разработанной  нами  рабочей  классификация  типов  привязанности,  алгоритма  их  психодиагностики,  характеристики  типов  привязанности    в  зависимости  от  жизненной  позиции,    авторских    определений  привязанности,  интимности  и  классификации  видов  блокированной  интимности  доказало  свою  эффективность. 

 

Список  литературы:

1.Короленко  Ц.П.,  Дмитриева  Н.В.Психоанализ  и  психиатрия:  Монография.-  Новосибирск:  Изд.НГПУ,  2003.-667с.

2.Психология  привязанности  и  ранних  отношений:  Тексты  /Сост.и  перевод  с  англ.  М.Л.Мельниковой;  Под  ред.С.Ф.Сироткина.  Ижевск:НИПЦ,  «ERGO»,  2005.362с.

3.Bowlby  J.  The  nature  of  child’s  tie  to  his  mother  //  Int.J.Psychoanal.1958.Vol.39.P.350-373.

Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий