МАЛАЯ РОДИНА КАК ПРОСТРАНСТВО КУЛЬТУРНОЙ ПАМЯТИ: ОПЫТ КУЗБАССА

АННОТАЦИЯ

Цель статьи заключается в рассмотрении малой родины как пространства культурной памяти на материале Кемеровской области − Кузбасса. Методом исследования выступает аналитическое обобщение научных публикаций, посвященных патриотическому воспитанию, добровольчеству, школьным музеям, молодежным организациям и практикам сохранения исторической памяти в регионе. Результат исследования состоит в выявлении основных форм, через которые локальная память в Кузбассе закрепляется в социальной практике: школьные музеи, волонтерская помощь ветеранам, уход за памятными местами, поисковые объединения, вузовские и городские культурные инициативы. Выводы показывают, что малая родина в кузбасском опыте выступает не только территорией происхождения, а средой, где прошлое получает личный, общественный и культурный смысл через участие человека в жизни своего города и региона.

ABSTRACT

Background. The article examines the small homeland as a space of cultural memory based on the experience of Kemerovo Region − Kuzbass. Methods. The research is based on an analytical generalization of scientific publications devoted to patriotic education, volunteering, school museums, youth organizations and practices of preserving historical memory in the region. Result. The study identifies the main forms through which local memory in Kuzbass is fixed in social practice: school museums, volunteer assistance to veterans, care for memorial sites, search movements, university and urban cultural initiatives. Conclusion. The small homeland in the Kuzbass experience appears not only as a territory of origin, but also as an environment where the past acquires personal, public and cultural meaning through participation in the life of the city and region.

Ключевые слова: малая родина; культурная память; Кузбасс; патриотическое воспитание; добровольчество; локальная идентичность; школьный музей.

Keywords: small homeland; cultural memory; Kuzbass; patriotic education; volunteering; local identity; school museum.

Уход за памятником в небольшом городе, школьная экспозиция о земляках, встреча студентов с ветеранами, участие в городском празднике или помощь пожилым людям часто рассматриваются как отдельные воспитательные мероприятия. На материале Кузбасса эти практики позволяют увидеть более сложный процесс. Малая родина здесь проявляется как пространство, где прошлое постоянно переводится в действие. Историческая память сохраняется не только в официальных текстах и памятных датах. Она закрепляется в знакомых местах, в маршрутах повседневной жизни, в школьных и вузовских инициативах, в заботе о людях и объектах, связанных с историей региона.

Для понимания этой логики важно рассматривать малую родину как культурно освоенное пространство. В исследованиях гражданско-патриотического воспитания И. Я. Мурзина подчеркивает, что путь формирования культурной идентичности связан с последовательным освоением ближних пространств, а именно дом, населенный пункт, регион, страна [7, с. 145-146]. Дом в этом случае выступает не только бытовым местом проживания. Он становится первым опытом защищенности, принадлежности и связи с близкими людьми. Позднее этот круг расширяется до города, поселка, региона, а затем до представления о стране. Малая родина оказывается промежуточным, но очень значимым уровнем между частной биографией и общегражданской идентичностью.

В материале, посвященном Кузбассу, такая связь особенно заметна через молодежные практики. В исследованиях о патриотизме студенческой молодежи фиксируется, что любовь к родному дому, городу и стране воспринимается респондентами как один из основных признаков патриотизма [3, с. 228]. При этом защита Родины понимается не только в военном смысле. Студенты связывают ее с трудом, образованием, творчеством, сохранением культурного наследия, помощью другим людям и охраной памятников [3, с. 231]. Патриотическое чувство в региональном опыте получает конкретное содержание через повседневные действия, в котором человек ощущает связь с Родиной через участие в жизни близкой территории.

Одним из наиболее устойчивых механизмов такой памяти выступает добровольчество. В. Е. Неволина отмечает, что волонтерская деятельность рассматривается как форма патриотического и гражданского воспитания. Особенно показательны практики помощи ветеранам войны и труда. Молодые люди помогают пожилым людям по хозяйству, покупают продукты, поздравляют с праздниками, оказывают бытовую поддержку [1, с. 154]. Внешне это может выглядеть как социальная помощь, но по смыслу такая деятельность шире. При личной встрече с ветераном история перестает быть абстрактным рассказом из учебника: она получает лицо, голос, домашнюю обстановку, конкретный адрес. С помощью этого возникает межпоколенческая связь, без которой культурная память легко превращается в просто формальную дату.

Сходную функцию выполняет уход за памятниками, местами захоронений и мемориальными объектами. Волонтеры приводят в порядок памятные места, ухаживают за клумбами, участвуют в благоустройстве территорий, связанных с военной историей [1, с. 154]. Пространство города или поселка воспринимается как свое именно тогда, когда человек вкладывает в него труд. Памятник в этом случае становится частью локального опыта, потому что его сохранение зависит от действий местных жителей.

Кузбасс отличается разветвленной системой организаций, через которые поддерживается работа с локальной памятью. Исследователи указывают на наличие в Кемеровской области официально зарегистрированных патриотических организаций, отделений общероссийских движений, структур ДОСААФ, «Юнармии», поисковых отрядов, военно-исторических клубов, ветеранских и молодежных объединений. Значительная часть этой деятельности связана с военной историей, но ею не исчерпывается. В регионе действуют объединения, работающие с культурными, просветительскими, экологическими и социальными инициативами [6, с. 58]. Благодаря этому малая родина предстает как пространство разных форм памяти: военной, трудовой, семейной, городской, краеведческой.

Особого внимания заслуживают школьные музеи. По данным, приведенным в исследовании молодежных патриотических организаций, в федеральном реестре для Кемеровской области указаны 51 школьный музей, тогда как местные информационные ресурсы ранее называли значительно большее число − 431 школьный музей. Само расхождение показывает, что часть локальной памяти существует в формах, которые не всегда полностью отражаются в официальной отчетности. Школьный музей часто создается силами учеников, педагогов и родителей. Его экспозиции посвящаются краеведению, Великой Отечественной войне, локальным конфликтам, биографиям земляков [6, с. 58]. В такой ситуации музей работает как место собирания локального знания. Через фотографии, документы, вещи, рассказы родственников школьник получает возможность увидеть историю региона как часть собственной среды.

В вузовской среде Кузбасса близкую функцию выполняют волонтерские центры и студенческие отряды. На примере Кемеровского государственного института культуры И. В. Москаленко и М. М. Шевцова показывают, что участие студентов в общественно полезных делах связано с формированием патриотических качеств личности [5, с. 240]. К таким практикам относятся акция «Снежный десант», помощь ветеранам, приведение в порядок памятников, участие во Всекузбасских субботниках, организация праздничных мероприятий для ветеранов и детей, поддержка людей с инвалидностью и приютов для животных [5, с. 240]. Эти формы различаются по содержанию, но объединены общей логикой, в которой студент включается в жизнь как участник конкретного дела.

Современное добровольчество в Кузбассе имеет значительный масштаб. В исследовании студенческой добровольческой активности Н. В. Нятина, Е. В. Головацкий и Н. Н. Григорик указывают, что добровольческое движение региона объединяет более 190 тыс. человек, а в 2022 г. с их участием было реализовано более тысячи проектов по 17 направлениям [2, с. 755-756]. Среди приоритетных направлений студенческой молодежи названы медиаволонтерство, добровольчество в сфере культуры и социальное волонтерство [2, с. 759]. Кроме того, исследователи фиксируют интерес молодежи к вопросам городского развития и благоустройства местной территории [2, с. 760]. Это означает, что малая родина воспринимается не только как наследуемый образ прошлого, она становится пространством, которое можно улучшать, описывать, представлять, очищать, сохранять и заново открывать для других.

При этом кузбасский опыт нельзя рассматривать как полностью беспроблемный. Д. А. Качусов и Д. А. Казанцев отмечают, что в Кемеровской области заметна высокая доля военно-спортивных и военно-исторических объединений [6, с. 59-60]. Такая направленность понятна для региона, где сильны традиции воинской памяти, поисковой работы и воспитания через дисциплину. Однако патриотическое воспитание в виде военно-спортивной подготовки должно дополняться другими направлениями, такими как историко-культурное, правовое, экологическое, краеведческое [6, с. 59-60]. Для культурной памяти важно привлекать к взаимодействию в их контексте и участников боевых действий, важен синтез. Малая родина богаче, чем набор торжественных ритуалов и соревнований. Она включает семейные истории, трудовую культуру, городской ландшафт, местные праздники, память о земляках, школьные и студенческие инициативы.

Еще одна трудность связана с формализацией участия. В исследовании представлений студентов о патриотизме подчеркивается, что мероприятия патриотической направленности оставляют отклик тогда, когда в них отсутствует формализм и они проводятся «с душой» [3, с. 230]. Память не удерживается механическим присутствием на мероприятии. Она возникает там, где человек понимает смысл действия, видит адресата помощи, узнает локальный сюжет, соотносит себя с конкретным местом. Поэтому наиболее продуктивными оказываются практики, в которых соединяются знание, личное участие и общественная польза: музейная работа, краеведение, помощь ветеранам, поисковые проекты, благоустройство памятных мест, культурные события и волонтерские инициативы.

Кузбасский опыт показывает, что малая родина может рассматриваться как многослойное пространство культурной памяти. Первый слой связан с освоением места: дом, улица, поселок, город и регион становятся носителями личного и коллективного смысла. Второй слой образуют институты и сообщества памяти: школьные музеи, поисковые отряды, молодежные организации, волонтерские центры, вузы, культурные учреждения. Третий слой складывается из повседневных действий: ухода за мемориалами, помощи ветеранам, участия в городских мероприятиях, сохранения локальных биографий и культурных объектов. В таком понимании малая родина не является уменьшенной копией «большой» Родины. Она становится первой средой, где человек учится видеть прошлое как часть собственной жизни и принимать ответственность за место, с которым себя связывает.

Список литературы:

1. Неволина В. Е. Роль волонтерских организаций в патриотическом воспитании молодежи Кузбасса // Русская политология. 2019. № 3 (12). С. 153-157.
2. Нятина Н. В., Головацкий Е. В., Григорик Н. Н. Добровольческая активность студенческой молодежи Кузбасса в условиях современного российского общества // Регионология. 2024. Т. 32, № 4. С. 749-767.
3. Картавцева А. П., Григорьева Н. В., Зябрева С. Э., Ткачева О. Н. Особенности представлений о патриотизме у студенческой молодежи в различных регионах Российской Федерации // Вестник Кемеровского государственного университета. Серия: Гуманитарные и общественные науки. 2025. Т. 9. № 2. С. 224-238.
4. Игонина Т. Б., Касаткина Н. Э., Красношлыкова О. Г. Теоретические аспекты организации гражданского воспитания учащейся молодежи на современном этапе развития общества // Вестник Кемеровского государственного университета культуры и искусств. 2011. № 16. С. 164-171.
5. Москаленко И. В., Шевцова М. М. Волонтерская деятельность в формировании патриотических качеств личности студента вуза культуры // Вестник Кемеровского государственного университета культуры и искусств. 2019. № 47. С. 237-245.
6. Качусов Д. А., Казанцев Д. А. Молодежные патриотические организации Новосибирской и Кемеровской областей: структурно-функциональный анализ // Развитие территорий. 2022. № 3. С. 54-62.
7. Мурзина И. Я. Гражданско-патриотическое воспитание: к вопросу о формировании культурной идентичности на основе национальных традиций // Педагогическое образование в России. 2017. № 5. С. 140-147.