Статья опубликована в рамках: XXIX Международной научно-практической конференции «В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии» (Россия, г. Новосибирск, 28 октября 2013 г.)

Наука: Культурология

Секция: Теория и история культуры

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции

Библиографическое описание:
МЕТОДЫ ИЗУЧЕНИЯ ПОРНОГРАФИЧЕСКОЙ ЗАВИСИМОСТИ // В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии: сб. ст. по матер. XXIX междунар. науч.-практ. конф. № 10(29). – Новосибирск: СибАК, 2013.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов
Статья опубликована в рамках:
 
Выходные данные сборника:

 

 

МЕТОДЫ  ИЗУЧЕНИЯ  ПОРНОГРАФИЧЕСКОЙ  ЗАВИСИМОСТИ

Еременко  Евгений  Дмитриевич

канд.  культурологии,  доцент  Санкт-Петербургского  Государственного  Университета  кино  и  телевидения,  г.  Санкт-Петербург

E-mail:  kl571@nm.ru

Прошкова  Зоя  Вячеславовна

канд.  социол.  наук,  старший  научный  сотрудник  Социологического  института  Российской  академии  наук,  г.  Санкт-Петербург

E-mail: 

 

METHODS  OF  STUDY  OF  PORN  ADDICTION

Evgeny  Eremenko

candidate  of  culturological  sciences,  associate  professor  of  Saint  Petersburg  State  University  of  Cinema  and  Television,  Saint  Petersburg

Zoya  Proshkova

candidate  of  sociological  sciences,  senior  research  scientist  of  The  Sociological  Institute  of  The  Russian  Academy  of  Sciences,  Saint  Petersburg

 

Статья  подготовлена  при  поддержке  РГНФ  по  проекту  13-06-00791,  РФФИ  по  проекту  13-06-00828.

 

АННОТАЦИЯ

В  статье  рассматривается  проблема  порнографической  зависимости.  Полем  исследования  выступает  современная  социо-культурная  среда  России.  Анализируется  соотношение  порномании  с  другими  химическими  и  нехимическими  аддикциями.  Предлагаемые  методы  изучения  порно-зависимости:  интервью,  биографический  текст,  «интернет-форум»,  автоэтнография.

ABSTRACT

The  article  examines  the  problem  of  porn  addiction.  The  question  is  studied  in  the  context  of  modern  Russian  socio-cultural  environment.  Porn  addiction  is  analyzed  in  relation  to  other  chemical  and  non-chemical  dependencies.  Proposed  methods  of  porn  addiction  study  are:  interview,  biographical  text,  “Internet  forum”,  autoethnography. 

 

Ключевые  слова:  социо-культурная  среда;  аддикция;  порнография;  порно-зависимость;  сексоголизм;  токсичный  аудивоизуальный  контент;  интервью;  биографический  текст;  «интернет-форум»;  автоэтнография.

Keywords:  socio-cultural  environment;  addiction;  pornography;  porn  addiction;  sexoholism;  toxic  audiovisual  contact;  interview;  biographical  text;  “Internet  forum”;  autoethnography. 

 

В  статье  представлены  материалы  исследования  «Порнография  как  токсичный  контент  в  формировании  сексуальной  зависимости».  Проект  носит  междисциплинарный  характер,  проблема  порно-аддикции  рассматривается  с  позиций  культурологии,  социологии,  психологии.

Важнейшие  принципы  культурологии  —  принцип  историзма  и  принцип  целостности  —  находятся  в  центре  проекта.  Рост  порнографии  (как  и  в  целом  эротизация  европоцентристских  обществ  конца  ХХ  —  начала  ХХI  веков)  —  проблемная  сторона  современной  культуры.  Традиционно  в  порнографии  видят  «плюсы»  и  «минусы».  К  «плюсам»  относят  сублимацию  сексуальных  комплексов  и  желаний  через  «безобидные»  приватные  фантазии  («нафантазировавшийся»  вволю  эротоман  не  станет  претворять  в  жизнь  асоциальные  модели  своих  грез).  На  фоне  этого  веского  аргумента  покажутся  ли  «незначительными»  отрицательные  показатели?  Это  снижение  возрастного  порога  вовлечения  людей  в  «порно-мир»,  количественный  и  «качественный»  рост  порно-контента,  упрощение  доступа  к  порно-ресурсам,  сближение  порно-индустрии,  проституции  и  криминала:  «…В  секс-бизнесе  люди  продают  необычный  товар  —  товаром  выступают  люди…  и  далеко  не  случайно  секс-бизнес  всегда  соседствует  с  проституцией  (в  том  числе  и  детской),  наркотиками,  садизмом  и  насилием  над  объектами  сексуальных  действий»  [1,  с.  99].  И  все  труднее  всерьез  говорить  о  такой  «тонкой»  области  —  для  которой  наиболее  «токсична»  порнография  —  о  душе  человека. 

Порнография  —  это  история  всех  цивилизаций.  Это  и  день  нынешний,  когда  рост  и  влияние  порно-контента  достигли  невиданных  прежде  масштабов.  Порнография  —  это  «здесь  и  сейчас»,  извлекать  ее  из  нынешнего  социо-культурного  контекста  невозможно.  В  российских  условиях  уделяется  этому  вопросу  недостаточно  внимания:  как  в  просветительской,  так  и  в  научной  сфере.  Относительно  свободен  в  «сексуальном  самовыражении»  современный  Художник.  Но  отечественные  опыты  такого  рода  до  сих  пор  получают  в  изобразительном  искусстве  крайне  противоречивую  общественную  оценку,  неизбежно  скатываясь  в  сферу  самопиара  и  скандалов  (особенно  это  касается  театра,  кино  и  телевидения).  Осмысление  подменяется  рекламой. 

Что  касается  порнографической  зависимости,  то  эта  сфера  приватной  жизни  россиян  и  вовсе  пока  не  вовлечена  в  широкий  культурный  дискурс.  Ее  относят  скорее  к  специфическому  полю  психотерапии,  в  то  время  как  вопрос  душевного  здоровья  —  это  и  важнейшая  сторона  гуманитарного  знания.  Порно-зависимость  является  одной  их  самых  социально  неприемлемых,  непонятных  и,  как  следствие,  наиболее  сложных  для  анализа.  При  этом  очевидно,  эта  форма  аддикции  широко  распространена  и  продолжает  расти  (особенно  в  мегаполисах,  где  процент  компьютеризации  населения  значительно  выше,  чем  в  периферийных  регионах).

Современные  нехимические  зависимости  нередко  подразделяют  на  «социально  приемлемые»  и  «социально  неприемлемые».  То  есть  способствующие  (хотя  бы  косвенно)  социальной  адаптации  человека,  или,  наоборот,  маргинализирующие  его.  В  отдельных  случаях  границы  между  нормативной  и  ненормативной  аддикциями  размыты.  К  числу  «приемлемых»  традиционно  относят  работоголизм,  «поощряющий»  в  человеке  стремление  к  достижению  новых  трудовых  результатов.  Массовая  телевизионная  зависимость  по-своему  выгодна  государству  («пусть  лучше  смотрят  «танцы  на  льду»,  нежели  собираются  на  «болотные  площади»»).  Даже  алкоголизм  —  в  российской  среде  —  вызывает  смешанную  реакцию,  в  которой  осуждение  пьянства  соседствует  с  архетипами  о  «традиционности»  русского  «пития»,  «нормальности»  алкоголизма  по  сравнению  с  наркозависимостью  и  т.  п.  К  числу  химических  зависимостей  за  последние  десять-пятнадцать  лет  добавились  и  нехимические  (например,  игромания).  «Средством»  для  их  развития  как  правило,  является  компьютер. 

Эмоциональная  реакция  на  работоголизм  —  это  чуть  ли  не  добродетель,  алкоголизм  —  сочувствие,  наркомания  —  страх.  Порномания  относится  к  разряду  постыдных,  неосознаваемых,  непризнаваемых  зависимостей.  Это  разновидность  сексоголизма  (который,  в  свою  очередь,  не  самая  «завидная»  форма  аддикции).  Сексоголики  нередко  пытаются  «рационализировать»  свою  страсть.  Делается  акцент  не  на  разбалансированной  сексуальности,  а  на  «гиперсексуальности».  Которая  —  опять-таки  в  стереотипном  восприятии  —  считается  поводом  для  бравады  и  дополнительной  «секс-приманкой».

В  основе  порно-зависимости  лежит  культ  похоти,  сексуального  вожделения.  В  отличие  от  сексоголиков,  реализующих  свои  фантазии  «на  практике»,  порноманы  —  «тихие  люди»  (если  позаимствовать  это  определение  из  эстетического  инструментария  Алексея  Балабанова).  На  первый  взгляд,  порномания  —  не  такая  уж  «вредная»  зависимость:  человек  ходит  на  работу,  не  совершает  сексуальных  домогательств.  Вообще,  неагрессивен,  комформен.  При  этом,  даже  будучи  «в  форме»,  порноман  всегда  «навеселе».  Такой  человек  —  сам,  если  можно  так  выразиться,  «ходячая  порнография».  Движущийся  «склад  секс-фантазий»,  которые  все  прибывают  и  прибывают,  становятся  все  изощреннее,  болезнее,  патологичнее.  Подобно  сексоголику-«практику»,  порноман  рационализирует  свою  зависимость:  он  примерный  семьянин  (так  видится  со  стороны),  примерный  работник  (до  тех  пор,  пока  ухитряется  «держать  себя  в  руках»  и  не  «погореть»  за  просмотром  порно  на  рабочем  месте).  Порномания,  «пущенная  на  самотек»,  способна  только  к  прогрессии  и  неизбежно  приводит  к  распаду:  по  крайней  мере,  душевному  распаду  личности.

За  рубежом  (в  Европе  и  США)  уже  с  середины  1980-х  годов  сформировалось  спокойное  и  понимающее  отношение  к  порномании  как  разновидности  нехимических  зависимостей.  Эта  аддикция  изучается  и  лечится  посредством  индивидуальных  психотерапевтических  методик,  а  также  при  содействии  анонимных  сообществ  (АС  —  Анонимные  Сексоголики).  Поле  для  изучения  порномании  в  России  и  СНГ  достаточно  широко.  Наиболее  эффективный,  информативный  материал  может  быть  получен  на  основе  деятельности  АС,  группы  которых  существуют  во  всех  крупных  городах  России  и  СНГ.  Эти  люди  —  внутри  проблемы.  Есть  одно  «но»:  это  закрытая  тема,  не  выходящая  за  пределы  сообщества  (одно  из  условий  участия  в  АС).  Анонимные  сексоголики  принципиально  не  желают  становиться  объектом  научного  анализа.  Это  наиболее  «закрытая»  группа  анонимных  зависимых  (исключение  —  открытые  сетевые  материалы  АС).  Будем  надеяться,  что  когда-нибудь  АС  поменяет  свою  позицию  в  отношении  научных  разработок,  и  мы  получим  сильную  исследовательскую  базу. 

В  изучении  социальной  стороны  порномании  используются  по  преимуществу  социологические  методы  (очень  избирательно).  Например,  репрезентативные  опросы  чаще  всего  не  подходят.  Прямые  («лобовые»)  вопросы  закрытого  типа  даже  в  анонимных  анкетах  смущают  людей.  Поиск  альтернатив  для  таких  вопросов  сложен  для  исследователя.  Открытые  вопросы  в  рефлексивных  методологиях,  рассчитанных  на  массового  респондента,  не  эффективны.  Респонденты  обычно  пропускают  такие  вопросы  или  отвечают  на  них  формально,  следуя  парадигме  в  целом  стандартизованной  анкеты. 

Более  «тонкие»  вопросы  годятся  для  интервью.  В  доверительной  обстановке  возможно  глубинное  интервью,  в  котором  респондент  способен  поделиться  достаточно  интимными,  личностными  суждениями.  Таким  способом  изучается  сексуальность  —  нормативная  и  девиантная,  но  далеко  не  всегда  метод  срабатывает  в  анализе  порно-зависимости.  Очень  труден  доступ  к  информантам.  Даже  получив  его,  все  равно  не  удается  взять  хорошее  интервью.  Информанты  или  сразу  отказываются  обсуждать  свою  проблему,  или  разными  способами  уходят  от  ответов.  Все,  что  пока  удалось  достичь  методом  интервью  —  это  договоренность  о  письменном  общении  с  человеком.

Поэтому  весьма  эффективен  сбор  биографических  текстов  (например,  сочинений).  Порнозависимые  гораздо  охотнее  описывают  свою  ситуацию,  нежели  говорят  о  ней.  Некоторое  количество  анонимных  текстов-исповедей  —  российских  и  зарубежных  авторов  —  можно  обнаружить  в  Интернете.  Как  мы  уже  сказали,  даже  при  согласии  на  интервью  информанты  предпочитают  не  отвечать  на  вопросы,  а  отправлять  письмо  за  письмом  на  электронную  почту  исследователя  —  получается  даже  не  электронное  интервью,  а  интервью  в  формате  «поэтапного  сочинения»  биографического  типа. 

Авторские  тексты  анонимных  сексоголиков  —  один  из  основных  эмпирических  материалов  исследования.  Правда,  использование  даже  полностью  анонимных  и  анонимизированных  сочинений  постоянно  сопровождается  сомнениями  со  стороны  исследователей  —  насколько  этично  ссылаться  на  такую  информацию.  Но  такой  вопрос  —  спутник  всего  проекта. 

Хорошо  зарекомендовал  себя  метод  «Интернет-форум»  [4]  в  анализе  порнографических  пристрастий.  Речь  идет  об  организации  и  изучении  дискуссий  по  изучаемой  проблеме  в  сети.  Метод  напоминает  виртуальную  фокус-группу,  но  без  модератора.  Как  правило,  выясняется,  в  Интернете  есть  целый  ряд  соответствующих  тематике  исследований  сайтов,  и  специальной  организации  не  требуется.  Что  касается  спонтанных  форумов  сексоголиков,  то  такие  информационные  массивы  есть,  хотя  их  и  не  так  много.  Исследователи  почти  не  участвовали  в  обсуждениях,  достаточно  прочтения  и  анализа  высказываний  участников  форума. 

Мы  обнаружили  два  основных  типа  «форумной  информации»  (оба  —  анонимные):  1.  Обсуждение  проблемы  людьми,  осознающими  свое  болезненное  пристрастие,  признающими  себя  порнозависимыми.  Это  поиск  способов  выздоровления  и  поддержки  со  стороны  собеседников,  это  возможность  разрядить  тяжелое  эмоциональное  напряжение  через  общение  с  «себе  подобными».  Такие  тексты,  безусловно,  полезный  эмпирический  материал  для  исследования.  2.  Форумы,  названия  которых  имитируют  анти-порнографическую  направленность,  а  по  сути,  являются  проводниками  порно-  и  секс-общения.  Подобный  материал  используется  в  проекте:  скорее,  для  оценки  специфики  самого  явления,  его  масштабов  и  прогрессии  [3]. 

В  изучении  порнозависимости  особую  роль  играет  метод  автоэтнографии:  самонаблюдение,  самоанализ  (разновидность  биографического  подхода).  Слабой  стороной  автобиографического  метода,  естественно,  является  субъективность,  мешающая  исследователю  «отстраненно»  оценивать  свою  работу.  Среди  «плюсов»  —  идентификация,  полное  погружение  в  материал  [2].  А  также  достижение  лучшего  понимания  изучаемой  социально-культурной  реальности.

Автоэтнография  в  изучении  порномании,  на  сегодняшний  день  представляется  одним  из  основных  методов  подобного  рода  проектов.  Это  особенно  очевидно  в  условиях,  где  минимален  процент  откровенных  сторонних  суждений,  где  практически  стопроцента  анонимность  немногочисленных  биографических  сочинений.

«Исследователь-автоэтнограф»  не  вправе  утверждать,  что  он  «победил  болезнь».  Он  постоянно  признает,  что  болен.  Что  до  конца  жизни  —  он  «внутри»  болезни  и  внутри  своего  исследования.  Что  всякое  упоминание  «выздоровления»  чревато  прямо  противоположным  (срывом  в  болезнь).  Исследователь  —  сам  и  есть  «болезнь».  Болезнь,  идентифицирующая  себя.  Это  один  из  самых  сложных  вариантов  актуализации  «исследователя  в  исследовании»,  но  необходимых  для  глубинного  понимания  изучаемой  проблемы. 

Предлагаемые  исследовательские  подходы  нуждаются  в  уточнениях:  в  процессе  их  апробации  появятся  более  конкретные  выводы.  Изучение  порно-зависимости  (как  части  более  глобальной  аддикции  —  сексоголизма)  в  России  находится  в  стадии  формирования.  Эмпирика  постоянно  соседствует  с  изучением  научных  работ  по  данной  проблеме  (с  опорой  как  на  отечественные  публикации  —  их  немного  —  так  и  на  более  многочисленные  зарубежные  источники). 

 

Список  литературы:

1.Воронина  О.  Проблемы  эротики  и  порнографии  в  СМИ/  Женщина  и  визуальные  знаки/  Под  ред.  А.  Альчук.  М.:  Идея-Пресс,  2000.  —  С.  87—106.

2.Готлиб  А.С.  Автоэтнография  (разговор  с  самой  собой  в  двух  регистрах.  —  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL:  http://ecsocman.hse.ru/data/2012/03/29/1272254118/Gotlib_1.pdf

3.Еременко  Е.Д.  Порно  как  токсичный  контент  /  Studia  Culturae.  СПб.,  —  2013.  —  №  15.  —  С.  75—81. 

4.Прошкова  З.В.  «Интернет-форум»  о  дошкольном  образовании/  Актуальные  вопросы  общественных  наук.  Новосибирск:  НГУ.  —  2013.  [Электронный  ресурс]  —  Режим  доступа.  —  URL:  http://www.sibac.info/10519

Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий