ПЕРЕЕЗД ИЗ ГОРОДА В ДЕРЕВНЮ КАК ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ ВЫБОР ЛИЧНОСТИ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ФЕНОМЕНА ДОБРОВОЛЬНОЙ ДЕЗУРБАНИЗАЦИИ

RELOCATION FROM CITY TO COUNTRYSIDE AS AN EXISTENTIAL CHOICE OF PERSONALITY: THEORETICAL ANALYSIS OF THE VOLUNTARY DEURBANIZATION PHENOMENON

Koroteeva Oksana Vladimirovna

Applicant, Saint Petersburg State University,

Russia, Saint Petersburg

АННОТАЦИЯ

В статье рассматривается феномен добровольной дезурбанизации — осознанного переезда горожан в сельскую местность с последующим переходом к земледелию и традиционному укладу жизни — как психологический феномен, требующий теоретического осмысления в рамках психологии личности. Показано, что переезд из города в деревню представляет собой особую форму экзистенциального выбора, сопряжённого с трансформацией жизненного сценария, перестройкой системы смысложизненных ориентаций и радикальным изменением повседневности. Феномен анализируется в координатах концепций самоизменения личности, пограничных жизненных ситуаций и жизнетворчества. Обосновывается, что земледелие и уход за животными выступают не просто сменой занятости, но практиками возвращения к телесности, обретения смысла и конституирования новой идентичности.

ABSTRACT

The article examines the phenomenon of voluntary deurbanization — the conscious relocation of urban residents to rural areas with a subsequent transition to farming and a traditional way of life — as a psychological phenomenon requiring theoretical understanding within personality psychology. It is shown that moving from the city to the countryside represents a special form of existential choice, associated with the transformation of a life script, restructuring of the system of life-meaning orientations, and a radical change in everyday life. The phenomenon is analyzed within the framework of concepts of personal self-change, borderline life situations, and life creation. It is argued that farming and animal husbandry serve not merely as a change of occupation, but as practices of returning to embodiment, finding meaning, and constituting a new identity.

Ключевые слова: экзистенциальный выбор, дезурбанизация, самоизменение личности, жизненный сценарий, повседневность, смысложизненные ориентации, пограничная ситуация, жизнетворчество.

Keywords: existential choice, deurbanization, personal self-change, life script, everyday life, life-meaning orientations, borderline situation, life creation.

Введение

В последние годы в России и других постиндустриальных странах фиксируется устойчивый тренд добровольной дезурбанизации: всё больше горожан принимают осознанное решение переехать в сельскую местность, освоить земледелие, завести животных и кардинально изменить свой образ жизни. По данным Росстата, миграционный отток из городов в сёла среди россиян 25–34 лет вырос в 2023–2024 годах на 18% по сравнению с допандемийным периодом, а число самозанятых в агросекторе среди граждан до 35 лет увеличилось в 2024 году на 34% [9]. Исследования НАФИ (2024) фиксируют, что 87% городской молодёжи готовы рассмотреть переезд в сельскую местность при наличии условий для самореализации [8].

Вместе с тем данный феномен остаётся практически неисследованным в психологическом измерении. Существующие работы рассматривают дезурбанизацию преимущественно в социологическом (О.Я. Виноградская, 2018, 2019) или экономическом ключе, оставляя в стороне вопросы психологических механизмов принятия подобного решения, трансформации идентичности и личностных изменений, сопровождающих смену уклада жизни. Настоящая статья восполняет этот пробел, предлагая теоретический анализ добровольной дезурбанизации как психологического феномена с позиций экзистенциальной психологии личности.

Цель статьи — обосновать теоретическую модель, описывающую переезд из города в деревню как экзистенциальный выбор личности, сопряжённый с процессами самоизменения, трансформации жизненного сценария и конституирования новой повседневной идентичности.

1. Дезурбанизация как пограничная жизненная ситуация

В современной психологии личности ключевым понятием для описания ситуаций, нарушающих устойчивость привычного существования и требующих поиска новых жизненных смыслов, является понятие пограничной жизненной ситуации (Н.В. Гришина, 2018). Пограничная ситуация характеризуется тем, что прежние стратегии поведения и интерпретации опыта утрачивают эффективность, а человек оказывается перед необходимостью переосмыслить своё существование [4, с. 47].

Переезд из города в деревню в полной мере отвечает критериям пограничной ситуации. Во-первых, он разрывает привычную структуру повседневности: изменяется режим дня, социальное окружение, система потребления, пространство обитания. Во-вторых, он ставит человека перед экзистенциальными вопросами: «Кто я вне городских ролей и статусов?», «Каков смысл моей деятельности?», «Как выстроить жизнь, опираясь на собственные ценности?». В-третьих, он требует активного самоизменения — освоения новых практик, знаний, физических навыков, перестройки системы отношений с миром.

Важно подчеркнуть, что в отличие от вынужденных пограничных ситуаций (утрата работы, болезнь, разрыв отношений), добровольная дезурбанизация является инициированной пограничной ситуацией. Это означает, что человек сознательно создаёт для себя условия неопределённости и вызова, что само по себе является показателем высокого уровня экзистенциальной зрелости и готовности к самоизменению.

2. Экзистенциальный выбор и трансформация жизненного сценария

В экзистенциальной психологии понятие выбора занимает центральное место. Согласно И. Ялому, экзистенциальный выбор — это не рядовое ситуативное решение, а акт самосозидания, в котором человек определяет своё отношение к базовым данностям бытия: свободе, ответственности, смыслу и конечности жизни [11, с. 155]. Переезд из города в деревню, особенно сопряжённый с отказом от карьеры, привычного социального статуса и городских удобств, обнаруживает все признаки экзистенциального выбора.

С точки зрения концепции жизненного сценария (Н.В. Гришина, 2014; С.Н. Костромина, 2022), такой переезд означает радикальный разрыв с прежним сценарием и создание нового. Жизненный сценарий понимается как относительно устойчивый паттерн организации жизненного пути, включающий систему целей, ценностей, ожиданий и представлений о себе [3]. Городской житель, решившийся на переезд, фактически отвергает один сценарий («успешная карьера, потребление, городская жизнь») и конструирует другой — «близость к природе, самодостаточность, аутентичное бытие».

Исследования Виноградской (2019) показывают, что переселенцев из города в деревню можно разделить на две принципиально разные группы по механизму экзистенциального выбора [2, с. 160]. Первая группа — «выталкиваемые» городом: люди, для которых переезд является реакцией на усиливающееся экзистенциальное неблагополучие в городской среде (бессмысленность работы, тревога, отчуждение). Вторая группа — «притягиваемые» деревней: люди с позитивной мотивацией, сформировавшейся ценностной ориентацией на близость к природе, ручной труд и традиционный уклад. С точки зрения психологии личности, вторая группа демонстрирует более высокий уровень самодетерминации, поскольку их выбор является проактивным, а не реактивным.

Принципиально важно, что экзистенциальный выбор в пользу деревенского уклада предполагает принятие ответственности за последствия этого выбора — экономических трудностей, социальной изоляции, физических нагрузок. В терминах логотерапии В. Франкла, такая готовность к трудностям ради избранного смысла является признаком подлинного, а не «невротического» выбора [10, с. 63].

3. Земледелие и уход за животными как практики смыслообразования

Особую психологическую значимость в феномене дезурбанизации имеет переход к физическому труду — земледелию, огородничеству, уходу за животными. С позиций феноменологической психологии, ручной производительный труд обладает рядом свойств, которые принципиально отличают его от большинства форм городской занятости.

Во-первых, это непосредственная обратная связь: результат труда виден, осязаем, измерим. Выращенный урожай или рождённый телёнок — это очевидный продукт деятельности, создающий ощущение компетентности и эффективности (в терминах А. Бандуры). В условиях постиндустриального города, где труд нередко абстрактен и его результаты опосредованы, такая прозрачность причинно-следственных связей обладает мощным психотерапевтическим потенциалом.

Во-вторых, сельскохозяйственный труд предполагает включённость в природные циклы: смену сезонов, суточный ритм, зависимость от погоды. Это создаёт особое переживание времени — не как абстрактного ресурса, подлежащего оптимизации, а как живого, циклического процесса. В экзистенциальной психологии такое переживание времени связывается с ощущением укоренённости и подлинности существования [5, с. 112].

В-третьих, уход за животными вводит человека в отношения заботы и ответственности. Животное, нуждающееся в регулярном уходе, формирует у человека стабильную структуру обязательств, что является известным фактором психологического благополучия (М. Селигман). Кроме того, отношения с животными предоставляют особый вид межвидовой привязанности, изученной в рамках антропозоологии и зоопсихологии [1, с. 34].

Таким образом, земледелие и животноводство следует рассматривать не просто как новый вид занятости, но как практики смыслообразования — способы конституирования значимого жизненного пространства через телесно-практическое взаимодействие с миром.

4. Самоизменение личности и новая повседневная идентичность

Переезд в деревню неизбежно запускает глубокий процесс самоизменения личности. В рамках концепции С.Н. Костроминой, самоизменение понимается как целенаправленная внутренняя работа по реорганизации психологических структур — ценностей, смыслов, привычных паттернов поведения и самовосприятия [7, с. 248]. Это не просто адаптация к новым условиям, но активное со-конструирование себя в новом жизненном контексте.

Можно выделить несколько ключевых измерений самоизменения в ситуации дезурбанизации. Идентичностное измерение: человек переопределяет себя, отказываясь от городских ролевых идентичностей («менеджер», «горожанин», «потребитель») и осваивая новые («фермер», «хозяин», «деревенский житель»). Ценностное измерение: перестраивается иерархия ценностей — на первый план выходят самодостаточность, близость к природе, семья, физическое здоровье. Темпоральное измерение: меняется переживание времени и его структурирование.

Особую роль в процессе самоизменения играет понятие повседневности. В психологии повседневности (Н.В. Гришина, Н.Л. Москвичева) подчёркивается, что именно структура ежедневных практик, привычек и рутин является основой стабильности идентичности [6]. Переезд в деревню разрушает прежнюю повседневность целиком и требует выстраивания новой — что само по себе является мощным катализатором личностной трансформации. В этом смысле деревенский уклад создаёт новую повседневную идентичность — укоренённую в конкретных практиках, пространстве и ритме жизни.

Заключение

Проведённый теоретический анализ позволяет сформулировать следующие выводы. Феномен добровольной дезурбанизации представляет собой малоизученный, но актуальный объект психологии личности, совмещающий в себе черты пограничной жизненной ситуации, экзистенциального выбора и процесса самоизменения. Переезд из города в деревню является не бегством от цивилизации, а активным жизнетворчеством — конструированием аутентичного жизненного пространства на основе осознанных ценностей.

Земледелие и уход за животными в данном контексте выступают не просто новыми видами занятости, но практиками смыслообразования, возвращения к телесности и конституирования новой повседневной идентичности. Переезд в деревню закономерно влечёт за собой глубокое самоизменение личности — трансформацию идентичности, ценностной иерархии и переживания времени.

Представленная теоретическая модель открывает перспективы для эмпирических исследований: изучения нарративов переехавших горожан методами феноменологического интервью, сравнительного анализа смысложизненных ориентаций до и после переезда, а также исследования факторов успешности и неуспешности личностной адаптации к новому укладу жизни.

Список литературы:

1. Березина Т.Н. Психология взаимодействия человека и животных: учеб. пособие. – М.: МГППУ, 2012. – 184 с.
2. Виноградская О.Я. От-чего горожане едут в деревню: феноменология и практика // Мир России. – 2019. – Т. 28, № 2. – С. 155–176.
3. Гришина Н.В. Жизненные сценарии: нормативность и индивидуализация // Психологические исследования. – 2011. – Т. 4, № 17. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL: https://psystudy.ru/index.php/num/article/view/684 (дата обращения: 17.04.2026).
4. Гришина Н.В. Психология жизненных ситуаций. – СПб.: Питер, 2018. – 360 с.
5. Гришина Н.В. Экзистенциальная психология. – СПб.: Изд-во СПбГУ, 2020. – 296 с.
6. Гришина Н.В., Москвичева Н.Л. Психология повседневности: методологические и теоретические подходы // Психологические исследования. – 2015. – Т. 8, № 42. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL: http://psystudy.ru (дата обращения: 17.04.2026).
7. Костромина С.Н. Самоизменение человека: ресурсы и процессы // Вестник СПбГУ. Психология. – 2022. – Т. 12, № 3. – С. 245–260.
8. НАФИ. Исследование готовности городской молодёжи к переезду в сельскую местность / [Электронный ресурс]. – М., 2024. – Режим доступа: URL: https://nafi.ru (дата обращения: 17.04.2026).
9. Росстат. Итоги миграционного движения населения / [Электронный ресурс]. – М., 2024. – Режим доступа: URL: https://rosstat.gov.ru (дата обращения: 17.04.2026).
10. Франкл В. Человек в поисках смысла / пер. с англ. и нем. – М.: Прогресс, 1990. – 368 с.
11. Ялом И. Экзистенциальная психотерапия / пер. с англ. Т. Драбкиной. – М.: Класс, 1999. – 576 с.