ДИНАМИКА ЭМОЦИОНАЛЬНЫХ СОСТОЯНИЙ КЛИЕНТОВ С ПОВЫШЕННОЙ ТРЕВОЖНОСТЬЮ В ПРОЦЕССЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО СОПРОВОЖДЕНИЯ

АННОТАЦИЯ

Данная статья посвящена анализу изменений эмоциональных состояний у клиентов с повышенной ситуативной и/или личностной тревожностью в процессе психологического сопровождения. В качестве теоретической основы использовано представление об эмоциональном состоянии как о сложном образовании, в котором переплетаются переживание, телесная реакция, способы интерпретации ситуации и особенности поведения. Эмпирический материал составили данные 20 клиентов, проходивших индивидуальное сопровождение в онлайн-формате. Для оценки динамики применялись шкала тревожности Спилбергера-Ханина, опросник САН и методика оценки нервно-психической устойчивости (НПУ). Сопоставление первичных и повторных результатов показало снижение ситуативной и личностной тревожности, а также улучшение показателей самочувствия, активности, настроения и нервно-психической устойчивости. Это дает основание рассматривать интегративное психологическое сопровождение как действенный формат психокоррекции эмоционального неблагополучия у клиентов тревожного профиля.

ABSTRACT

The paper analyses how the emotional states of clients with elevated state and/or trait anxiety change during psychological support. The study treats emotional states as multi-layered phenomena that combine subjective experience, cognition, bodily tension and behavioural regulation. The empirical sample included 20 clients receiving individual online support. Changes were assessed with the Spielberger–Hanin State-Trait Anxiety Inventory, the SAN questionnaire and a measure of neuropsychic stability. The findings indicate a reduction in both state and trait anxiety together with better well-being, activity, mood and neuropsychic stability after the corrective work. These results support the view that integrative psychological support may serve as an effective format for correcting emotional maladjustment in anxious clients.

Ключевые слова: эмоциональные состояния; тревожность; психологическое сопровождение; психокоррекция; когнитивно-поведенческая терапия; саморегуляция.

Keywords: emotional states; anxiety; psychological support; psychological correction; cognitive behavioural therapy; self-regulation.

В современной консультативной практике все отчетливее проявляется одна и та же тенденция: за отдельной жалобой на тревогу нередко обнаруживается более широкий комплекс эмоционального неблагополучия. Клиенты описывают трудности расслабления, снижение активности, эмоциональную истощаемость, повышенную раздражительность, нарушения сна и чувство общей внутренней неустойчивости. Подобная картина соответствует представлению об эмоциональных состояниях как относительно длительных и фоновых формах эмоционального реагирования, влияющих на общее самочувствие и особенности поведения личности [3, с. 19].

Проблема эмоциональных состояний подробно разработана как в зарубежной, так и в отечественной психологии. Одни авторы акцентировали внимание на физиологических механизмах эмоций, другие — на когнитивной интерпретации ситуации, личностном смысле переживания и регуляторной функции эмоций в структуре деятельности. В отечественной традиции особенно значимым является понимание эмоций как формы отношения субъекта к происходящему и как компонента психической регуляции поведения [6, с. 458; 4, с. 146–147].

Особый интерес в этом контексте представляет работа с клиентами, у которых повышенная тревожность носит не только ситуативный, но и относительно устойчивый характер. В подобных случаях психокоррекция направлена не на изолированное снижение тревоги, а на более широкий круг задач: смягчение эмоционального напряжения, восстановление чувства внутренней опоры, развитие навыков саморегуляции и снижение выраженности привычного тревожного реагирования. Как отмечает Е. П. Ильин, тревога связана с переживанием неопределенной угрозы и внутренней напряженности, что делает ее особенно значимой мишенью психологической помощи [3, с. 144].

Основная цель исследования - анализ динамики эмоциональных состояний клиентов с повышенной ситуативной и/или личностной тревожностью в процессе психологического сопровождения. Данное исследование опиралось на предположение о том, что комплексное психокоррекционное воздействие, включающее когнитивно-поведенческие техники, методы эмоциональной регуляции, приемы релаксации и элементы телесно-ориентированной работы, будет сопровождаться снижением тревожности, улучшением самочувствия, повышением активности, стабилизацией настроения и ростом нервно-психической устойчивости.

Современная консультативная практика показывает, что при работе с эмоциональными состояниями опора только на один метод нередко оказывается недостаточной. Более продуктивным выглядит интегративный подход, при котором когнитивная переработка тревожных мыслей сочетается с приемами снижения телесного напряжения и развитием навыков саморегуляции. Такая логика соответствует современным представлениям о психокоррекции эмоциональных состояний как о многоуровневом воздействии на когнитивные, эмоциональные и физиологические компоненты переживания [1, с. 173; 2, с. 128–129].

Цель статьи состояла в анализе динамики эмоциональных состояний клиентов с повышенной тревожностью в процессе психологического сопровождения. Рабочее предположение было следующим: если сопровождение строится комплексно и затрагивает когнитивный, эмоциональный и поведенческий уровни, то его эффект должен проявляться не только в снижении тревожности, но и в улучшении общего субъективного состояния клиента.

Материалы и методы исследования

Эмпирический материал был собран в рамках индивидуальной консультативной практики. В исследование вошли 20 клиентов в возрасте от 26 до 52 лет, обратившихся за психологической помощью в связи с повышенной тревожностью, эмоциональным напряжением, трудностями расслабления и ощущением внутренней нестабильности. Работа проводилась в онлайн-формате, что позволяло сохранять регулярность встреч и при этом не нарушать привычный ритм жизни участников. Первичная диагностика осуществлялась до начала целенаправленной психокоррекционной работы, повторная - после завершения согласованного блока сопровождения.

Критериями включения являлись наличие жалоб на тревожность и эмоциональное напряжение, готовность участвовать в сопровождении и возможность пройти обследование в двух точках измерения. В выборку не включались лица с выраженными психотическими симптомами и острыми кризисными состояниями, где приоритетной является иная форма помощи. Такое ограничение было необходимо для того, чтобы анализировать именно динамику эмоциональных состояний в рамках психологического сопровождения, а не смешивать ее с клинически неоднородными случаями.

В диагностический комплекс были включены три методики. Шкала тревожности Спилбергера-Ханина использовалась для раздельной оценки ситуативной и личностной тревожности. Опросник САН позволял зафиксировать текущее функциональное состояние по параметрам самочувствия, активности и настроения. Методика оценки нервно-психической устойчивости (НПУ) использовалась как показатель ресурсности и устойчивости к психоэмоциональной нагрузке. Такой набор инструментов представляется оправданным, поскольку дает возможность оценить не только собственно тревогу, но и изменения общего эмоционального фона. Кроме того, подобная логика согласуется с нейропсихологическим пониманием эмоциональной регуляции, в котором учитывается роль функциональных блоков мозга, обеспечивающих тонус, переработку информации и программирование деятельности [5, с. 63; 5, с. 187].

Психокоррекционный блок включал от 4 до 12 индивидуальных онлайн-сессий продолжительностью 60 минут, как правило, с частотой один раз в неделю. По содержанию сопровождение носило интегративный характер. Использовались элементы когнитивно-поведенческой терапии, техники эмоциональной саморегуляции, дыхательные приемы, методы релаксации и отдельные элементы телесно-ориентированной работы. Такой формат вмешательства соответствует прикладной логике современной консультативной практики, в которой коррекция эмоционального состояния строится с учетом как когнитивных, так и телесных механизмов реагирования.

При обработке данных применялись методы описательной статистики и U-критерий Манна–Уитни. Сопоставлялись результаты первичного и повторного обследования по всем шкалам. Выбор непараметрического критерия был связан с объемом выборки и прикладным характером исследования. Это позволило корректно оценить направленность и статистическую значимость выявленных различий.

Таблица 1.

Социально-демографические характеристики выборки (N = 20)

Таким образом, выборка была достаточно однородной по ведущему запросу, но разнородной по жизненному контексту. Для интерпретации результатов это существенно: тревожность проявлялась у клиентов с разным социальным положением и в разных ситуациях, что позволяет рассматривать выявленную динамику не как эффект одной узкой группы, а как более общий результат психологического сопровождения.

Результаты исследования

Первичный диагностический срез показал, что на старте сопровождения в выборке преобладала выраженная тревожность. Высокий уровень ситуативной тревожности был выявлен у 95 % клиентов, высокий уровень личностной тревожности — у 80 %. Иными словами, большинство участников находились не только в состоянии актуального эмоционального напряжения, но и демонстрировали устойчивую склонность к тревожному реагированию. Для практики это принципиально: в подобных случаях работа направлена не на кратковременное облегчение состояния, а на более глубокую перестройку способов оценки и регуляции переживаний.

Результаты опросника САН дополнили эту картину. Средние значения самочувствия, активности и настроения составили 3,42–3,55 балла, что указывает на сниженный субъективный фон и недостаточность внутренних ресурсов. При этом сами клиенты нередко описывали свое состояние как сочетание усталости, напряжения и эмоциональной истощенности. Следовательно, тревожность в рассматриваемой выборке сопровождалась не только когнитивной настороженностью, но и более общим ухудшением функционального состояния.

После завершения психокоррекционного блока по всем изученным показателям была отмечена положительная динамика. Средний уровень ситуативной тревожности снизился до 41,35 балла, личностной — до 44,30 балла. По шкалам САН зафиксирован рост самочувствия, активности и настроения до диапазона 4,87–5,17 балла. Показатель нервно-психической устойчивости также улучшился: его среднее значение возросло с 18,95 до 26,40 балла. В совокупности это позволяет говорить не просто об уменьшении тревоги, а о более общем выравнивании эмоционального и функционального состояния.

Статистический анализ подтвердил, что выявленные различия носят значимый характер. Для ситуативной тревожности получено U = 397,5 при p < 0,0001; для личностной тревожности — U = 325,0 при p < 0,001. По шкалам САН различия также оказались статистически значимыми: самочувствие — U = 392,5; активность — U = 398,0; настроение — U = 395,5; во всех случаях p < 0,0001. По показателю нервно-психической устойчивости зафиксировано значение U = 400,0 при p < 0,0001. Следовательно, обнаруженная динамика имеет не случайный, а устойчивый характер.

Таблица 2.

Динамика показателей тревожности по шкале Спилбергера–Ханина на этапах T1 и T2

Таблица 3.

Динамика показателей САН на этапах T1 и T2

Таблица 4.

Динамика показателей нервно-психической устойчивости на этапах T1 и T2

Обсуждение результатов

Полученные результаты позволяют сделать несколько содержательных выводов. Прежде всего обращает на себя внимание исходно высокий уровень тревожности в выборке. Это закономерно, поскольку именно тревожность являлась ведущим поводом обращения, однако важно, что она не существовала изолированно. На начальном этапе сопровождения тревожный фон сочетался со снижением субъективного самочувствия, недостатком активности, менее благоприятным настроением и сравнительно низкой нервно-психической устойчивостью. Иными словами, речь шла не о локальном эмоциональном затруднении, а о более общем нарушении эмоционально-функционального состояния.

Положительная динамика, зафиксированная после завершения психокоррекционного блока, представляется содержательно значимой. Снижение ситуативной тревожности можно рассматривать как признак уменьшения актуального напряжения и ожидания неблагоприятного развития событий. Одновременно уменьшение личностной тревожности указывает на то, что изменения затронули не только текущее состояние, но и более устойчивый стиль тревожного реагирования. В пределах данного исследования было бы неправильно говорить о глубокой личностной трансформации, однако сама направленность изменений выглядит психологически существенной.

Не менее важной является динамика по шкалам САН. Улучшение самочувствия, активности и настроения позволяет говорить о том, что психокоррекционная работа затронула не только тревогу как отдельный феномен, но и общий эмоциональный фон клиентов. Для консультативной практики это принципиально, поскольку субъективное ощущение внутренней устойчивости редко исчерпывается одним лишь снижением тревожности. В данном случае можно предположить, что сопровождение способствовало восстановлению чувства ресурсности, уменьшению эмоционального истощения и повышению способности включаться в повседневную деятельность.

Показатели нервно-психической устойчивости также заслуживают отдельного рассмотрения. С практической точки зрения это особенно значимо, поскольку развитие произвольной регуляции и согласованности аффективных и интеллектуальных компонентов поведения рассматривается как важное условие эмоциональной устойчивости [7, т. 1, с. 258–259]. Их изменение свидетельствует о том, что клиенты в большей степени стали выдерживать психоэмоциональную нагрузку и менее остро реагировать на стрессовые воздействия. С практической точки зрения именно этот результат представляет особую ценность, поскольку недостаточная устойчивость нередко создает условия для повторного развертывания тревожных и астенических состояний.

Можно предположить, что выявленная динамика связана именно с интегративным характером сопровождения. Когнитивно-поведенческие приемы давали возможность работать с автоматическими мыслями, катастрофизацией и неадаптивными интерпретациями. Методы саморегуляции и релаксации снижали уровень физиологического напряжения, а элементы телесно-ориентированной работы помогали лучше распознавать собственное состояние и восстанавливать чувство контроля. Подобное сочетание методов соответствует современным представлениям о регуляции эмоций как о воздействии на разные уровни эмоционального функционирования [8, p. 275].

Вместе с тем результаты следует интерпретировать без излишнего обобщения. Исследование проводилось на относительно небольшой выборке и в прикладном формате реальной консультативной практики, где запросы, исходный уровень ресурсности и продолжительность сопровождения могли различаться. Тем не менее даже с учетом этих ограничений зафиксированные изменения согласуются с исходной гипотезой и позволяют рассматривать используемый психокоррекционный подход как продуктивный.

Проведенное исследование было направлено на анализ динамики эмоциональных состояний клиентов с повышенной ситуативной и/или личностной тревожностью в процессе психологического сопровождения. Теоретический анализ показал, что эмоциональные состояния представляют собой сложные психические образования, объединяющие переживательные, когнитивные, физиологические и поведенческие компоненты [1, с. 173].

Эмпирическая часть исследования продемонстрировала, что на начальном этапе сопровождения у клиентов преобладали высокие показатели ситуативной и личностной тревожности, сниженные значения по шкалам самочувствия, активности и настроения, а также менее благоприятные показатели нервно-психической устойчивости. Такая картина позволяет говорить о комплексном характере эмоционального неблагополучия у обследованной группы.

Повторное обследование, проведенное после завершения согласованного психокоррекционного блока, выявило положительную динамику по всем основным параметрам. Было зафиксировано статистически значимое снижение тревожности, улучшение самочувствия, повышение активности, стабилизация настроения и рост нервно-психической устойчивости. Это позволяет сделать вывод о результативности проведенного психологического сопровождения. Таким образом, гипотеза исследования получила подтверждение. Комплексный формат психокоррекционной работы, включающий когнитивно-поведенческие техники, методы эмоциональной саморегуляции, приемы релаксации и элементы телесно-ориентированного подхода, может рассматриваться как обоснованный и продуктивный способ сопровождения клиентов с повышенной тревожностью и эмоциональным напряжением. Практическая значимость статьи состоит в том, что представленные результаты могут быть использованы в консультативной практике при разработке программ психологического сопровождения клиентов, испытывающих тревожность, эмоциональное напряжение и трудности саморегуляции. Материалы исследования также могут служить основанием для дальнейшего изучения динамики эмоциональных состояний в условиях психокоррекционной работы.

Список литературы:

1. Бутузова Ю. А. Психологическая сущность эмоционального состояния личности // Омский научный вестник. 2011. № 5 (101). С. 173–175.
2. Долина Л. В. Когнитивно-поведенческая психотерапия: понятие, принципы и компоненты // Современные исследования: теория, практика, результаты: материалы XIV Междунар. науч.-практ. конф. Москва, 2025. С. 128–133.
3. Ильин Е. П. Эмоции и чувства. Санкт-Петербург: Питер, 2001. 752 с.
4. Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. Москва: Политиздат, 1975. 303 с.
5. Лурия А. Р. Основы нейропсихологии: учеб. пособие для студентов высших учебных заведений. Москва: Издательский центр «Академия», 2003. 384 с.
6. Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. Санкт-Петербург: Питер, 2002. 705 с.
7. Запорожец А. В. Избранные психологические труды: в 2 т. Москва: Педагогика, 1986. Т. 1. 318 с.
8. Gross J. J. The emerging field of emotion regulation: An integrative review // Review of General Psychology. 1998. Vol. 2. No. 3. P. 271–299.