СВЯЗЬ ТРЕВОЖНОСТИ С РОДИТЕЛЬСКИМИ ОЖИДАНИЯМИ И ПРИТЯЗАНИЯМИ МОЛОДЫХ СУПРУГОВ

RELATIONSHIP BETWEEN ANXIETY AND PARENTAL EXPECTATIONS AND ASPIRATIONS AMONG YOUNG SPOUSES

Ermoshenko Maria Andreevna

bachelor's degree, Saint Petersburg State Institute of Psychology and Social Work

Russia, Saint Petersburg

АННОТАЦИЯ

Статья посвящена исследованию связи личностной и реактивной тревожности с родительскими ожиданиями и притязаниями молодых супругов. В исследовании использовались шкала тревожности Спилбергера-Ханина, методика «Ролевые ожидания и притязания в браке» (А.Н. Волкова) и корреляционный анализ Спирмена. Выявлены статистически значимые связи тревожности с родительскими ожиданиями и притязаниями, а также одинаковая направленность связей для личностной и реактивной тревожности.

ABSTRACT

The article examines the relationship between trait and state anxiety and parental expectations and aspirations among young spouses. The study employed the Spielberger-Hanin State-Trait Anxiety Inventory, Marital Role Expectations and Aspirations (A.N. Volkova) and Spearman's rank correlation analysis. Statistically significant associations were found between anxiety and parental expectations and aspirations, with a similar pattern of associations observed for both trait and state anxiety.

Ключевые слова: молодая семья; молодые супруги; личностная тревожность; реактивная тревожность; родительские ожидания; родительские притязания; семейно-ролевые представления.

Keywords: young family; young spouses; trait anxiety; state anxiety; parental expectations; parental aspirations; family role beliefs.

Введение

Молодая семья рассматривается как особый этап жизненного цикла семьи, характеризующийся началом совместной жизни супругов, их взаимной адаптацией к новым условиям семейного взаимодействия и формированием устойчивой системы внутрисемейных отношений [1]. В первые годы брака супруги осваивают новые семейные роли, согласовывают взаимные ожидания и распределение семейных обязанностей, вырабатывают устойчивые способы взаимодействия и разрешения возникающих разногласий [1; 2].

Одним из наиболее значимых этапов развития молодой семьи является переход к родительству. Современные исследования показывают, что данный этап сопровождается изменением супружеских отношений, освоением родительской роли и согласованием новых форм взаимодействия между супругами [5; 6]. В процессе перехода к родительству у супругов формируются соответствующие семейно-ролевые представления, важными компонентами которых являются родительские ожидания и притязания. Так, родительские ожидания отражают представления супругов об участии партнера в реализации родительской функции, тогда как родительские притязания характеризуют ориентацию человека на собственное участие в воспитании детей [3].

Помимо семейно-ролевых представлений, важное место в исследованиях семейных отношений занимают психологические характеристики супругов, одной из которых является тревожность. Согласно результатам метаанализа K.B. Postler и его соавторов, повышенный уровень тревожности связан с особенностями восприятия супружеских отношений, эмоционального реагирования и качества взаимодействия между партнерами, а также ассоциирован со снижением качества супружеских отношений и большей выраженностью трудностей в коммуникации супругов [7]. Также в отечественном исследовании А.А. Баранова и З.Я. Барановой отмечено, что повышение семейной тревожности сопровождается снижением взаимопонимания, доверительности общения, эмоциональной близости между супругами [4].

Несмотря на значительное количество исследований, посвященных семейной адаптации молодых супругов, роли тревожности в супружеских отношениях и особенностям семейно-ролевых установок, данные направления преимущественно рассматриваются независимо друг от друга. При этом связь личностной и реактивной тревожности с родительскими ожиданиями и притязаниями молодых супругов остается недостаточно изученной, что определяет актуальность данного исследования.

Цель исследования – изучить связь личностной и реактивной тревожности с родительскими ожиданиями и притязаниями молодых супругов.

Методы исследования

В исследовании приняли участие 31 человек (17 женщин и 14 мужчин) в возрасте от 18 до 30 лет, состоящие в зарегистрированном браке не более трех лет. Средний стаж брака составил 1 год.

Для сбора эмпирических данных использовались: авторская анкета, включавшая сбор социально-демографических данных и вопросы о субъективной оценке характеристик супружеского взаимодействия; методика «Ролевые ожидания и притязания в браке» (А. Н. Волкова), предназначенная для оценки семейно-ролевых представлений супругов в различных сферах семейной жизни; шкала тревожности Спилбергера-Ханина, применявшаяся для оценки уровня личностной и реактивной тревожности.

Статистическая обработка данных включала расчет коэффициента ранговой корреляции Спирмена для выявления статистически значимых связей между исследуемыми характеристиками.

Результаты исследования

В соответствии с целью исследования был проведен корреляционный анализ между показателями личностной и реактивной тревожности и шкалой «Родительская функция» методики «Ролевые ожидания и притязания в браке» (РОП), включающей показатели родительских ожиданий и родительских притязаний. Дополнительно была проанализирована связь исследуемых показателей с субъективной оценкой собственной роли как инициатора конфликтов, полученной с помощью авторской анкеты. Результаты корреляционного анализа представлены в таблице 1.

Таблица 1.

Статистически значимые связи исследуемых показателей

Корреляционный анализ выявил статистически значимые положительные связи личностной и реактивной тревожности с показателем родительских ожиданий, а также отрицательные связи с показателем родительских притязаний (табл.1). Можно предположить, что более высокий уровень личностной и реактивной тревожности у супругов сопровождался большей выраженностью ожиданий относительно участия партнера в реализации родительской функции и меньшей выраженностью собственных притязаний на выполнение данной функции. Одинаковая направленность статистических связей была выявлена как для личностной, так и для реактивной тревожности: положительные связи были обнаружены с показателем родительских ожиданий, тогда как с показателем родительских притязаний связи носили отрицательный характер. Учитывая небольшой объем выборки, выявленная закономерность требует дальнейшей проверки на более многочисленных выборках молодых супругов.

Дополнительно был проведен корреляционный анализ связи исследуемых показателей с субъективной оценкой собственной роли как инициатора супружеских конфликтов. При обработке ответов данный показатель был закодирован так, чтобы более высокое значение соответствовало более частому инициированию супружеских конфликтов по оценке респондента. Были выявлены статистически значимые положительные связи данного показателя с личностной тревожностью и родительскими ожиданиями (табл.1). Полученные данные свидетельствуют о том, что субъективная оценка собственной роли в инициировании конфликтов может быть связана не только с уровнем личностной тревожности молодых супругов, но и с представлениями об участии партнера в реализации родительской функции.

Выводы

Таким образом, результаты исследования указывают на наличие статистических связей между показателями тревожности и родительскими ожиданиями и притязаниями молодых супругов. При этом была выявлена одинаковая направленность связей как для личностной, так и для реактивной тревожности: положительная – с родительскими ожиданиями и отрицательная – с родительскими притязаниями, что позволяет предположить сходных характер выявленных связей для обеих форм тревожности. Полученные результаты подтверждают необходимость дальнейшего изучения связи тревожности и семейно-ролевых представлений молодых супругов.

Список литературы:

1. Тетерина Е.С. Особенности супружеских отношений на начальном этапе семейной жизни / Е.С. Тетерина // Молодой ученый. — 2022. — № 49 (444). — С. 291–295.
2. Горшкова А.В., Григорян Е.Н. Особенности супружеских отношений на этапе становления семьи / А.В. Горшкова, Е.Н. Григорян // Актуальные вопросы современной психологии, конфликтологии и управления: взгляд молодых исследователей. — 2021. — С. 115-121.
3. Олифирович Н.И., Зинкевич-Куземкина Т.А., Велента Т.Ф. Психология семейных кризисов. — СПб.: Речь, 2006. — 360 с.
4. Баранов А.А., Баранова З.Я. Молодая семья: связь тревожности с особенностями супружеских отношений / А.А. Баранов, З.Я. Баранова // Актуальные проблемы развития государственной молодежной политики: сб. ст. по матер. всерос. науч.-практ. конф. 15 июня 2020 г.  —  Ижевск: Издательский центр «Удмуртский университет», 2020. — С. 14–23.
5. Araújo M.I.V. et al. Transition to family parenting in the face of the first child: a scoping review / M.I.V. Araújo, A.C.M. Duarte, M.H.J.S. Figueiredo, C.M.S.M. Andrade // Revista Brasileira de Enfermagem. — 2024. Vol. 77. № 5. — P. 1–11.
6. Oliveira J.M. et al. Systematic review of interventions with parents in the transition to parenthood / J.M. Oliveira, P. Alvarenga, C. Paixão, P.K.C. Sales // Psicologia: teoria e prática. — 2023. Vol. 25. № 2. — P. 1–19.
7. Postler K.B., Helms H.M., Anastopoulos A.D. Examining the linkages between marital quality and anxiety: a meta‐analytic review / K.B. Postler, H.M. Helms, A.D. Anastopoulos // Family process. — 2022. Vol. 61. № 4. — P. 1456–1472.