Телефон: +7 (383)-312-14-32

Статья опубликована в рамках: XI Международной научно-практической конференции «Вопросы современной юриспруденции» (Россия, г. Новосибирск, 09 апреля 2012 г.)

Наука: Юриспруденция

Секция: Гражданское, жилищное и семейное право

Скачать книгу(-и): Сборник статей конференции, Сборник статей конференции часть II

Библиографическое описание:
Галунова В.Г., Михайлова Н.С. ПРАВОВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ СУБЪЕКТИВНЫМ ГРАЖДАНСКИМ ПРАВОМ // Вопросы современной юриспруденции: сб. ст. по матер. XI междунар. науч.-практ. конф. Часть I. – Новосибирск: СибАК, 2012.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

ПРАВОВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ СУБЪЕКТИВНЫМ ГРАЖДАНСКИМ ПРАВОМ

Галунова Виолетта Геннадьевна

студент, Пермский Государственный Национальный Исследовательский Университет, г. Пермь

E-mail: v-g91@bk.ru

Михайлова Наталья Сергеевна

канд. юрид. наук, доцент, Пермский Государственный Национальный Исследовательский Университет, г. Пермь

 

В юридической литературе 70-х годов возникла дискуссия о пра­вовой природе категории «гражданско-правовая ответственность» при­менительно к последствиям злоупотребления правом, обозначенным законодателем в части 2 статьи 10 ГК РФ. Данная противоречивость не утратила своей актуальности и до настоящего времени. О. А. Красав­чиков полагал, что в литературе закрепилось три подхода к решению данной проблемы [5]. Сторонниками первого подхода, а именно отож­дествления понятий ответственность и санкция являются Е. В. Бриных, А. Я. Курбатов. Ученые убедительно отстаивают точку зрения о том, что организационно-правовые меры являются и санкциями, и мерами ответственности одновременно [7]. Стоит отметить, что данный под­ход (актуальный в 80-90 х гг.), не поддерживается большинством ци­вилистов в настоящее время. Второй подход отражает точку зрения авторов (В. П. Грибанов, В. А. Хохлов) о том, что гражданско-право­вая ответственность включает в себя гражданско-правовые санкции. Гражданско-правовая ответственность, по мнению авторов, представ­ляет собой урегулированное нормами права (в том числе из договора) особое правовое состояние, возникающее в результате нарушения прав участников гражданских правоотношений и характеризующееся юридической возможностью обеспечить восстановление этих прав с помощью специальных санкций — мер ответственности [6, c. 162]. Большинству же цивилистов (О. А. Красавчиков, Г. Я. Стоякин, В. Л. Слесарев, Ю. Г. Басин) наиболее обоснованным видится третий подход, определяющий гражданско-правовую ответственность как разновидность санкции [5]. Действительно, данная точка зрения, определяющая понятие гражданско-правовых санкций гораздо шире гражданско-правовой ответственности являются наиболее убедитель­ной и аргументированной. Представленное положение раскрывается в следующем. Как известно, любое правонарушение характеризуется тем, что имеет юридический состав как совокупность условий для воз­ложения гражданско-правовой ответственности. Возможность приме­нения гражданско-правовой ответственности может быть реализована только в случае наличия субъективной стороны правонарушения, ко­торая может выражаться, например, в определенной форме вины или добросовестности нарушителя. Реализация же гражданско-правовой санкции осуществляется вне зависимости от признания тех или иных актов в качестве правонарушения и, следовательно, может быть применена вне зависимости от субъективной стороны гражданского правонарушения, в том числе не исключая возможности применения мер оперативного реагирования либо восстановительных мер в виде, например, распределения убытков. В качестве последствия злоупот­ребления субъективным гражданским правом и основной применяе­мой в данном случае меры ответственности является «отказ в защите права». Ответственность, как правило, является полной и предполагает возложение на правонарушителя дополнительных обременительных мер, а санкция может быть ограничена возложением обязанности лишь в определенной части (например, устранение недостатков). Не вызы­вает дискуссий в юридической литературе проблема соотношения мер ответственности и мер защиты, поскольку применительно к злоупот­реблению субъективным гражданским правом мы всегда имеем дело с уже нарушенным правом лица, требующего защиты, а не с оспари­ваемым субъективным гражданским правом. Кроме того, меры граж­данско-правовой ответственности реализуют компенсаторно-восстано­вительную функцию, в отличие от мер защиты, реализующих чаще всего превентивную и пресекательную функцию, что при злоупотреб­лении правом будет носить скорее пострегулятивный характер. Автор Курбатов А. Я. занимает отличную от традиционных мнений точку зрения и утверждает, что отказ в защите права не является мерой юри­дической ответственности в смысле воздействия на правонарушителя с целью создания для него дополнительных неблагоприятных последст­вий. Однако это последствие подпадает под общее понятие юридичес­кой ответственности как любых неблагоприятных последствий право­нарушения [7, c. 74].

Юридическая ответственность устанавливает последствия ненад­лежащего поведения, нарушающего права и интересы других лиц. Вместе с тем, любая ответственность, в том числе и в рамках граж­данского права характеризуется наличием состава данного противоправного деяния. Составным звеном состава правонарушения в виде злоупотребления правом включает субъект, объект, субъектив­ную и объективную строну противоправного деяния. Субъектом ответственности за злоупотребление правом может быть только управомоченное лицо, реализующее свое право с целью причинения вреда другому, либо хотя и не преследующее эту цель, но объективно причиняющее вред. Лицо, действующее, не имея на то права, либо выходящее за пределы его содержания, даже если его целью является ущемление чужих интересов, не совершает злоупотребление правом. Последнее никогда не является действием без права.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ в качестве субъектов злоупотребления правом указываются граждане и юриди­ческие лица. Можно предположить, что данный вид правонарушения могут совершать Российская Федерация и ее субъекты, а также муни­ципальные образования. Данная предпосылка основывается на поло­жениях пункта 2 статьи 124 ГК РФ, предусматривающего, что к данным субъектам применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов.

Следует отметить, что статья 10 ГК РФ, устанавливающая запрет злоупотребления правом, распространяется на всех вышеназванных субъектов независимо от каких-либо условий. Однако ответственность за ее нарушение несут только полностью дееспособные лица.

Таким образом, ответственность за совершение злоупотребления правом могут нести граждане, юридические лица, Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования, приобретаю­щие и осуществляющие субъективные права и обязанности через свои органы власти. Однако субъектный состав ограничивается кругом управомоченных лиц, обладающих полной дееспособностью и дейст­вующих лишь затем, чтобы ущемить права и интересы другого лица, либо без этой цели, но объективно вред причиняющих. Объектом правонарушения в сфере злоупотребления правом являются совокуп­ность отношений, возникающих между субъектами, связанных с возникновением (установлением), изменением или прекращением прав и обязанностей индивидов отношений в рамках гражданского оборо­та [5, c. 38]. К числу иных условий ответственности при злоупотреб­лении субъективным гражданским правом также относится вина правонарушителя, противоправный характер поведения лица, на кото­рое предполагается возложить ответственность, наличие у потерпев­шего вследствие правонарушения вреда или убытков, а также причин­ная связь между злоупотреблением правом и установившимися последствиями, на наступление которых и была направлена противо­правная деятельность индивида.

В рамках рассматриваемой проблемы, следует отметить, что меры ответственности, всегда являются санкциями, включающими как меры оперативного реагирования, так и такие восстановительные меры, как формы распределения убытков, либо последствия, которые предусмотрены в качестве специальных санкций и т. д. Кроме того, в юридико-техническом плане санкции иногда вообще выносятся за пре­делы статьи, а иногда даже за пределы того закона, в котором устанав­ливаются соответствующие диспозиции. (Большинство статей Граж­данского кодекса Российской Федерации не содержит указаний на последствия нарушения содержащихся в них правил. Однако санкции этих норм расположены в тех статьях Кодекса, в которых закреплены основные виды гражданско-правовой ответственности.) Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что гражданско-правовые санкции минимум включают в себя меры гражданско-правовой ответственности в качестве составной части. Неоспоримым является и то, что ответственность по ст. 10 ГК РФ является своеобразной и, по сути, уникальной правоохранительной мерой от недобросовестных действий субъекта, связанных со злоупотреблением правом, предпола­гающая возможность использования субъектами юридических средств в случае нарушения или угрозы нарушения их гражданских прав. Особенность «отказа в защите» проявляется и в том, что данное пос­ледствие является, по сути, единственной гражданско-правовой мерой ответственности, которая может быть применена к лицу, злоупотреб­ляющему своими гражданскими правами.

Применения санкции в виде отказа в защите права имеет широ­кое практическое значение. Хотелось бы подчеркнуть, что такая отно­сительно определенная санкция устанавливалась и в статье 1 ГК РСФСР 1922 года [8], и в статье 5 Основ гражданского законодательст­ва Союза ССР и республик 1961 года [4]. Вслед за ними данную санк­цию предусмотрел и ГК РСФСР 1964 года [3]. Основанием для приме­нения санкции являлось осуществление гражданских прав в противоречии с их назначением. Однако учеными (Агарков М. М., Иоффе О. С.) отрицалась возможность лишь единственного последст­вия нарушения пункта 1 статьи 5 Основ гражданского законодательст­ва Союза ССР и республик, каковым является утрата права, осуществ­ляемого с нарушением его пределов. В рамках данной санкции в соот­ветствии с конкретными обстоятельствами дела предполагалась возможность применения различных мер правового воздействия: от отказа в принудительном осуществлении права до лишения субъектив­ного права в целом. Выбор этих мер зависел от условий конкретного осуществления права с нарушением его пределов: характера противо­правности поведения, степени виновности управомоченного лица, а также от того, охватывало ли ненадлежащее осуществление права все право в целом или одно из его правомочий, и других условий. Таким образом, авторы делают вывод, что рассматриваемая санкция, в зави­симости от разных условий правопользования, может приобретать различное выражение [7].Следует отметить, что данный взгляд на возможность применения к лицу, допустившему в своем поведении злоупотребление правом, разнообразных мер правового воздействия в рамках санкции пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса РФ поддерживается и многими современными исследователями (напри­мер, Е. А. Сухановым) [10].В то же время, анализ современной судебной практики показывает, что относительно определенная санк­ция в виде отказа в защите гражданских прав часто применяется лишь в форме отказа в удовлетворении требований лица, вытекающих из принадлежащего ему права. В таких случаях в мотивировочной части соответствующего решения должны быть указаны основания квалификации действий истца как злоупотребления правом [2]. Пока­зательными в этом отношении являются категории дел, рассматри­ваемые в делах о несостоятельности (банкротстве), где неправомерные действия кредиторов, выражаются в попытке получить преимущест­венное удовлетворение своих требований вопреки очередности и по­рядку, установленному Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» [12], извлечь определенную выгоду, воспользовавшись финансовыми трудностями должника, а также устранения конкурентов с рынка и т. п. Решения суда в данных категориях дел однозначны: отказать лицу в защите его права.

Однако относительно определенный характер санкции за зло­употребление правом проявляется в том, что отказ в защите права применяется только при отсутствии конкретных санкций за злоупот­ребление, предусмотренных законом. В таких случаях используется приоритет применения специальной нормы, регулирующей правоотно­шение над общей нормой гражданского права. Гражданское законода­тельство предусматривает санкции за умаление чести, достоинства и деловой репутации физических и юридических лиц вследствие расп­ространения не соответствующих действительности сведений, ума­ляющих указанные нематериальные блага и имеющие своей целью причинения вреда лицу, которого они касаются (в данном случае практика идет по пути признания злоупотребления правом и в случаях, когда подлежат распространению сведения, хоть и соответствующие действительности, но распространенные исключительно с целью причинения вреда другому лицу). Потерпевший в судебном порядке может потребовать опровержения этих сведений и компенсации причиненного ему морального вреда, если распространивший такие све­дения не докажет, однако, что они соответствуют действительности. Последствием злоупотребления правом, допущенного органами госу­дарственной власти, например, должно быть признание актов этих орга­нов либо действий их должностных лиц незаконными (недействитель­ными), а также неприменение судом данных актов в конкретном деле.

В заключении следует отметить, что анализируемое последствие злоупотребления субъективным гражданским правом — отказ в защите права — является специфической мерой ответственности, имеющей свое особое функциональное значение в рамках рассматриваемого пра­вонарушения. Таким образом, отказ в защите права является своеобразной защитой от злоупотреблений средствами самого гражданского права.

 

Список литературы

  1. Волков А. В. Гражданско-правовая санкция за нарушение запрета злоупотребления правом // Законы Росси: опыт, анализ, практика. 2008. № 9 // СПС «Гарант».
  2. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая от 30 ноября 1994 г. N 51-ФЗ (ред.30.11.2011) // СЗ РФ от 5 декабря 1994 г. N 32 ст. 3301.
  3. Закон РСФСР от 11.06.1964 «Об утверждении Гражданского Кодекса РСФСР»//Ведомости Верховного Совета РСФСР 1964, № 24,ст.406.//СПС «Консультант Плюс».
  4. Закон СССР «Об утверждении основ гражданского законодательства союза ССР и союзных республик» от 08.12.1961//Ведомости Верховного Совета СССР № 50.Ст.525.,1961.//СПС «Консультант Плюс».
  5. Красавчиков О. А. Избранные труды по гражданскому праву.—М.,2011.С.670.
  6. Крымова Е. Н. Злоупотребление правом: Сложность применения в теории и на практике //Современное право. 2010. № 6. С. 61—65.
  7. Курбатов А. Я. Злоупотребление правом: теория и правоприменительная практика// СПС «Консультант Плюс».
  8. Постановление ВЦИК от 11.11.1922 «О введении в действие Гражданс­кого Кодекса РСФСР»//Известия ВЦИК № 256 от 12.11.1922.//СПС «Консультант Плюс».
  9. Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Вестник ВАС РФ. 1996. N 12.
  10. Суханов Е. А. Российское гражданское право. Учебник// Том 1, Статут, 2011.Москва.С. 956.
  11. Тарасенко Ю. А. Злоупотребление правом: Критерии определения //Арбитражная практика. 2010. № 8. С. 71—75.
  12. Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 01.07.2011) «О несостоятельности (банкротстве)».— Российская газета. № 209—210. 02.11.2002.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

Оставить комментарий

Форма обратной связи о взаимодействии с сайтом