Телефон: 8-800-350-22-65
Напишите нам:
MAX:
WhatsApp:
Telegram:
Прием заявок круглосуточно
График работы офиса: с 9:00 до 23:00 Нск (с 5:00 до 19:00 Мск)

Статья опубликована в рамках: CXI Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы юриспруденции» (Россия, г. Новосибирск, 21 октября 2026 г.)

Наука: Юриспруденция

Секция: Конституционное право

Скачать книгу(-и): Скачать книгу

Библиографическое описание:
Бенгер Г.А. САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ И ПРИНЦИП ЕДИНСТВА ПУБЛИЧНОЙ ВЛАСТИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: ПРОБЛЕМЫ СООТНОШЕНИЯ // Актуальные проблемы юриспруденции: сб. ст. по матер. CXI междунар. науч.-практ. конф. № 10(110). – Новосибирск: СибАК, 2026. – С. 42-49.
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов

САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ И ПРИНЦИП ЕДИНСТВА ПУБЛИЧНОЙ ВЛАСТИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: ПРОБЛЕМЫ СООТНОШЕНИЯ

Бенгер Глеб Александрович

студент, Владивостокский государственный университет, РФ, г. Владивосток

В статье рассматриваются проблемные аспекты соотношения самостоятельности местного самоуправления и принципа единства публичной власти в Российской Федерации. Проанализированы положения Конституции Российской Федерации, действующего законодательства, позиции Конституционного Суда Российской Федерации и современные научные подходы. Особое внимание уделено организационной, территориальной и финансовой самостоятельности муниципального уровня. В результате обосновывается подход, при котором единство публичной власти предполагает согласованность действий различных уровней власти, но не должно приводить к подмене органов местного самоуправления государственными органами.

Местное самоуправление занимает особое положение в российской системе публичной власти. Статья 12 Конституции Российской Федерации закрепляет его самостоятельность в пределах полномочий и прямо указывает, что муниципальные органы не входят в систему органов государственной власти [1]. Одновременно часть 3 статьи 132 Конституции Российской Федерации предусматривает вхождение органов государственной власти и органов местного самоуправления в единую систему публичной власти и требует их взаимодействия в интересах населения [1]. Поэтому проблема состоит не в наличии двух конституционных положений, а в определении границы между согласованным взаимодействием и фактическим подчинением муниципального уровня.

По мнению авторов, единую систему публичной власти нельзя отождествлять с системой органов государственной власти. Иначе положение статьи 12 Конституции РФ потеряло бы самостоятельное содержание. Конституционный Суд Российской Федерации в Заключении от 16 марта 2020 года № 1-З исходил из того, что единство публичной власти предполагает согласованное решение публичных задач, но не устраняет конституционную самостоятельность местного самоуправления [2]. Такой подход позволяет рассматривать государственную и муниципальную власть как элементы общего публичного механизма, сохраняющие различный организационный статус.

Следует учитывать и содержательную сторону понятия публичной власти. В российской конституционной модели источник власти остается единым, поскольку им выступает многонациональный народ. Однако способы осуществления этой власти различаются. Конституция одновременно называет органы государственной власти и органы местного самоуправления как формы осуществления народом своей власти [1]. Поэтому включение муниципального уровня в единую систему публичной власти логично объяснять общностью источника и публичных задач, а не исчезновением организационного разграничения. Именно такое представление согласуется с правовой позицией Конституционного Суда РФ, который связывает единство с согласованностью действий разных уровней власти [2; 3].

В научной литературе данная конструкция оценивается неоднозначно. О.А. Кожевников обращает внимание на риск чрезмерного растворения местного самоуправления в категории единой публичной власти и подчеркивает необходимость сохранения населения как самостоятельного субъекта местного самоуправления [4]. А.Е. Алехин и И.А. Ромайкин, напротив, делают акцент на публичной природе муниципальных функций и рассматривают муниципальные органы как неотъемлемую часть единой системы публичной власти [5]. В.В. Гошуляк предлагает модель системы систем, включающей государственную и муниципальную подсистемы [6]. Ю.Г. Бабаева связывает сохранение самостоятельности прежде всего с содержанием конкретных механизмов взаимодействия, а не с самим фактом включения муниципальных органов в единую публичную систему [7].

Представляется, что последняя позиция наиболее точно отражает сущность проблемы. Самостоятельность местного самоуправления не означает его изоляции от государства. Одновременно участие в решении общих публичных задач не должно автоматически превращать муниципальные органы в территориальные подразделения государственного управления. А.В. Зуйков также предлагает представлять самостоятельность не как средство отграничения от государства, а как условие полноценного участия местной власти в общем механизме народовластия [8]. Следовательно, оценивать необходимо не сам факт взаимодействия, а пределы государственного воздействия на собственную компетенцию муниципального уровня.

Практическое значение дискуссии усилилось после принятия Федерального закона от 20 марта 2025 года № 33-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в единой системе публичной власти «[9]. Статья 4 Федерального закона от 20 марта 2025 года № 33-ФЗ прямо сохраняет правило о самостоятельности местного самоуправления в пределах его полномочий [9]. Одновременно закон детализирует взаимодействие с государственными органами. Тем самым законодатель формально не противопоставляет самостоятельность и единство публичной власти, а предполагает их одновременное действие.

Особенно наглядно это проявляется в порядке формирования главы муниципального образования. Статья 19 Федерального закона от 20 марта 2025 года № 33-ФЗ предусматривает несколько вариантов, включая муниципальные выборы, избрание представительным органом из своего состава, избрание из числа кандидатов, представленных высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации, а также конкурсную модель [9]. Участие регионального уровня само по себе не означает отмены местного самоуправления, однако оно ставит вопрос о том, насколько содержательной остается свобода муниципального представительного органа. Если его решение становится преимущественно формальным подтверждением выбора, сформированного на другом уровне, конституционная самостоятельность приобретает более узкое содержание.

Е.И. Волкова и Е.А. Хапсирокова связывают современную реформу с усилением интеграции муниципальных органов в общую систему публичного управления и отмечают централизационные тенденции [10]. Это является научной оценкой, а не прямым выводом закона. Тем не менее, она показывает, что одной ссылки на сохранение принципа самостоятельности недостаточно. Необходимо учитывать совокупность организационных правил, порядок формирования органов, распределение ответственности и реальное влияние муниципального уровня на принимаемые решения.

С самостоятельностью связан и вопрос территориальной организации. Федеральный закон от 20 марта 2025 года № 33-ФЗ развивает преимущественно одноуровневую модель с городскими и муниципальными округами, однако допускает сохранение двухуровневой системы в субъектах Российской Федерации, имеющих социально-экономические, исторические, национальные и иные особенности [9]. А.Р. Тришков отмечает как возможные преимущества укрупнения муниципальной системы, так и связанные с ним риски [11]. По мнению авторов, основным критерием здесь должна быть не сама форма территориальной модели, а сохранение реальной связи органов местного самоуправления с населением.

Укрупнение муниципальных образований может облегчить управление ресурсами и сократить число дублирующих структур, но одновременно способно увеличить дистанцию между гражданами и муниципальными органами. Для конституционной природы местного самоуправления это принципиально, поскольку оно осуществляется не только через аппарат муниципальной власти, но и посредством участия населения в решении местных вопросов. Поэтому сохранение доступных форм такого участия следует рассматривать как самостоятельную гарантию муниципальной самостоятельности.

Важным следствием такого подхода является необходимость оценивать реформу не только по структуре органов, но и по доступности местной демократии. Чем крупнее территория муниципального образования и чем больше решений принимается через сложные межуровневые процедуры, тем значительнее риск ослабления прямой связи между конкретной локальной проблемой и органом, который отвечает за ее решение. Само по себе укрупнение не исключает местного самоуправления, однако требует компенсирующих механизмов участия населения и понятного распределения ответственности. В противном случае гражданину становится сложнее определить, какой именно уровень публичной власти отвечает за решение вопроса, непосредственно затрагивающего его повседневную жизнь.

Не менее важна компетенционная сторона проблемы. У муниципального уровня должна существовать собственная сфера вопросов, в пределах которой государственные органы не подменяют органы местного самоуправления. Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 30 мая 2023 года № 27-П указал, что взаимодействие уровней публичной власти должно сочетаться с ясным разграничением полномочий и наличием организационно-правовых и финансовых механизмов их реализации [3]. А.А. Шахов, анализируя данное решение, рассматривает его как важный этап уточнения места местного самоуправления в единой системе публичной власти [12].

Практическое значение этого подхода состоит в том, что самостоятельность получает проверяемое юридическое содержание. Недостаточно установить, что муниципальные органы участвуют в решении определенной задачи. Необходимо определить, относится ли она к собственным вопросам местного значения или представляет собой государственное полномочие, кто принимает окончательное решение и за счет какого бюджета оно исполняется. А.Н. Бенедисюк также обращает внимание на необходимость разграничения собственных муниципальных и передаваемых государственных полномочий [13].

Финансовая обеспеченность в этом смысле является частью реальной самостоятельности. Муниципальное образование может формально иметь собственную компетенцию, но при отсутствии достаточных ресурсов ее осуществление будет зависеть от решений другого уровня публичной власти. В Постановлении от 18 мая 2026 года № 33-П Конституционный Суд вновь подчеркнул необходимость ясного разграничения местных и государственных задач и соответствия публичных обязанностей источникам финансирования [14]. Рассматривая спор об уборке акваторий, находящихся в государственной собственности, Суд не допустил возложения соответствующих расходов исключительно на местный бюджет без надлежащего финансового механизма [14].

Этот пример показывает, что самостоятельность нельзя оценивать только по наличию у муниципального образования права принять решение. Не менее важно, располагает ли оно ресурсами для выполнения возложенных обязанностей. При этом зависимость местного бюджета от межбюджетных трансфертов сама по себе не означает нарушения Конституции. Значение имеет степень свободы муниципального образования в использовании средств и соответствие передаваемых задач предоставляемому финансированию.

Отдельного внимания требует государственный контроль за муниципальной деятельностью. Включение местного самоуправления в единую систему публичной власти предполагает механизмы проверки законности, ответственности и обмена информацией. Однако контроль за соблюдением закона необходимо отличать от административного руководства. Проверка того, соответствует ли муниципальный акт закону, не тождественна указанию, какое именно решение орган местного самоуправления должен принять в пределах собственной компетенции.

По мнению авторов, допустимое взаимодействие можно оценивать по четырем основным критериям. Во-первых, должна сохраняться собственная муниципальная компетенция, внутри которой исключается подмена муниципального органа государственным. Во-вторых, население должно иметь реальные возможности влиять на решение местных вопросов. В-третьих, объем полномочий должен соответствовать финансовому и материальному обеспечению. В-четвертых, муниципальному образованию должна быть доступна судебная защита при нарушении его компетенции или финансовых гарантий. Эти критерии позволяют оценивать не название конкретного механизма, а его фактическое юридическое содержание.

Современные исследователи по-разному определяют направление развития данной модели. О.Х. Аманкаева и Ю.К. Макеева указывают на напряжение между укреплением управленческой вертикали и самостоятельностью местного самоуправления [15]. А.В. Зуйков, напротив, делает акцент на возможности интеграции местной власти в единый публичный механизм без отказа от ее собственной природы [8]. Сопоставление этих позиций показывает, что спор идет не столько о допустимости взаимодействия, сколько о его глубине и юридических пределах.

Представляется, что наиболее последовательной является модель функционального единства при организационной, компетенционной и финансовой самостоятельности муниципального уровня. Функциональное единство означает согласованное решение общих задач, распределение ответственности и взаимодействие различных уровней публичной власти. Самостоятельность требует сохранения собственной сферы вопросов местного значения, связи органов с населением и ресурсов, необходимых для реализации полномочий.

В результате можно сделать вывод, что самостоятельность местного самоуправления и принцип единства публичной власти не являются взаимоисключающими. Их соотношение должно определяться через конкретные правовые гарантии. Чем яснее разграничены полномочия, устойчивее связь муниципальных органов с населением и точнее обязанности обеспечены финансовыми ресурсами, тем меньше риск превращения взаимодействия в административное подчинение. Именно по этим критериям, по мнению авторов, следует оценивать дальнейшее развитие законодательства и правоприменительной практики в сфере местного самоуправления.

Список литературы

  1. Конституция Российской Федерации. Принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020. Текст: электронный [Электронный ресурс]. // Официальный интернет-портал правовой информации. – URL: https://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001202007040001 (дата обращения: 27.09.2026).
  2. Заключение Конституционного Суда Российской Федерации от 16.03.2020 № 1-З. Текст: электронный // КонсультантПлюс. – 2020. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_347691/ (дата обращения: 27.09.2026).
  3. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 30.05.2023 № 27-П. Текст: электронный // КонсультантПлюс. – 2023. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_448265/ (дата обращения: 28.09.2026).
  4. Кожевников О.А. Местное самоуправление и единая система публичной власти: приглашение к дискуссии / О.А. Кожевников // Вестник Белгородского юридического института МВД России имени И.Д. Путилина. – 2024. – № 3. – С. 4⁠–⁠9. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/mestnoe-samoupravlenie-i-edinaya-sistema-publichnoy-vlasti-priglashenie-k-diskussii (дата обращения: 27.09.2026).
  5. Алехин А.Е. О системе органов местного самоуправления как неотъемлемой части единой системы публичной власти / А.Е. Алехин, И.А. Ромайкин // Государственная власть и местное самоуправление. – 2024. – № 1. – С. 36⁠–⁠39. – DOI: 10.18572/1813-1247-2024-1-36-39. – URL: https://lawinfo.ru/articles/5320/o-sisteme-organov-mestnogo-samoupravleniya-kak-neotemlemoi-casti-edinoi-sistemy-publicnoi-vlasti (дата обращения: 27.09.2026).
  6. Гошуляк В.В. Единая система публичной власти в Российской Федерации / В.В. Гошуляк // Государственная власть и местное самоуправление. – 2024. – № 4. – С. 7⁠–⁠12. – DOI: 10.18572/1813-1247-2024-4-7-12. – URL: https://lawinfo.ru/articles/6212/edinaya-sistema-publicnoi-vlasti-v-rossiiskoi-federacii (дата обращения: 27.09.2026).
  7. Бабаева Ю.Г. Самостоятельность местного самоуправления в условиях вхождения в систему органов публичной власти / Ю.Г. Бабаева // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Юридические науки. – 2022. – Т. 26, № 2. – С. 329⁠–⁠347. – DOI: 10.22363/2313-2337-2022-26-2-329-347. – URL: https://journals.rudn.ru/law/article/view/31088 (дата обращения: 28.09.2026).
  8. Зуйков А.В. Конституционные ориентиры развития местного самоуправления в единой системе публичной власти / А.В. Зуйков // Государственная власть и местное самоуправление. – 2025. – № 2. – С. 43⁠–⁠47. – DOI: 10.18572/1813-1247-2025-2-43-47. – URL: https://lawinfo.ru/articles/9191/konstitucionnye-orientiry-razvitiya-mestnogo-samoupravleniya-v-edinoi-sisteme-publicnoi-vlasti (дата обращения: 28.09.2026).
  9. Об общих принципах организации местного самоуправления в единой системе публичной власти: Федеральный закон от 20.03.2025 № 33-ФЗ, ред. от 09.04.2026. Текст: электронный // КонсультантПлюс. – 2026. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_501319/ (дата обращения: 27.09.2026).
  10. Волкова Е.И. Местное самоуправление в единой системе публичной власти: эволюция законодательства и правовые новации / Е.И. Волкова, Е.А. Хапсирокова // Пробелы в российском законодательстве. – 2025. – Т. 18, № 4. – С. 53⁠–⁠59. – DOI: 10.33693/2072-3164-2025-18-4-53-59. – URL: https://journals.rcsi.science/2072⁠–⁠3164/article/view/313152 (дата обращения: 28.09.2026).
  11. Тришков А.Р. Законодательные новеллы в системе местного самоуправления / А.Р. Тришков // Право и государственность. – 2025. – № 3 (8). – С. 36⁠–⁠40. – DOI: 10.70569/2949⁠–⁠5725.2025.8.3.005. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/zakonodatelnye-novelly-v-sisteme-mestnogo-samoupravleniya (дата обращения: 27.09.2026).
  12. Шахов А.А. Осторожный разворот: Конституционный Суд РФ о месте местного самоуправления в рамках единой системы публичной власти / А.А. Шахов // Конституционное и муниципальное право. – 2024. – № 3. – С. 29⁠–⁠33. – DOI: 10.18572/1812-3767-2024-3-29-33. – URL: https://lawinfo.ru/articles/5854/ostoroznyi-razvorot-konstitucionnyi-sud-rf-o-meste-mestnogo-samoupravleniya-v-ramkax-edinoi-sistemy-publicnoi-vlasti (дата обращения: 28.09.2026).
  13. Бенедисюк А.Н. Местное самоуправление в единой системе публичной власти: конституционно-правовые основы и правоприменительная практика / А.Н. Бенедисюк // Муниципальное имущество: экономика, право, управление. – 2025. – № 1. – С. 19⁠–⁠21. – DOI: 10.18572/2500-0349-2025-1-19-21. – URL: https://lawinfo.ru/articles/9841/mestnoe-samoupravlenie-v-edinoi-sisteme-publicnoi-vlasti-konstitucionno-pravovye-osnovy-i-pravoprimenitelnaya-praktika (дата обращения: 28.09.2026).
  14. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.05.2026 № 33-П. Текст: электронный // КонсультантПлюс. – 2026. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_534379/ (дата обращения: 27.09.2026).
  15. Аманкаева О.Х. Дихотомия принципов укрепления вертикали власти и самостоятельности местного самоуправления в России / О.Х. Аманкаева, Ю.К. Макеева // Государственная власть и местное самоуправление. – 2026. – № 5. – С. 26⁠–⁠30. – DOI: 10.18572/1813-1247-2026-5-26-30. – URL: https://lawinfo.ru/articles/13882/dixotomiya-principov-ukrepleniya-vertikali-vlasti-i-samostoyatelnosti-mestnogo-samoupravleniya-v-rossii (дата обращения: 27.09.2026).
Проголосовать за статью
Дипломы участников
У данной статьи нет
дипломов