СУБЪЕКТИВНЫЙ ПОРТРЕТ В РАСКРЫТИИ И РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПО «ГОРЯЧИМ СЛЕДАМ»: КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ И ПРАВОВАЯ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ СТАТУСА СПЕЦИАЛИСТА

АННОТАЦИЯ

В статье рассматривается использование субъективного портрета как одной из наиболее оперативных форм применения специальных знаний при раскрытии и расследовании преступлений по «горячим следам». Обосновывается, что в условиях дефицита времени и ограниченности иных источников информации субъективный портрет нередко становится ключевым средством материализации мысленного образа преступника, сохранившегося в памяти очевидца. Анализируются криминалистическое значение субъективных портретов, тактика их составления, роль специалиста экспертно-криминалистического подразделения МВД России, а также правовые коллизии, возникающие в связи с фактическим выполнением сотрудником ЭКП отдельных оперативно-розыскных функций. Формулируются предложения по совершенствованию ведомственного регулирования и уточнению статуса ЭКП в системе оперативно-розыскной деятельности.

ABSTRACT

The article examines the use of a subjective portrait as one of the most operative forms of applying special knowledge in the detection and investigation of crimes in hot pursuit. It is substantiated that under conditions of time deficit and limited alternative sources of information, a subjective portrait often becomes a key means of materializing the mental image of the offender preserved in the memory of an eyewitness. The criminalistic significance of subjective portraits, the tactics of their compilation, the role of a specialist of a forensic unit of the Ministry of Internal Affairs of Russia, as well as legal conflicts arising from the actual performance by forensic specialists of certain operational-search functions are analyzed. Proposals are formulated for improving departmental regulation and clarifying the status of forensic units within the system of operational-search activity.

Ключевые слова: субъективный портрет, горячие следы, специальные знания, ЭКП, ОРД, специалист, отождествление личности, опрос, раскрытие преступлений.

Keywords: subjective portrait, hot pursuit, special knowledge, forensic unit, operational‑search activity, specialist, personal identification, questioning, crime detection.

Раскрытие и расследование преступлений по «горячим следам» представляет собой наиболее динамичный этап правоохранительной деятельности, при котором результативность напрямую зависит от скорости выявления, интерпретации и использования криминалистически значимой информации.

В ряде ситуаций материальные следы преступления либо отсутствуют, либо не позволяют немедленно установить лицо, совершившее деяние. В таких условиях особую ценность приобретает информация, сохранившаяся в памяти очевидцев, а субъективный портрет становится средством ее оперативной визуализации для организации розыска по «горячим следам».

Под субъективным портретом в криминалистике представляется изображение лица либо фигуры человека, изготовленное на основе мысленного образа очевидца, то есть представления о признаках внешности конкретного лица, сформировавшегося в ходе его восприятия и сохранявшегося в памяти [1, с. 7; 2, с. 4]. Данный метод получил широкое применение прежде всего в оперативно-розыскной деятельности, где основной задачей является максимально быстрая визуализация внешности разыскиваемого лица и организация его поиска.

В отечественной криминалистике традиционно выделяются следующие виды субъективных портретов:

– рисованные - штриховые и полутоновые изображения, выполняемые художником;

– рисованно-композиционные - составляемые из типизированных графических элементов;

– фотокомпозиционные - монтируемые из фотофрагментов внешности конкретных, не причастных к делу лиц;

– компьютерные - формируемые с помощью специализированных программ, включая «Фоторобот», PortraitPad, Faces, FotoFit;

– комплексные, или «живые», - создаваемые путем гримирования внешне схожего человека по показаниям очевидца с последующей фото- или видеосъемкой [2, с. 4; 3, с. 211–213].

Наиболее широкое распространение в практике экспертно-криминалистических подразделений МВД России получили компьютерные субъективные портреты, поскольку они позволяют существенно сократить время изготовления и немедленно использовать результат в розыскных ориентировках.

Значение субъективных портретов для раскрытия и расследования преступлений по «горячим следам» обусловлено тем, что следовая картина на первоначальном этапе далеко не всегда содержит достаточный объем информации о личности преступника. В этих случаях субъективное отражение внешнего облика преступника в памяти очевидца становится единственным оперативно доступным источником сведений, пригодных для розыска.

Технология составления субъективного портрета предполагает обязательное участие специалиста. В проанализированных материалах уголовных дел в большинстве случаев таким специалистом является сотрудник экспертно-криминалистического подразделения МВД России. Его основная функция состоит в анализе показаний очевидца, уточнении воспринятых признаков внешности, а также в непосредственной работе с программными средствами либо в ручном изготовлении портрета. Как отмечается в научной литературе, взаимодействие специалистов ЭКП с оперативными сотрудниками, следователями или дознавателями в процессе использования субъективного портрета, а также владение методом описания и распознавания личности «позволяют более успешно выполнять оперативно-розыскные задачи и гарантировать уменьшение ошибок при опознании, задержании и аресте предполагаемых преступников» [4, с. 189].

Порядок работы специалиста при составлении субъективного портрета по «горячим следам», как правило, включает следующие этапы:

1. Предварительная беседа с очевидцем, установление психологического контакта, выяснение условий наблюдения.

2. Получение общего впечатления о внешности разыскиваемого лица.

3. Последовательное уточнение отдельных элементов внешности, прежде всего признаков лица.

4. Подбор и компоновка элементов с использованием специальной программы либо посредством рисунка.

5. Корректировка итогового изображения по замечаниям очевидца.

6. Оформление и незамедлительное распространение портрета в виде розыскной ориентировки.

Существенное значение имеет психологический аспект общения специалиста с очевидцем. Качество итогового портрета во многом определяется способностью специалиста установить доверительный контакт, поскольку человек воспринимает внешний облик целостно, тогда как методика составления портрета требует поэлементной детализации, и преодоление этого противоречия возможно лишь при грамотно выстроенной беседе [5, с. 25–32].

Тем не менее, на практике процесс составления субъективного портрета сопряжен с рядом проблем, которые оказывают существенное негативное влияние на его эффективность в условиях работы по «горячим следам». К ним относятся недостаточная кадровая обеспеченность подразделений специалистами соответствующего профиля, использование устаревших программных средств, а также низкое качество первичного описания внешности преступника, получаемого оперативными сотрудниками до прибытия специалиста ЭКП [6, с. 142–150].

Эти недостатки оказывают прямое влияние на результативность последующего розыска, поскольку любая ошибка или неполнота в исходном мысленном образе очевидца воспроизводится в создаваемом портрете и затрудняет ориентирование нарядов и иных субъектов поиска. Поэтому субъективный портрет следует рассматривать не как второстепенный иллюстративный материал, а как самостоятельное оперативно значимое средство информационного обеспечения розыска.

Наиболее значимая проблема, по мнению автора, связана с правовым статусом сотрудника экспертно-криминалистического подразделения МВД России, выступающего в качестве специалиста при составлении субъективного портрета в рамках оперативно-розыскной деятельности. Приказ МВД России от 11 января 2009 г. № 7 прямо предусматривает изготовление субъективных портретов как один из основных видов участия сотрудников экспертно-криминалистических подразделений в оперативно-розыскной деятельности [7].

Вместе с тем в процессе составления субъективного портрета специалист экспертно-криминалистического подразделения фактически осуществляет опрос очевидца, а в ряде случаев и действия по отождествлению личности, например при предъявлении фотографий из учетов. Оба этих действия по своей сущности корреспондируют оперативно-розыскным мероприятиям, предусмотренным статьей 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» [8].

Одновременно приказ МВД России от 19 июня 2012 г. № 608, устанавливающий перечень подразделений, уполномоченных на проведение оперативно-розыскной деятельности, не относит экспертно-криминалистические подразделения к субъектам оперативно-розыскной деятельности [9]. Следовательно, складывается правовая коллизия: специалист ЭКП фактически выполняет функции, имеющие характер самостоятельных оперативно-розыскных действий, но не обладает надлежащим нормативным статусом для их самостоятельного осуществления.

Указанная ситуация создает правовую неопределенность и потенциально способна повлечь оспаривание законности сведений, полученных с использованием субъективного портрета, особенно в случаях, когда результаты таких действий стали основанием для последующих процессуальных решений.

Проведенный выше анализ позволяет сделать вывод о криминалистической обоснованности и практической необходимости участия сотрудников ЭКП в изготовлении субъективных портретов при раскрытии и расследовании преступлений по «горячим следам». Однако такая деятельность нуждается в более четкой законодательной и ведомственной регламентации.

По мнению автора, обоснованным представляется приведение в соответствие правового статуса сотрудников экспертно-криминалистических подразделений МВД России с функциями, выполняемыми ими в практической деятельности, а именно с участием в оперативно-розыскной деятельности, что потребует внесения изменений в ведомственное правовое регулирование.

Таким образом, субъективный портрет является одной из наиболее оперативных и практически значимых форм использования специальных знаний при раскрытии и расследовании преступлений по «горячим следам». Его ценность проявляется в способности быстро преобразовать сохранившийся в памяти очевидца образ преступника в ориентирующую информацию, пригодную для немедленного розыска.

Вместе с тем высокая криминалистическая эффективность субъективных портретов не сопровождается достаточной определенностью правового статуса сотрудника ЭКП, который фактически выполняет отдельные оперативно-розыскные функции. Устранение данной коллизии требует системного совершенствования ведомственного регулирования, что позволит обеспечить не только практическую эффективность, но и надлежащую юридическую легитимность использования субъективных портретов в деятельности по раскрытию и расследованию преступлений по «горячим следам».

Список литературы:

1. Изготовление и использование субъективных портретов с целью розыска неустановленных преступников: метод. рекомендации / под ред. В. А. Снеткова. – М. : ГУ ЭКЦ МВД России, 2008. – 28 с.
2. Зинин, А. М. Субъективный портрет : курс лекций / А. М. Зинин. – М. : Щит-М, 2011. – 160 с.
3. Шхагапсоев, З. Л. Основы теории и практическое использование субъективных портретов / З. Л. Шхагапсоев, В. А. Гаузхаева // Криминалистика. – 2018. – № 2. – С. 211–213.
4. Полянова, Ж. А. Вопросы взаимодействия экспертно-криминалистических подразделений системы МВД России с инициаторами изготовления субъективных портретов / Ж. А. Полянова, И. И. Черкашина // Энциклопедия судебной экспертизы. – 2018. – № 4(19). – С. 183–190.
5. Диденко, О. А. Оптимизация процесса составления субъективного портрета / О. А. Диденко, Л. Ю. Захарова // Уголовное судопроизводство: проблемы теории и практики. – 2017. – № 3. – С. 25–32.
6. Мажорова, О. В. Актуальные проблемы производства портретных экспертиз и составления субъективных портретов в ЭКЦ УМВД России по Астраханской области / О. В. Мажорова // Теория и практика судебной экспертизы. – 2018. – № 4(19). – С. 142–150.
7. Об утверждении Наставления по организации экспертно-криминалистической деятельности в системе МВД России : приказ МВД России от 11.01.2009 № 7 (ред. от 27.11.2019). – URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=EXP&n=451495  (дата обращения: 05.10.2024).
8. Об оперативно-розыскной деятельности : Федеральный закон от 12.08.1995 № 144-ФЗ // Собрание законодательства РФ. – 1995. – № 33. – Ст. 3349.
9. О некоторых вопросах организации оперативно-розыскной деятельности в системе МВД России : приказ МВД РФ от 19 июня 2012 г. № 608 // ГАРАНТ : информ.-правовой портал. – URL: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/70107986/  (дата обращения: 16.06.2026).