ЭТАПЫ СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ТРУДОПРАВОВЫХ ОТНОШЕНИЙ НА БЕЛОРУССКИХ ЗЕМЛЯХ

STAGES OF FORMATION AND DEVELOPMENT OF LABOR LAW RELATIONS IN THE BELARUSIAN LANDS

Borisova Anastasia Sergeevna

4th year student of the Faculty of Law, Belarusian State University of Economics, Republic of Belarus, Minsk

АННОТАЦИЯ

Цель исследования состоит в выделении основных этапов становления и развития трудоправовых отношений на белорусских землях, определении их хронологических рамок, нормативных источников и отличительных признаков. В работе использованы историко-правовой, формально-юридический, сравнительно-правовой и системный методы исследования; проведен анализ нормативных первоисточников, включая Русскую Правду, Статуты Великого Княжества Литовского (далее – ВКЛ), Кодекс законов о труде БССР 1929 г. (далее – КЗоТ БССР) и Трудовой кодекс Республики Беларусь, а также научной литературы по теме. В результате предложена авторская периодизация становления и развития трудоправовых отношений на белорусских землях, включающая пять основных этапов. Сделан вывод о том, что развитие трудоправовых отношений на белорусских землях представляет собой последовательную смену правовых моделей труда, а обращение к нормативным первоисточникам позволяет обосновать преемственность между ранними формами регулирования труда и современным трудовым правом Республики Беларусь.

ABSTRACT

The purpose of the study is to identify the main stages of the formation and development of labor law relations in the Belarusian lands, to determine their chronological framework, regulatory sources and distinctive features. The work uses historical-legal, formal-legal, comparative-legal and systematic research methods; the analysis of normative primary sources, including the Russian Truth, the Statutes of the Grand Duchy of Lithuania (hereinafter referred to as the CCL), the Labor Code of the BSSR of 1929 (hereinafter referred to as the Labor Code of the BSSR) and the Labor Code of the Republic of Belarus, as well as scientific literature on the topic. As a result, the author's periodization of the formation and development of labor law relations in the Belarusian lands is proposed, including five main stages. It is concluded that the development of labor law relations on the Belarusian lands represents a consistent change in legal models of labor, and an appeal to normative primary sources allows us to substantiate the continuity between early forms of labor regulation and modern labor law of the Republic of Belarus.

Ключевые слова: трудоправовые отношения; история трудового права; белорусские земли; Русская Правда; Статуты ВКЛ; Кодекс законов о труде БССР; Трудовой кодекс Республики Беларусь; периодизация.

Keywords: labor law relations; history of labor law; Belarusian lands; Russian Truth; Statutes of the BSSR; Labor Code of the BSSR; Labor Code of the Republic of Belarus; periodization.

Актуальность исследования обусловлена необходимостью комплексного осмысления становления и развития трудоправовых отношений на белорусских землях, поскольку в научной литературе данный процесс нередко рассматривается фрагментарно и преимущественно применительно к советскому периоду.

Проблема исследования состоит в том, что становление трудоправовых отношений на белорусских землях редко анализируется как единый процесс, основанный на смене исторических этапов, различающихся по характеру труда, степени свободы работника, роли государства и видам нормативных источников.

В связи с этим представляется целесообразным рассматривать развитие трудоправовых отношений не как совокупность разрозненных историко-правовых фактов, а как последовательную смену этапов, каждый из которых имеет собственные хронологические рамки, источниковую базу и отличительные признаки. Такой подход позволяет более точно выявить внутреннюю логику эволюции правового регулирования труда на белорусских землях и проследить переход от ранних зависимых форм труда к современному кодифицированному трудовому праву.

Исходя из этого, первым этапом следует считать древнерусский период (IX–XIII вв.), в рамках которого труд еще не выделяется в самостоятельный объект правового регулирования. Его юридическая природа определяется через имущественное положение лица, степень зависимости и включенность в хозяйственную власть другого субъекта. Правовое регулирование касается не столько труда как такового, сколько статуса лица, исполняющего определенные обязанности [1, с. 14–16].

Ключевым первоисточником для характеристики данного этапа является Русская Правда [2]. Особое значение имеют статьи Пространной редакции, посвященные закупам. Например, в статье 56 указывается: «Если закуп убежит от господина, то становится обельным (холопом); если уйдет на поиски денег, притом открыто, или убежит ко князю или судьям из-за обиды, нанесенной ему господином, то за это его не порабощать, но дать ему управу по закону». В последующих статьях определяется имущественная ответственность закупа и пределы власти господина: «Если у господина (будет) пашенный закуп и погубит (тот) хозяйского коня, то (он) не платит ему (т. е. господину); но если господин дал ему плуг и борону, взимая от него платежи в счет купы, то (закуп), погубив их (т. е. плуг и борону), платит; если же господин отошлет его на свою работу, а без него (конь) погибнет, то за это ему (т. е. закупу) не платить» (ст. 57), «Если (коня) выведут из хлева, то закупу за него не платить; но если же погубит (его) на поле, или в двор не введет и не запрет, где ему велит господин, или погубит во время своей собственной работы, то за это ему платить» (ст. 58). Указанные положения закрепляют последствия бегства закупа, основания его обращения в холопство, пределы имущественной ответственности, а также случаи защиты закупа от злоупотреблений со стороны господина, что позволяет рассматривать закупничество как форму полузависимого труда, стоящую между личной свободой и полной зависимостью [2, с. 128–129].

Важно подчеркнуть, что данный этап нельзя считать началом трудового права в строгом смысле слова. Однако именно здесь формируются базовые правовые модели, в рамках которых труд связывается с личной обязанностью, хозяйственным подчинением и ограниченной правоспособностью исполнителя. Следовательно, значение первого этапа состоит не в наличии трудового законодательства, а в формировании исторических предпосылок правового регулирования труда.

Второй этап связан с правовым развитием белорусских земель в составе Великого Княжества Литовского и охватывает период XVI–XVIII вв. Его источниковую основу составляют прежде всего Статуты ВКЛ 1529, 1566 и 1588 гг. Данные акты не создавали трудового права как самостоятельной отрасли, однако содержали нормы, имеющие значение для истории найма, служебных обязанностей, зависимого труда и оплаты работы. Значение статутного этапа заключается не просто в том, что в правовых памятниках встречаются отдельные упоминания о труде. Более существенно то, что право начинает вмешиваться в конкретные условия исполнения работы и в отдельные элементы оплаты труда. В частности, стоит отметить наличие в Статуте 1529 г. норм, применимых к случаям, когда условия найма заранее не были согласованы сторонами: «Также желаем и устанавливаем и на вечные времена должно быть сохранено, что все наш и подданные, как бедные, так и богатые, какого бы сословия и положения они ни были, равно и одинаково должны быть судимы по этим писаным законам» (р. 1, арт. 9) [3, c. 34]. Это свидетельствует о развитии более сложной правовой модели, чем та, которая была характерна для древнерусского периода.

Вместе с тем второй этап не означает движения к свободному рынку труда. Напротив, он сочетает расширение нормативного регулирования с усилением крепостнических тенденций и ограничением свободы перехода зависимого населения. В этом проявляется его внутренняя противоречивость: право развивается, но не в направлении свободы труда, а в направлении упорядочения сословно-зависимых форм его организации [4, с. 197].

Следовательно, отличительной чертой статутного этапа является соединение двух процессов: усложнение правовых механизмов, связанных с трудом, и одновременное сохранение несвободной социальной структуры. Именно это позволяет выделить его как самостоятельный этап, а не просто как продолжение древнерусской традиции.

Третий этап охватывает XIX – начало XX в. и связан с переходом к качественно иной модели регулирования труда. В этот период на белорусских землях, входивших в состав Российской империи, распространяется фабрично-заводское законодательство, ориентированное уже не на зависимый статус лица, а на регулирование массового наемного труда. На взгляд автора, именно этот этап является переломным. Если на предшествующих стадиях труд регулировался через зависимость, службу или локальные формы найма, то теперь он постепенно начинает восприниматься как самостоятельный объект государственного регулирования. Появляются специальные нормы о продолжительности рабочего времени, использовании труда женщин и несовершеннолетних, а также основы надзора за условиями труда.

Принципиально важно, что начало XX в. нельзя сводить исключительно к революционным событиям 1917 г. Для развития трудоправовых отношений существенное значение имели и результаты революции 1905–1907 гг. Именно в этот период усиливается рабочее движение, возрастает значение коллективных форм защиты интересов работников, получают развитие профсоюзные структуры и более отчетливо проявляется социальная природа трудового конфликта. С научной точки зрения игнорирование этого рубежа и переход сразу к 1917 г. искусственно разрывает логику развития трудовых отношений. Поэтому третий этап следует представлять как период, в течение которого складываются предпосылки собственно трудового законодательства: наемный труд становится массовым, государство начинает активно вмешиваться в сферу труда, а сами работники переходят от индивидуальной зависимости к коллективным формам отстаивания своих интересов.

Четвертый этап приходится на советский период и знаменует собой окончательное оформление трудового права как самостоятельной отрасли (1918–1991 гг.). Если предыдущий этап лишь подготавливал основы специального регулирования труда, то советская модель выстраивает уже целостную и кодифицированную систему трудового законодательства.

Ключевое значение для белорусских земель имеет Кодекс законов о труде Белорусской ССР 1929 г., утверждённый постановлением ЦИК БССР и СНК БССР от 27 июля 1929 г. [5]. Уже сама структура Кодекса показывает переход к системному подходу в регулировании труда: в отдельных разделах закрепляются общие положения, порядок заключения и прекращения трудового договора, нормы о рабочем времени и времени отдыха, правила внутреннего распорядка и дисциплинарной ответственности, охрана труда и другие институты. Отличительная особенность четвертого этапа состоит в двойственной природе советского трудового права. С одной стороны, оно закрепляет развернутую систему социальных гарантий и подчеркивает особую общественную ценность труда. С другой стороны, данное регулирование строится в условиях жесткой централизации и доминирования публично-правовых начал над договорной свободой сторон. Эта двойственность и составляет главный аналитический вывод по советскому этапу.

Завершение данного периода связано с дальнейшей систематизацией законодательства, выразившейся, в частности, в принятии КЗоТ Белорусской ССР 1972 г. [6]. Следовательно, советский этап можно определить как период кодификации и институционального завершения трудового права на белорусских землях.

Пятый этап начинается с 1990 г. и связан с формированием трудового права суверенной Республики Беларусь, то есть охватывает период от начала государственно‑правовых преобразований конца XX в. и по настоящее время. Его специфика определяется тем, что правовое регулирование труда начинает развиваться в условиях независимого государства, перехода к рыночной экономике и изменения форм собственности [7, с. 22].

Важнейшее значение на этом этапе имели первые законодательные акты 1990–1991 гг.: законы о собственности, предприятиях, аренде, предпринимательстве, занятости населения и индексации доходов. Их нельзя рассматривать как периферийные документы. Напротив, именно они показывают, что реформа трудового законодательства в Беларуси началась не с принятия Трудового кодекса 1999 г., а с более раннего пересмотра экономических и социальных основ труда [8, с. 25–27].

С аналитической точки зрения пятый этап интересен тем, что он не отрицает полностью советское наследие, а перерабатывает его. Отсюда возникает сочетание преемственности и обновления: сохраняется кодифицированная форма трудового законодательства, но изменяется содержание правового регулирования, возрастает значение договорных начал, трансформируется роль нанимателя и усиливается влияние рыночных факторов на организацию труда. Итогом данного этапа стало принятие Трудового кодекса Республики Беларусь 1999 г., которое завершило формирование национальной модели кодифицированного трудового права. Следовательно, пятый этап следует рассматривать как стадию перехода от советской отраслевой модели к самостоятельной системе трудового права независимого белорусского государства [9].

Проведенный анализ позволяет предложить следующую периодизацию становления и развития трудоправовых отношений на белорусских землях:

1) этап зависимого и полузависимого труда в древнерусский период (IX–XIII вв.);

2) статутный период (XVI–XVIII вв.);

3) этап становления специального законодательства о труде (XIX–начало XX в.);

4) этап кодификации трудовых отношений (1918–1991 гг.);

5) этап формирования национальной модели трудового права Республики Беларусь (конец XX в. – по настоящее время).

Данная периодизация показывает, что смена этапов определялась не просто хронологией политической истории, а изменением самого типа правового регулирования труда. В одних случаях труд выступал как часть личной зависимости, в других – как предмет найма, в третьих – как объект специального законодательства, в четвертых – как элемент кодифицированной отрасли права.

Именно в этом и заключается собственный исследовательский результат в статье: развитие трудоправовых отношений на белорусских землях предлагается представлять как последовательную смену правовых моделей труда, а не как простую сумму разрозненных исторических фактов.

Обращение к нормативным первоисточникам – Русской Правде, Статутам ВКЛ, КЗоТ БССР 1929 г. и Трудовому кодексу Республики Беларусь – позволяет выявить реальные изменения в характере труда и способах его правового оформления.

Таким образом, современное трудовое право Республики Беларусь является итогом длительной исторической эволюции, в рамках которой менялись основания зависимости работника, формы найма, степень вмешательства государства и роль кодифицированного законодательства. Именно эта логика позволяет наиболее полно раскрыть становление и развитие трудоправовых отношений на белорусских землях.

Список литературы:

1. Томашевский К.Л. Очерки трудового права (история, философия, проблемы систем и источников): монография. – Мн.: Изд. центр БГУ, 2009. – 335 с.
2. Русская Правда: Пространная редакция // Памятники русского права / под ред. С.В. Юшкова. – М.: Госюриздат, 1952. – 287 с.
3. Статут Великого княжества Литовского 1529 года / под ред. К.И. Яблонскиса. – Мн.: Издательство Академии наук БССР, 1960. – 253 с.
4. Кривой В.И. О национальной гордости за создание Трудового кодекса – базиса истории современного трудового права Беларуси // Вестник Академии МВД Республики Беларусь. – 2012. – № 1. – С. 197–199.
5. Кодэкс законаў аб працы БССР: пастанова ЦВК і СНК БССР ад 27 ліпеня 1929 г. № 307. – Мінск: Дзярж. выд-ва БССР, 1929. – 156 с.
6. Кодэкс законаў аб працы Беларускай ССР 1972 г.: пастанова Вярхоўнага Савета БССР ад 28 чэрвеня 1972 г. – Мінск: Выд-ва «Праца», 1972. – 224 с.
7. Гущин И.В. Трудовое право Республики Беларусь: учеб.-метод. комплекс. – Гродно: ГрГУ, 2004. – 333 с.
8. Ковалева Е.А. История трудового права суверенной Республики Беларусь: первые законодательные акты (1990–1991) // Известия Гомельского государственного университета имени Ф. Скорины. – 2012. – № 3(72). – С. 22–28.
9. Трудовой кодекс Республики Беларусь от 26 июля 1999 г. № 296-З. – Минск: Нац. центр правовой информ. Республики Беларусь, 1999. – 143 с.