ПОРЯДОК И ОСОБЕННОСТИ ОБРАЩЕНИЯ ВЗЫСКАНИЯ НА ДЕНЕЖНЫЕ СРЕДСТВА, НАХОДЯЩИЕСЯ НА СЧЕТАХ В КРЕДИТНЫХ УЧРЕЖДЕНИЯХ

PROCEDURE AND FEATURES OF COLLECTING FUNDS IN ACCOUNTS WITH CREDIT INSTITUTIONS

Evgeny Sergeevich Korolev

Student, Federal State Budgetary Educational Institution of Higher Education "V.M. Lebedev Russian State University of Justice,"

Russia, Krasnodar

АННОТАЦИЯ

В статье исследуется порядок и особенности обращения взыскания на денежные средства, находящиеся на счетах в кредитных учреждениях в Российской Федерации. Рассматриваются нормативные основания применения данной меры принудительного исполнения, анализируются полномочия судебного пристава-исполнителя и обязанности кредитных организаций при исполнении исполнительных документов. Особое внимание уделяется проблемам разграничения ареста денежных средств и обращения взыскания, соблюдению очередности списания, защите социально значимых доходов должника, а также правовому режиму специальных банковских счетов.

ABSTRACT

This article examines the procedure and specifics of foreclosure on funds held in accounts at credit institutions in the Russian Federation. It examines the regulatory basis for this enforcement measure, analyzes the powers of the bailiff, and examines the obligations of credit institutions when enforcing writs of execution. Particular attention is paid to the distinction between the seizure of funds and foreclosure, compliance with the order of write-offs, the protection of socially significant income of the debtor, and the legal status of special bank accounts.

Ключевые слова: исполнительное производство, обращение взыскания, денежные средства, банковский счет, кредитная организация

Keywords: enforcement proceedings, foreclosure, funds, bank account, credit institution.

Актуальность исследования порядка и особенностей обращения взыскания на денежные средства, находящиеся на счетах в кредитных учреждениях в Российской Федерации, обусловлена тем, что именно денежные средства на банковских счетах в современной имущественной сфере выступают наиболее ликвидным, быстро идентифицируемым и практически значимым объектом принудительного исполнения. Данная категория исполнительных действий находится на стыке гражданского, банковского, процессуального и исполнительного права, что придает ей межотраслевой характер и делает ее особенно чувствительной к любым законодательным изменениям и коллизиям правоприменения. Нормативную основу рассматриваемого института образуют прежде всего положения Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», включая статьи 70–72.1, регулирующие обращение взыскания на денежные средства на счетах, во вкладах, в иностранной валюте, а также на специальные виды счетов; при этом по состоянию на май 2026 года действует редакция данного закона с изменениями от 25 апреля 2026 года.[6] Существенное значение имеют также статья 855 Гражданского кодекса Российской Федерации об очередности списания денежных средств со счета, статья 857 Гражданского кодекса Российской Федерации [7] и статья 26 Закона о банках и банковской деятельности[8], закрепляющие режим банковской тайны, а также разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 в редакции от 19 ноября 2024 года[9].

Цель исследования состоит в комплексном теоретико-правовом и прикладном анализе порядка обращения взыскания на денежные средства, находящиеся на счетах в кредитных учреждениях в Российской Федерации, с выявлением особенностей правового режима таких денежных средств, установлением проблемных аспектов взаимодействия судебного пристава-исполнителя, взыскателя, должника и кредитной организации, а также с формулированием выводов о направлениях совершенствования законодательства и практики его применения.

Среди ученых, внесших заметный вклад в разработку проблем исполнительного производства и смежных с ним вопросов обращения взыскания на имущество и денежные средства должника, традиционно выделяются О. В. Исаенкова, С. Ф. Афанасьев, М. В. Филимонова, В. Ф. Борисова, М. Л. Гальперин. Их труды посвящены как общей характеристике исполнительного производства, так и вопросам ответственности, структуры исполнительных правоотношений и эффективности механизмов принудительного исполнения. В сфере банковского права и правового режима банковских счетов существенное значение имеют исследования Л. Г. Ефимовой, А. Г. Братко, Д. Г. Алексеевой, В. С. Белых и других авторов, рассматривающих банковский счет, банковскую тайну, обязанности кредитной организации и пределы ее публично-правового участия в исполнении требований исполнительных документов.

Порядок и особенности обращения взыскания на денежные средства, находящиеся на счетах в кредитных учреждениях в Российской Федерации, относятся к числу наиболее practically значимых и одновременно наиболее сложных институтов исполнительного производства, поскольку именно безналичные денежные средства являются наиболее ликвидным активом должника и в современных экономических условиях чаще всего выступают первым объектом принудительного исполнения. Нормативное ядро данного механизма образуют положения Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», прежде всего статьи 69–72.1 [6], а также взаимосвязанные нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об очередности списания денежных средств со счета, правила о банковской тайне и специальные гарантии защиты отдельных видов доходов должника. По состоянию на май 2026 года именно эта совокупность норм определяет юридическую модель принудительного списания средств со счетов в банках и иных кредитных организациях, включая случаи взыскания по рублевым счетам, счетам в иностранной валюте, номинальным счетам, залоговым счетам и отдельным специальным банковским конструкциям [1, c. 16].

Сущность данного института состоит в том, что государство в лице судебного пристава-исполнителя обеспечивает реальное исполнение судебного акта или иного исполнительного документа не путем непосредственного изъятия наличности, а через юридически обязательное воздействие на кредитную организацию, которая обслуживает счета должника. Иначе говоря, фактическое исполнение совершается банком, но правовое основание, объем и пределы исполнения определяются публично-правовым актом органа принудительного исполнения либо непосредственно исполнительным документом в предусмотренных законом случаях. Именно эта двойственная природа делает рассматриваемую процедуру межотраслевой: она одновременно подчиняется логике исполнительного производства, банковского обслуживания и гражданско-правового режима счета. В научном плане это означает, что обращение взыскания на денежные средства нельзя рассматривать как техническую банковскую операцию; по своей природе это форма публичного вмешательства в сферу частного имущественного оборота, допустимая лишь при строгом соблюдении законных процедур и гарантий.

Законодательный порядок обращения взыскания выстраивается поэтапно. Первоначально судебный пристав-исполнитель возбуждает исполнительное производство и устанавливает срок для добровольного исполнения, если закон не предусматривает немедленного применения мер принудительного характера. При отсутствии добровольного исполнения пристав вправе вынести постановление об обращении взыскания на денежные средства должника, находящиеся в банке или иной кредитной организации. После поступления соответствующего акта банк обязан идентифицировать счета должника, определить правовой режим находящихся на них средств и исполнить предписание в пределах суммы задолженности с учетом законодательных ограничений. При этом следует различать арест денежных средств и собственно обращение взыскания. Арест представляет собой обеспечительную меру, направленную на блокирование расходных операций и сохранение имущественной массы должника, тогда как обращение взыскания влечет непосредственное списание средств в пользу взыскателя либо на депозитный счет подразделения судебных приставов для последующего распределения. Непонимание этой разницы нередко порождает как банковские ошибки, так и судебные споры о правомерности действий пристава и кредитной организации [2, c. 882].

Особое значение имеет вопрос о том, каким образом пристав получает информацию о счетах должника и насколько глубоко допустимо вмешательство в сферу банковской тайны. Правовой режим банковской тайны в российском праве строится не как абсолютный запрет на раскрытие сведений, а как режим их ограниченного предоставления строго определенным субъектам и в четко установленных законом случаях. Из этого следует, что предоставление банком сведений судебному приставу-исполнителю не нарушает само по себе режим банковской тайны, если осуществляется в пределах компетенции органа принудительного исполнения и в предусмотренной законом процедуре. Однако на практике именно на этой стадии возникают две противоположные деформации: либо банк чрезмерно расширительно трактует свои обязанности и блокирует больше средств, чем допускает закон, либо, напротив, стремится формально сузить объем раскрываемых сведений, осложняя реальность исполнения. Следовательно, банковская тайна в рассматриваемом институте выступает не препятствием для взыскания, а юридическим фильтром, не позволяющим превращать исполнительное производство в произвольное вмешательство в финансовую сферу должника [3, c. 116].

Важнейшей особенностью обращения взыскания на денежные средства на банковских счетах является необходимость разграничивать денежные средства как объект гражданских прав и отдельные виды доходов, обладающие специальным социальным или целевым назначением. Формально деньги на счете существуют как единая обезличенная сумма, однако законодатель исходит из того, что не всякая сумма, зачисленная на счет, утрачивает свою правовую природу и становится свободным объектом взыскания. Статья 101 Федерального закона «Об исполнительном производстве» закрепляет перечень доходов, на которые взыскание не допускается, включая ряд социальных выплат, компенсационных сумм и иных защищенных поступлений.[6] Именно поэтому современная модель исполнения требует учитывать не только наличие денег на счете, но и их происхождение, кодирование и правовой режим. В этом проявляется принципиальный отход от прежнего формального подхода, при котором все поступившие на счет суммы нередко рассматривались как одинаково доступные для списания [4, c. 171].

Одним из наиболее существенных этапов развития российского законодательства в данной сфере стало введение механизма сохранения прожиточного минимума должнику-гражданину. Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 23 июня 2022 года № 26-П подтвердил конституционно-правовой смысл регулирования, согласно которому должник вправе претендовать на сохранение ежемесячного дохода в размере прожиточного минимума, а при наличии иждивенцев – добиваться судебной защиты и в большем объеме.[10] В развитие этих подходов в практике исполнительного производства и банковского исполнения закреплен порядок расчета суммы денежных средств на счете, на которую может быть обращено взыскание либо наложен арест, с учетом статей 99 и 101 Закона об исполнительном производстве.[6] Это означает, что современное российское право в данной части окончательно отказалось от идеи тотального списания всех доступных денег и перешло к модели ограниченного взыскания, сочетающей интерес взыскателя с минимальными социальными гарантиями должника.

Дополнительный масштаб проблематики становится очевидным, если соотнести ее с общим состоянием банковского сектора. По данным Банка России, за 2024 год банки привлекли почти 12 триллионов рублей средств граждан, что на 26,1 процента выше уровня 2023 года, а общий объем средств физических лиц в банковской системе к концу 2024 года составил 57,5 триллиона рублей. Банк России также указывает, что в пассивах банковского сектора преобладают средства клиентов – компаний и физических лиц, а отношение активов банков к валовому внутреннему продукту России составляет около 90 процентов. Для темы обращения взыскания это имеет принципиальное значение: чем выше степень «банковизации» доходов и расчетов, тем чаще исполнение имущественных требований будет происходить именно через обращение взыскания на счета, а не через реализацию вещей или иного имущества должника. Иначе говоря, банковский счет становится центральной точкой пересечения частного оборота и государственного принуждения.

Не менее значимой является проблема соотношения интересов взыскателя и должника в ситуации множественности счетов и распределенности денежных потоков. В условиях, когда гражданин или организация может использовать одновременно несколько банков, электронные платежные инструменты и разные режимы поступления средств, эффективность исполнения начинает зависеть от скорости и полноты межбанковского информационного взаимодействия. Однако чрезмерное усиление этой скорости без должных фильтров повышает риск массового автоматического списания средств без необходимой правовой дифференциации. Следовательно, современный вектор развития законодательства должен заключаться не просто в ускорении электронного взыскания, а в интеллектуализации исполнения, то есть в создании таких процедур и алгоритмов, которые одновременно обеспечивают быстроту поиска активов и юридически корректное различение защищенных и незащищенных сумм [5, c. 76].

Таким образом, обращение взыскания на денежные средства, находящиеся на счетах в кредитных учреждениях в Российской Федерации, представляет собой сложный межотраслевой институт, в котором эффективность исполнения зависит не только от полномочий судебного пристава-исполнителя и технической способности банка произвести списание, но и от точного учета правовой природы денежных поступлений, режима конкретного счета, правил очередности списания и конституционно значимых социальных гарантий должника. Современное развитие законодательства и судебной практики показывает движение от упрощенной модели «обнаружить и списать» к более сложной модели правомерного и дифференцированного взыскания.

Список литературы:

1. Гузь К.О. Правовые проблемы обращения взыскания на денежные средства должника при исполнении судебных актов и актов иных органов / К.О. Гузь, М.И. Галюкова // Вестник Челябинского государственного университета. Серия: Право. – 2022. – Т. 6, № 1. – С. 14-17.
2. Осадчая Е.В. Обращение взыскания на электронные денежные средства: вопросы теории и практики / Е.В. Осадчая // Право и государство: теория и практика. – 2022. – № 10. – С. 881-885.
3. Синявина Д.А. Ограничение прав владельца банковского счета при аресте денежных средств: проблемы полного и частичного прекращения операций / Д.А. Синявина // Право и государство: теория и практика. – 2025. – № 10. – С. 114-127.
4. Тагаев А.А. Реализация права гражданина на сохранение прожиточного минимума в рамках исполнительного производства / А.А. Тагаев // Образование и право. – 2025. – № 1. – С. 168-174.
5. Цинделиани И.А. Рассмотрение споров с участием банков при исполнении ими требований исполнительных документов / И.А. Цинделиани, Т.Д. Садовская, Ж.Г. Попкова, Е.Г. Игнатьева // Правосудие / Justice. – 2024. – Т. 6, № 1. – С. 74-98.
6. Федеральный закон от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» /URL:   https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_71450/?ysclid=mp8dm2rql7944607730 (дата обращения 16.05.2026)
7. Гражданский кодекс Российской Федерации часть 1 ГК РФ ч.1 от 21.10.1994 N 190-ФЗ  /URL: https://base.garant.ru/10164072/  (дата обращения 16.05.2026)
8. Федеральный Закон «О банках и банковской деятельности» от 02.12.1990 N 395-ФЗ  /URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_5842/?ysclid=mp8drxil2426357375   (дата обращения 16.05.2026)
9. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 (в ред. от 19 ноября 2024 года) /URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_189010/?ysclid=mp8dsy0l7q402191567  (дата обращения 16.05.2026)
10. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23 июня 2022 года № 26-П /URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_420185/?ysclid=mp8dtuj91d647446864  (дата обращения)