НЕДОПУСТИМЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

INADMISSIBLE EVIDENCE IN CRIMINAL PROCEEDIN

Chertykova Darya Vasilyevna

Bachelor's Degree Student Ural Institute of Management - Branch of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration

Russia, Yekaterinburg

Доказательства являются ключевым звеном уголовного процесса, они должны обладать следующими свойствами: допустимость, относимость и достоверность, при оценке и совокупности они являются достаточными для разрешения уголовного дела. Согласно статье 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ), недопустимыми признаются доказательства, полученные с нарушением требований закона [1]. Это означает, что такие доказательства не могут использоваться при доказывании по уголовному делу и не имеют юридической силы. Данное положение играет важную роль в уголовном процессе, поскольку направлено на обеспечение законности, защиту прав и свобод человека, а также на предотвращение использования незаконных методов при сборе доказательств. В современном уголовном судопроизводстве вопрос допустимости доказательств имеет особое значение. Насколько законно и правильно были получены доказательства, во многом зависит справедливость итогового судебного решения, поэтому проблема применения недопустимых доказательств является актуальной темой.  Доказательства могут быть признаны недопустимыми в ходе следственных действий или судебного заседания судом, следователем, дознавателем по собственной инициативе, а так же путем подачи ходатайства об их исключении стороной защиты. [1]. При признании доказательства недопустимым, оно теряет юридическую силу и не может быть положено в основу судебного приговора или решения. [1]

Проблему использования недопустимых доказательств изучил Р.В. Костенко. Он считает, что это во многом объясняется отсутствием чётких критериев разграничения допустимых и недопустимых доказательств, что приводит к расширительному толкованию ст. 75 УПК РФ. Допустимость доказательств должна оцениваться через систему из четырёх обязательных условий: надлежащий источник, надлежащий субъект, установленная законом процессуальная форма и соблюдение порядка проведения процессуального действия. Нарушение первых трёх условий носит неустранимый характер и должно, влечь признание доказательства недопустимым, поскольку ставит под сомнение его достоверность и законность получения. Игнорирование таких нарушений, как отсутствие защитника при даче показаний или несоблюдение процессуальной формы, противоречит не только требованиям закона, но и теоретическим положениям о природе доказательств. Автор подчёркивает, что именно соблюдение процессуальной формы является гарантией достоверности доказательственной информации, а её нарушение не может быть оправдано ссылками на «фактическую значимость» доказательства [2, с. 83–89.]. Н.С. Гаспярян так же поднимает проблему отсутствия четкого разграничения недопустимых доказательств. Он считает, что действующее регулирование института недопустимых доказательств в уголовном процессе требует дальнейшего совершенствования. Обосновывается необходимость расширения перечня недопустимых доказательств, закреплённого в ч. 2 ст. 75 УПК РФ, за счёт включения в него правовых позиций, сформулированных в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия. Автор указывает, что в условиях обвинительного уклона судебной практики даже очевидно недопустимые доказательства нередко не признаются таковыми, а в отношении оспоримых доказательств суд, взаимодействуя со стороной обвинения, способен обосновать отказ в их исключении. Подобная ситуация, по его мнению, фактически нивелирует действие ч. 2 ст. 50 Конституции РФ. В связи с этим предлагается законодательное расширение перечня недопустимых доказательств с целью ограничения судейского усмотрения, устранения правовой неопределённости и предотвращения злоупотреблений со стороны участников уголовного судопроизводства. [3, с. 28-29].

В то же время существует противоположная точка зрения. Например, М.Л. Якуб считает, что необходимо оценивать все доказательства по существу, независимо от допущенных при их получении нарушений (но при условии, если данные нарушения не влияют на их достоверность) [4, с. 20].

Анализ судебной практики наглядно демонстрирует вышеперечисленные проблемы, которые обозначили научные эксперты. В качестве одного из примеров, рассмотрим приговор № 1-342/2025 от 21 сентября 2025 г. по делу № 1-441/2023. Дознаватель совершила фальсификацию доказательств по уголовному делу. Она указала фамилию и инициалы понятых с местом жительства, а также собственноручно изготовила подписи от указанных лиц, подписав от их имени в соответствующих графах протокола осмотра предметов (документов), указав, что фиксация следственного действия не проводилась. В конце документа в соответствующей строке она поставила личную подпись, свидетельствующую о том, что ею был составлен протокол и проведено следственное действие, то есть сфальсифицировала доказательство по уголовному делу, искусственно создав доказательство [6]. В другом примере, как следует из материалов приговора № 1-192/2025 от 18 сентября 2025 г. по делу № 1-192/2025  при написании явки с повинной, процессуальные права, предусмотренные ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ, подсудимому ФИО2 не разъяснялись. При указанных обстоятельствах явка с повинной ФИО2 как не отвечающие требованиям, предъявляемым к доказательствам, не может быть признана допустимым доказательством и положена в основу обвинения [6]. Для наиболее полного раскрытия темы, рассмотрим материалы кассационного определения от 27 августа 2020 г. N 57-УД20-5. В данном случае приговор так же основан на недопустимых доказательствах, поскольку на момент совершения преступления и рассмотрения дела судом обвиняемый являлся членом участковой избирательной комиссии с правом решающего голоса. В соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 447 УПК РФ в отношении его должен был быть применен особый порядок производства следователями Следственного комитета РФ, тогда как дознание в отношении него было проведено органами ОМВД [7].

В результате изучения нормативных актов, судебной практики, а так же мнений ученых, можно сделать вывод, что институт недопустимых доказательств, несмотря на свою значимость, остаётся во многом несовершенным. Он выполняет важную функцию защиты прав участников уголовного процесса и обеспечивает соблюдение принципа законности, но на практике, в ряде случаев приоритет отдаётся не соблюдению закона, а интересам поддержания обвинения. Это проявляется, в ситуациях, когда доказательства формально соответствуют процессуальным требованиям, но фактически получены с нарушением конституционных прав, например с применением физического или психологического давления. Важно чётко разграничить критерии существенных и несущественных нарушений, а также расширить и конкретизировать перечень оснований признания доказательств недопустимыми, закреплённый в статье 75 УПК РФ. Для исключения произвольного толкования норм требуется формирование единообразной судебной практики, в том числе посредством разъяснений высших судебных инстанций. Вопрос допустимости доказательств по-прежнему остаётся одним из ключевых в теории и практике уголовного процесса. Он напрямую связан с обеспечением прав и свобод личности и отражает баланс между задачами установления истины и необходимостью строгого соблюдения законности.

Список литературы:

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» от 18.12.2001 №174-ФЗ (ред. от 27.10.2025) – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34481/?ysclid=mp2utga7ci567789575 (дата обращения: 11.04.2026).
2. Костенко Р. В. Проблемы правовых последствий нарушения правил допустимости доказательств в уголовном процессе // Современное право. 2014. № 8. С. 83–89.
3. Гаспярян Н.С.  Исключение доказательств, полученных с нарушением закона  // Адвокатская палата Ставропольского края. 2018. С.28-29.
4. Якуб М.Л. Проблемы оценки доказательств в советском уголовном процессе // Вестник Московского университета. Серия «Право». 1974. № 6. С. 20
5. Приговор № 1-192/2025 от 18 сентября 2025 г. по делу № 1-192/2025 // sudact.ru [электронный ресурс]. URL: https://sudact.ru/regular/doc/6N9pb5D8yL5D/  (дата обращения: 11.04.2026).
6. Приговор № 1-342/2025 от 21 сентября 2025 г. по делу № 1-441/2023 // sudact.ru [электронный ресурс]. URL: https://sudact.ru/regular/doc/KHnmCUI0IvgC/ (дата обращения: 11.04.2026).
7. Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2020 N 57-УД20-5 // legalacts.ru [электронный ресурс]. URL: https://legalacts.ru/sud/kassatsionnoe-opredelenie-sudebnoi-kollegii-po-ugolovnym-delam-verkhovnogo-suda-rossiiskoi-federatsii-ot-27082020-n-57-ud20-5/  (дата обращения: 11.04.2026).