ЭЛЕКТРОННЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

ELECTRONIC EVIDENCE IN CRIMINAL PROCEEDINGS

Sozonov Ivan Alexandrovich

Undergraduate student Ural Institute of management – Branch of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration

Russia, Yekaterinburg

Galyukova Maria Igorevna

Scientific advisor, Associate Professor, Department of Criminal Law and Procedure, Ural Institute of Management, Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration

Russia, Yekaterinburg

АННОТАЦИЯ

В статье рассматриваются понятие, правовая природа и процессуальное значение электронных доказательств в уголовном судопроизводстве Российской Федерации. Обосновывается, что сведения в электронной форме уже используются при доказывании по уголовным делам, однако их обращение в процессе по-прежнему подчинено общим правилам о доказательствах, вещественных доказательствах, иных документах и протоколах следственных действий. Показано, что основное практическое значение имеют вопросы получения, фиксации, сохранения, проверки неизменности и оценки такой информации.

ABSTRACT

The article examines the concept, legal nature, and procedural significance of electronic evidence in criminal proceedings in the Russian Federation. It argues that information in electronic form is already used in proving criminal cases; however, its treatment in the process remains subject to the general rules governing evidence, material evidence, other documents, and records of investigative actions. The paper shows that the main practical issues concern the collection, recording, preservation, verification of integrity, and evaluation of such information.

Ключевые слова: электронные доказательства; уголовное судопроизводство; электронная информация; допустимость доказательств; электронный документ; следственные действия.

Keywords: electronic evidence; criminal proceedings; electronic information; admissibility of evidence; electronic document; investigative actions.

В условиях повсеместного использования цифровых устройств сведения о событии преступления, о лице, его совершившем, о способе подготовки, совершения и сокрытия деяния, а также о последствиях преступления все чаще существуют не на бумаге, а в электронной форме. В соответствии со статьей 74 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ доказательствами по уголовному делу признаются любые сведения, на основе которых устанавливаются обстоятельства, подлежащие доказыванию, а часть 2 той же статьи закрепляет исчерпывающий перечень процессуальных источников таких сведений. Поэтому электронная информация получает правовое значение не сама по себе, а через предусмотренные законом формы: вещественные доказательства, иные документы, протоколы следственных действий, заключение эксперта, показания участников процесса; существенное значение имеют также статья 81, статья 84 и статья 164.1 Уголовно-процессуального Кодекса РФ, регулирующие особенности изъятия электронных носителей информации и копирования с них информации при производстве следственных действий [1].

Для правильного представления рассматриваемой категории необходимо исходить из нормативного содержания самой информации. Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в статье 2 определяет информацию как сведения независимо от формы их представления. Такое решение имеет прямое значение для уголовного процесса, поскольку позволяет рассматривать электронную форму не как препятствие для доказывания, а как один из способов существования сведений, имеющих значение для дела. Отсюда следует важный практический вывод: предметом оценки выступает не только материальный носитель, например телефон, сервер, карта памяти или жесткий диск, но прежде всего содержательная информация, размещенная на таком носителе, а также условия ее получения, сохранения и подтверждения неизменности [2].

Особое место в системе электронных доказательств занимают электронные документы. Их процессуальная ценность зависит от возможности достоверно установить автора, момент создания и отсутствие несанкционированного изменения содержания. В этой части ключевое значение имеет Федеральный закон от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ «Об электронной подписи». В статье 2 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ закреплено определение электронной подписи как информации в электронной форме, присоединенной к другой информации в электронной форме либо иным образом связанной с ней и используемой для определения лица, подписывающего информацию; статья 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ различает простую электронную подпись, усиленную неквалифицированную электронную подпись и усиленную квалифицированную электронную подпись, а статья 6 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ устанавливает условия признания электронных документов, подписанных электронной подписью, равнозначными документам на бумажном носителе, подписанным собственноручной подписью [3].

Собирание электронных доказательств требует строгого соблюдения процессуальной формы на всех этапах. При производстве осмотра, обыска, выемки, получения информации о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами, контроля и записи переговоров, назначения компьютерно-технической экспертизы следователь обязан обеспечить точную фиксацию места обнаружения информации, технических характеристик устройства, порядка доступа к данным, действий по копированию и лиц, участвовавших в следственном действии. Н. Н. Апостолова обоснованно связывает эффективность доказывания по уголовным делам с использованием цифровых технологий именно с качеством процессуального закрепления полученных сведений [5].

Содержательные особенности электронных доказательств проявляются в их нематериальном характере, зависимости от технической среды, возможности множественного копирования без изменения содержания и одновременной уязвимости к скрытому вмешательству. По этой причине оценка таких сведений не может сводиться к обычному визуальному восприятию документа или предмета. Требуется проверка метаданных, времени создания и изменения файла, принадлежности аккаунта конкретному лицу, связи цифрового объекта с определенным устройством, а также сопоставление электронной информации с иными доказательствами по делу. С. И. Грицаев и В. А. Деменков справедливо подчеркивают, что электронные данные способны существенно повысить оперативность и точность установления обстоятельств дела, однако этот потенциал реализуется только при условии правильного разграничения самой информации, ее носителя и процессуальной формы введения в дело [6].

Показательным примером по теме электронных доказательств в уголовном судопроизводстве является Приговор № 1-150/2023 от 2 ноября 2023 г. по делу № 1-150/2023 Пензенского районного суда Пензенской области. По этому делу суд исследовал сведения, извлеченные из мобильного телефона обвиняемого, включая переписку в приложениях Telegram и Element, данные о координатах и журнал соединений [4]. Существенно, что электронная информация не была воспринята изолированно: суд сопоставил ее с протоколом осмотра места происшествия, данными оперативного наблюдения, показаниями свидетелей и заключением эксперта о характере изъятого вещества. Такой подход имеет принципиальное значение, поскольку в уголовном процессе доказательственное значение имеет не сам цифровой носитель, а содержащиеся в нем сведения, если их происхождение, способ получения и связь с обстоятельствами дела подтверждены процессуально надлежащим образом.

Таким образом, электронные доказательства в уголовном судопроизводстве представляют собой сведения, имеющие значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, которые существуют в электронной форме и приобретают процессуальное значение только при их получении, фиксации, проверке и оценке в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом. Их специфика связана с зависимостью от технического носителя и цифровой среды, возможностью копирования, изменения и удаления, что требует повышенного внимания к подтверждению источника происхождения информации, ее целостности и неизменности.

Список литературы:

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 дек. 2001 г. № 174-ФЗ: принят Гос. Думой Федер. Собр. Рос. Федерации 22 нояб. 2001 г.: одобр. Советом Федерации Федер. Собр. Рос. Федерации 5 дек. 2001 г. [Электронный ресурс] // URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34481/ (дата обращения: 24.03.2026).
2. Об информации, информационных технологиях и о защите информации: федер. закон от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ: принят Гос. Думой Федер. Собр. Рос. Федерации 8 июля 2006 г.: одобр. Советом Федерации Федер. Собр. Рос. Федерации 14 июля 2006 г. [Электронный ресурс] // URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_61798/ (дата обращения: 24.03.2026).
3. Об электронной подписи: федер. закон от 6 апр. 2011 г. № 63-ФЗ: принят Гос. Думой Федер. Собр. Рос. Федерации 25 марта 2011 г.: одобр. Советом Федерации Федер. Собр. Рос. Федерации 30 марта 2011 г. [Электронный ресурс] // URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_112701/ (дата обращения: 24.03.2026).
4. Приговор № 1-150/2023 от 2 ноября 2023 г. по делу № 1-150/2023 // СудАкт.ру: судебные и нормативные акты РФ. URL: https://sudact.ru/regular/doc/5xxWJk1GtPNv/ (дата обращения: 25.03.2026).
5. Апостолова Н. Н. Доказывание по уголовным делам с помощью цифровых технологий // Вестник юридического факультета Южного федерального университета. 2023. № 2. С. 104–109. [Электронный ресурс] // URL: https://cyberleninka.ru/article/n/dokazyvanie-po-ugolovnym-delam-s-pomoschyu-tsifrovyh-tehnologiy (дата обращения: 24.03.2026).
6. Грицаев С. И., Деменков В. А. Цифровые (электронные) доказательства в уголовном процессе // Эпомен. 2024. № 88. С. 48–54. [Электронный ресурс] // URL: https://epomen.ru/issues/2024/88/epomen-88-2024.pdf (дата обращения: 24.03.2026).