ЦИРКУЛЯРНАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ НЕФТЕГАЗОВОГО КОМПЛЕКСА: УСТОЙЧИВОЕ РАЗВИТИЕ И ESG

CIRCULAR TRANSFORMATION OF THE OIL AND GAS SECTOR: SUSTAINABLE DEVELOPMENT AND ESG

Gulyaeva Kseniya Sergeyevna

master's student, Faculty of Political and Social Sciences, Russian State Social University

Russia, Moscow

АННОТАЦИЯ

Проведен обзор российских исследований 2012 – 2026 гг., посвященных экологизации, устойчивому развитию, циркулярной экономике и ESG в нефтегазовом комплексе. Обобщены подходы к трактовке циркулярной трансформации, отраслевые ESG-практики, проблемы сопоставимости отчетности, влияние санкций, декаплинга и экономических ограничений. Показано, что циркулярность рассматривается как практическая форма ресурсоэффективности внутри более широкой системы устойчивого развития и ESG.

ABSTRACT

A review of Russian studies published between 2012 and 2026 on environmentalization, sustainable development, the circular economy, and ESG practices in the oil and gas sector was conducted. The study synthesizes existing approaches to the interpretation of circular transformation, sector-specific ESG practices, challenges related to the comparability of corporate reporting, and the impacts of sanctions, decoupling, and broader economic constraints. The findings indicate that circularity is generally regarded as a practical mechanism for improving resource efficiency within the broader framework of sustainable development and ESG principles.

Ключевые слова: циркулярная экономика; нефтегазовый комплекс; ESG; устойчивое развитие; ресурсоэффективность; экономическая эффективность.

Keywords: circular economy; oil and gas sector; ESG; sustainable development; resource efficiency; economic efficiency.

В нефтегазовом комплексе ESG-повестка все теснее связана с изменением бизнес-моделей и использованием ресурсов. Ряд авторов (Аврамчикова Н.Т., Казанцев А.И., Кашина Е.В.) рассматривают ESG-подход как основу устойчивого развития нефтегазовых компаний и подчеркивают роль отраслевых стандартов раскрытия форм отчетности [1]. Другой группой ученых (Антипова О.В., Фатхутдинова О.А., Шарф И.В.) на примере проекта ПАО «Татнефть» показано, что переход к замкнутому циклу может включать проекты с длительным сроком окупаемости, если они дают социальный, технологический и экологический эффект [2]. По мнению Балдановой Л.П. при сравнении четырех крупнейших российских нефтегазовых компаний отмечается отсутствие единого стандарта нефинансовой отчетности и возникающие из-за этого ограничения межфирменных сопоставлений [3].

В работах Гурьевой М.А. прослеживается развитие исследовательской проблематики от экологизации экономики к принципам циркулярности и ESG. В ранних исследованиях экологическая трансформация рассматривается во взаимосвязи с зеленой экономикой, устойчивым развитием, технологическими изменениями, природоохранными механизмами, экологическим образованием и культурой [4; 5]. Для оценки устойчивости предлагается система показателей, объединяющая экономические, экологические, социальные, инновационные и международные параметры [6], а зарубежный опыт анализируется с позиции сочетания административных, экономических и рыночных инструментов экологической политики [7]. В последующих работах акцент переносится на циркулярную экономику как альтернативу линейной модели производства и потребления [8], а применительно к нефтегазовому сектору – на ESG-практики, человеческий капитал, корпоративную экологическую культуру и качество нефинансовой отчетности [9].

Также Дробот Е.В. и Гаврилина М.Ю. показывают взаимодополняемость зеленой, циркулярной и биоэкономики: циркулярность связывается с повторным использованием ресурсов, ремонтом, рециркуляцией, промышленным симбиозом и ресурсосберегающими технологиями [10]. Для нефтегазового комплекса это означает, что замыкание циклов может проявляться не только в обращении с отходами, но и в восстановлении оборудования, возврате материалов и изменении цепочек создания стоимости.

В исследованиях 2026 г. ESG-повестка все чаще рассматривается с позиции ее влияния на экономические результаты нефтегазовых компаний. Кузьмина О.Ю. и Шишкина В.В. отмечают двойственный эффект экологических и социальных инициатив: они способствуют повышению устойчивости деятельности, но требуют дополнительных затрат и изменения структуры распределения ресурсов [11]. Куманеева М.К., Зонова О.В. и Шевелева О.Б., исследуя декаплинг, показывают, что увеличение объемов производства не гарантирует соответствующего снижения ресурсоемкости и экологической нагрузки, что свидетельствует о возможном расхождении между заявленными целями и достигнутыми результатами [12]. В связи с этим экономическая значимость циркулярных преобразований определяется не самим фактом внедрения ESG-практик, а реальным изменением ресурсных потоков, затрат и показателей производственной деятельности.

В исследовании Курушиной Е.В. и Ильиновой Л.А., исследуются шесть российских нефтегазовых компаний за период 2021 – 2024 гг., фиксируют различающиеся траектории реализации ESG-стратегий и связывают трудности анализа с неодинаковыми стратегическими приоритетами, показателями и форматами отчетности [13]. Параллельно с этим Лиляева А.А. и Черникова Т.М. рассматривают ESG на уровне ТЭК с помощью PESTEL-анализа; в их исследовании наибольшее влияние оказывают экологические и политические факторы, что подтверждает зависимость устойчивых преобразований от внешней институциональной среды [14]. Группа авторов (Макаренко Е.Н., Тяглов С.Г. и Шевелева А.В.) показывает, что санкции усиливают зависимость: в 2019 – 2023 гг. российские и зарубежные компании по-разному пересматривали соотношение климатических целей, добычи, инвестиций и интересов акционеров; российские компании при этом актуализировали климатические ориентиры своих стратегий [15].

Анализ публикаций показывает, что исследуемая проблематика развивается по нескольким содержательно связанным траекториям:

1) идеи экологизации и устойчивого развития задают исходную логику переосмысления экономического роста, связывая его с экологическими ограничениями, институциональными изменениями и долгосрочными общественными приоритетами [4–6; 7];

2) циркулярная экономика переводит логику в плоскость конкретных хозяйственных решений: сокращение первичного ресурсопотребления, возврат материалов в производственный цикл, продление срока использования продукции и перестройку производственных процессов [8; 10];

3) ESG переносит устойчивую повестку на корпоративный уровень и связывает ее с управлением, человеческим капиталом, раскрытием информации и отраслевыми стандартами [1; 3; 9; 13; 14];

4) экономическая сторона трансформации остается неоднозначной: проекты могут иметь высокую экологическую или социальную значимость при ограниченной краткосрочной окупаемости, а геополитические ограничения способны заметно изменять корпоративные приоритеты [2; 11; 12; 15].

Следовательно, в российской научной литературе циркулярная трансформация нефтегазового комплекса постепенно рассматривается не как изолированная экологическая практика, а как часть ESG- и устойчивой стратегии компании. Ее ключевыми проявлениями выступают ресурсоэффективность, повторное использование материалов, развитие замкнутых производственных циклов, технологическая модернизация и изменение корпоративного управления. Публикации 2024 – 2026 гг. одновременно демонстрируют ограничения данной трансформации: несопоставимость нефинансовой отчетности, высокую стоимость отдельных проектов, зависимость результатов от политической и санкционной среды и отсутствие гарантированного декаплинга. Поэтому связь циркулярности с экономической эффективностью в исследованиях раскрывается прежде всего через реальное снижение ресурсной нагрузки, устойчивость операционных процессов и способность компаний сохранять долгосрочные результаты в условиях внешних ограничений.

Список литературы:

1. Аврамчикова Н.Т. Развитие нефтегазовых компаний на основе принципов ESG / Н.Т. Аврамчикова, А.И. Казанцев, Е.В. Кашина // Вестник евразийской науки. – 2024. – Т. 16, № 3.
2. Антипова О.В. Переработка биоресурсов нефтегазовыми компаниями в рамках ESG-стратегии / О.В. Антипова, О.А. Фатхутдинова, И.В. Шарф // Векторы благополучия: экономика и социум. – 2024. – Т. 52, № 1. – С. 127⁠–⁠138.
3. Балданова Л.П. оценка реализации ESG-принципов нефтегазовыми компаниями России // Вестник Алтайской академии экономики и права. – 2024. – № 8⁠–⁠2. – С. 219⁠–⁠225.
4. Гурьева М.А. Взаимообусловленность понятий «зеленая экономика», устойчивое развитие, экологическое развитие экономического пространства // Глобальный научный потенциал. – 2016. – № 5 (62). – С. 46⁠–⁠55.
5. Гурьева М.А. Глобальные экологические проблемы современности: тенденции // Теория и практика общественного развития. – 2015. – № 15. – С. 42⁠–⁠45.
6. Гурьева М.А. Оценка устойчивого развития региона на основе индикативной системы оценки уровня экологизации экономики / М.А. Гурьева, Л.Н. Руднева // Вестник УрФУ. Серия: Экономика и управление. – 2013. – № 3. – С. 104⁠–⁠116.
7. Гурьева М.А. Экологизация экономики: международный опыт // Научно-информационный журнал Армия и общество. – 2012. – № 4 (32). – С. 114⁠–⁠120.
8. Гурьева М.А. Практика реализации модели циркулярной экономики / М.А. Гурьева, В.В. Бутко // Экономические отношения. – 2019. – Т. 9, № 4. – С. 2367⁠–⁠2384.
9. Гурьева М.А. Развитие методологии оценки ESG-подхода предприятий нефтегазовой отрасли / М.А. Гурьева, Л.Д. Петренко, М.В. Давыдова // Нефтяное хозяйство. – 2023. – № 11. – С. 132⁠–⁠137.
10. Дробот Е.В. Концепции зеленой, циркулярной и биоэкономики в контексте устойчивого развития: синергия и стратегия / Е.В. Дробот, М.Ю. Гаврилина // Экономика, предпринимательство и право. – 2025. – Т. 15, № 6. – С. 3827⁠–⁠3844.
11. Кузьмина О.Ю. Влияние ESG-трансформации на ключевые показатели деятельности нефтегазовых компаний России в условиях геополитической напряженности / О.Ю. Кузьмина, В.В. Шишкина // Экономика и управление инновациями. – 2026. – № 1 (36). – С. 73⁠–⁠82.
12. Куманеева М.К. ESG-трансформация: эффект декаплинга в индустриальном регионе / М.К. Куманеева, О.В. Зонова, О.Б. Шевелева // Экономика и управление инновациями. – 2026. – № 1 (36). – С. 83⁠–⁠89.
13. Курушина Е.В. Компаративный анализ реализации ESG-стратегий нефтегазовых компаний на основе матричного метода / Е.В. Курушина, Л.А. Ильинова // Экономика, предпринимательство и право. – 2025. – Т. 15, № 5. – С. 3255⁠–⁠3268.
14. Лиляева А.А. Применение ESG – принципов в топливно-энергетическом комплексе / А.А. Лиляева, Т.М. Черникова // Экономика и управление инновациями. – 2025. – № 2 (33). – С. 87⁠–⁠93.
15. Макаренко Е.Н. Влияние санкций на стратегии устойчивого развития нефтегазовых компаний: сравнительный анализ российского и зарубежного опыта / Е.Н. Макаренко, С.Г. Тяглов, А.В. Шевелева // Регионология. – 2025. – Т. 33, № 4 (133). – С. 634⁠–⁠658.